- Или у него есть вторая, какая-нибудь зловещая криминальная жизнь. И он такой, скажем, черный плащ, ужас, летящий на крыльях ночи. Или якудза, да! У него есть тату на всю спину?
- Нет, тату точно нет. А вот первый вариант может быть, если черного плаща не считать… Он недавно звонил какому-то Нодару и речь его была такая… спокойная. Так, мне кажется, священники разговаривают. Иди буддийские монахи. И он говорил про мать Санникова.
Мы обе замолкаем ненадолго, переваривая сказанное. Хм, в самом деле, я ничего не знаю о том, как он жил эти десять лет. Ну, кроме его этой Риты. Как он пришел к владению большой компанией, откуда взял деньги.
- Ну, ты имеешь что-то против того, чтобы судья больше не лезла в твою жизнь? – спрашивает она, а я не могу сказать точно.
- Не знаю. А вдруг это значит, что она просто физически не сможет на меня влиять?
- В смысле физически, потому что у нее будут связаны руки? В переносном смысле этого слова.
- В смысле, физически, потому что она не будет дышать. Если это криминал, такое же возможно? Вдруг там всё только так решается? Блин, Ань, это как-то страшновато.
- Давай мы пока не будем выдумывать, ладно? Уверена, у него просто есть какие-нибудь знакомые знакомых в суде. Помнишь эту тему про пять рукопожатий? Вот, может быть, этот Нодар - его первое рукопожатие на пути к твоему спокойствию.
Скоро мы заканчивает этот разговор, но вот мозг себя накручивать не перестает.
. . .
- Дим, а кто такой этот Нодар, с которым ты говорил?
Дима удивленно оборачивается ко мне и на секунду откладывает готовку. Сегодня он кормит меня ужином из трех блюд.
- Не думал, что ты его запомнишь. Просто давний, знакомый ничего интересного, - он притягивает меня к себе и крепко обнимает, но я не даю сбить себя с толку.
- Почему вы говорили о Санниковой?
- Потому что ты плакала. Я попросил его найти какие-нибудь ниточки, за которые можно подергать. Он раньше работал следаком, но сейчас занимает местечко повыше, но неофициальное.
Я думаю спросить что-то еще, но звучит таймер и Дима спешит вытащить из духовки ростбиф, а потом всем своим видом показывает, что не настроен на разговоры.
В целом ужин проходит хорошо, учитывая, что Дима хороший повар, а я - страстный любитель мяса. Я как раз пытаюсь прожевать огромную картофелину, которую от жадности запихнула в рот целиком, когда в новостях показывают мать Лёши, а ведущий говорит, что она арестована за взяточничество.
Я пораженно вдыхаю и тут же закашливаюсь. Вот тебе и Нодар.
Глава 46
Интересно, кто такой этот Нодар? Если то, что Санникову закрыли, связано с ним, то он какой-то божественно быстрый. Два дня, по сути, даже не полных и тут же арест. Сколько готовятся такие операции? Ночь?
Ну, или кто-то точил на нее зуб давным-давно. Или операция по поимке на горячем уже была в процессе и это просто совпадение. Ох, как не умереть от любопытства.
Но одно я понимаю точно – Дима не так прост, как кажется. Я совсем его не знаю.
Конечно, в моей голове живет образ, который я составила его десять лет назад, а сейчас он дополнился новыми характеристиками, в основном хорошими, но что было в эти десять лет? Это ведь целая жизнь, самый важный ее этап. Становление. Достижение целей. Я на свои цели просто пахала, но делала это законно, долго и утомительно. А как он достигал своих?
В голове роятся мысли и каждая из них оставляет неприятное послевкусие. Я только думала, что знаю его. Он показывал мне только хорошую обертку, а что скрывается под ней?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
И главное, как я могу выйти за человека, которого совсем не знаю?
Дима как будто чувствует мои сомнения и метания. Он становится еще более обходительным и заботливым, отменно готовит, разминает мои плечи, а на днях предложил завести кота.
И все это время я чувствую, что он отвлекает мое внимание, как будто уводит от важной темы.
Все мои вопросы о том, кто такой Нодар и связан ли он с арестом Санниковой, остаются без ответа. Дима изобретает тысячу и один способ, как уйти от ответа, чтобы это казалось случайностью.
Спустя несколько недель я узнаю, все из тех же новостей, что Людмила Санникова получила штраф ( в размере сорокакратной