— Все ты подмечаешь! Мы с ним «за жизнь» поговорили. Он с мамой живет в двухкомнатной квартире возле университета. Она у него всю жизнь в МГУ проработала.
— Надо же, мама в МГУ работала… А сын тогда по чьим стопам пошел? Посимпатичнее работу нельзя было найти?
— Сейчас время такое. Любая работа хороша, где только деньги платят.
— Так уж и любая?!
— А лично я никого не осуждаю. Не на завод же идти, гайки крутить.
— При чем тут завод? Можно подумать, что сейчас, кроме как на заводе, работать негде.
— А я таких мужиков, как этот Саша, не осуждаю. Главное, что они при работе и деньги капают. И вообще, с чего ты взяла, что Сашка на мафию работает? Мы же с тобой про этого Петра Петровича вообще ничего не знаем. Может быть, он никакая и не мафия.
— А кто?
— Да мало ли кто!
— Так, как этот человек поступает со мной, может поступать только мафия. Угрожать жизни, семье, моему ребенку… Нормальный человек подобным заниматься не будет.
— Вот завтра мы с тобой все и узнаем. Я думаю, Олег прояснит ситуацию по этому поводу. А пока рано делать поспешные выводы. Я только вот что тебе скажу: я уважаю мужиков, которые зарабатывают деньги, и терпеть не могу тех, которые лежат на диванах. А ведь последних сейчас большинство. Сейчас ведь масса развелось мужиков, которые просто вообще не хотят работать. Их с дивана черта с два поднимешь! Вон как у моей соседки: муж лег мертвым грузом перед телевизором и лежит, а она пашет в три смены — и за себя, и за того парня. Мне ее, как ее вижу, так жалко становится, ты даже не представляешь! А она аж зеленая уже вся. И круги под глазами черные. Зато у мужа живот как на дрожжах растет. Он целыми днями с бутылочкой пива в обнимку лежит.
— Ты это к чему говоришь?
— К тому, что вот такой вариант, как у моей соседки, — самый наихудший вариант. Хуже уже не бывает! А на Саню что зря наговаривать. Я увидела его за рулем синего «БМВ» последней модели, но никак не на диване с бутылочкой пива. Это разные вещи.
Выйдя из ресторана, мы подошли к машине, и, к моему великому удивлению, Светлана открыла переднюю дверь, сев на переднее сиденье.
— Света, а ты разве не со мной? — слегка растерялась я.
— Нет, я с Сашей.
— Ну, как знаешь.
Саша включил мотор, машина выехала со стоянки и понеслась по шумной трассе. В машине так громко играла музыка, что мне совершенно не было слышно того, о чем шепчется моя подруга с этим малоприятным типом. На всякий случай я еще раз набрала номер мобильного моего мужа и, убедившись, что он все так же отключен, сунула его в карман куртки. Как только мы подъехали к моему дому, водитель тут же убавил музыку, а Светка с особым раздражением посмотрела на мои окна.
— Да уж, загулял Андрюшенька, кобель проклятый! Ладно, Алиска, когда вернется, ты зря нервы не трать. У тебя их и так практически не осталось. Ты с ним хорошенько разберешься тогда, когда все уляжется.
— А когда все уляжется? — спросила я, нервно барабаня пальцами по коленям.
— Думаю, что скоро. Ведь не бывает же совсем безвыходных ситуаций!
— Я тоже раньше так думала, пока в нее не попала. Ладно, я пошла.
— Тебя до двери проводить? — Саша развернулся в мою сторону и полез за сигаретой.
— Нет, спасибо. Я сама.
— Как знаешь. Тебе виднее.
— Алиска, завтра созвонимся. Саша сейчас меня домой отвезет. — В глазах моей подруги горел лихой огонек. — Если он тебе понадобится, то ты знаешь, как его вызвать. Он всегда на связи.
А зачем он мне понадобится? Можно подумать, он чем-то сможет мне помочь… — пробурчала я недовольно и вышла из машины, громко хлопнув при этом дверью.
Поднявшись в квартиру, я прошлась по пустым комнатам и с трудом сдержала себя от того, чтобы не завыть от боли, страха, отчаяния и одиночества. Затем взяла в руки стеклянную рамку с фотографией, где мы все были изображены втроем: я, Андрей и Стае, — и внимательно на нее посмотрела. Вот Андрей обнимает меня за плечи, Стае смеется, а я… я просто задыхаюсь от счастья. Андрей никогда не был любителем просиживать время в мужских компаниях, посещать ночные клубы и бары. После работы он был всегда мой. Такой домашний, родной и надежный мужчина. Нас всегда все устраивало, и мы никогда не ждали от наших отношений чего-то большего.
Я вновь стала анализировать нашу семейную жизнь и пришла к выводу, что у нас никогда не гасло сексуальное влечение друг к другу. Быть может, с рождением ребенка, когда возникло много новых проблем, прежнее безграничное внимание, которое я уделяла своему мужу, и уменьшилось, приобрело какие-то границы. Но ведь не исчезло! Что ж, это жизнь, тут уж никуда не денешься.
А затем наступил нынешний тяжелый период. Пришла неожиданно беда, которая напрочь сломала наши отношения. Меня упрятали в тюрьму, Андрей был в депрессии. И именно в этот момент он встретил девушку, которая смогла его успокоить, сказать ему те слова, которые он жаждал услышать. Все произошло слишком быстро, их отношения стали развиваться вверх по спирали. Она молода, красива, дерзка и эгоистична. А мой Андрей… мой Андрей рядом с ней почувствовал себя семнадцатилетним мальчишкой. Его охватило такое чувство, будто он родился заново. На него нахлынула дикая страсть, и ему стало совершенно наплевать, чем он сейчас рискует — мной, нашим браком или ребенком. Наверное, Андрей был не в силах отказаться от своей страсти. Девушка была рядом, могла его похвалить, подбодрить в нужный момент, сделать массу комплиментов, а я… меня рядом не было. К тому же я всегда воспринимала наши с мужем отношения как должное, потому что у меня ребенок, работа, семья… А партнерша Андрея свободна, словно птица в полете, и ей некому уделять внимание, разве что только ему одному. Я где-то слышала, что из семьи уходят именно те мужчины, которые больше всего преданы своим женам и своей семье. Так, стоп! Андрей ведь еще не уходит из семьи! Он просто снял ее с пьедестала…
Закутавшись в теплый цветастый плед, я накапала себе валерьянки и прилегла на диван. По понятным причинам сна не было. Я постоянно крутилась, поднимала голову, смотрела в окно и вздрагивала от звука подъезжающего лифта за стенкой. Примерно через час зазвонил мой мобильный, и я, как гончая, сорвалась с места, бросилась к телефонной трубке. Я была уверена, что звонит Андрей.
— Алло! Алло! Андрюша! Ты?!
Но в трубке плескалось напряженное молчание. Я ощутила, с какой бешеной скоростью бьется мое сердце, и закричала снова:
— Алло, Андрюша! Ты меня слышишь?! Алло!
— Да не кричите вы так! Я очень хорошо вас слышу, — раздался наконец в трубке незнакомый женский голос.
— Кто вы? Что вам нужно? Два часа ночи…
— Простите, но у меня не было возможности позвонить раньше. Нам надо с вами увидеться.
— Но я вас не знаю. Кто вы?
— Я Анжела Попова.
От услышанного имени у меня страшно закружилась голова и застучало в висках, и я чуть было не выронила трубку из рук. Почувствовав, как к горлу подкатил ком, я набрала в легкие побольше воздуха, боясь задохнуться.
Глава 18
Я тут же постаралась взять себя в руки и спросила холодно:
— Что вам нужно от меня в два часа ночи?
— Мне нужно с вами встретиться.
— В два часа ночи?
— Нет. Завтра. В час дня. Сад «Эрмитаж». Кафе «Чайхана». Второй этаж. Самый последний столик слева.
— Подождите! — опомнилась я. — А почему вы так уверены, что этот столик будет свободен? А что, если там будут обедать люди? Что, если кто-то придет раньше?
— Я заказала его ровно на час дня. Этот столик будет нас ждать.
А почему я должна с вами встречаться? — не могла прийти в себя я. — Откуда такая уверенность? Вы ведь засадили меня в тюрьму! А что, если я не хочу вас ни видеть, ни слышать и ничего о вас знать? Я уже устала оправдываться, и у меня нет никакого желания еще раз убеждать вас в том, что я не убийца. Так что вы зря заказали столик. Пока не поздно, снимите заказ или пообедайте в гордом одиночестве. Приятного аппетита!
Я хотела было уже отключиться, но Анжела, видимо, догадалась о моем движении — не дав мне этого сделать, она закричала:
— Алиса, подождите! Умоляю вас, подождите!
— Что еще?
— Я знаю, что вы в реальной опасности и что ваша жизнь под угрозой.
— Вам-то до этого какое дело? Быть может, вы знаете, куда Ветер дел два миллиона долларов? И вы на добровольных началах хотите отдать мне эти деньги для того, чтобы я вернула их законному хозяину?
— Я не хочу говорить об этих деньгах по телефону.
— Значит, вы о них знаете?
— Все, что я знаю, я расскажу вам завтра. И еще…
Анжела заметно разволновалась и тяжело задышала в трубку. Я не могла не услышать это громкое учащенное дыхание.
— Что еще?
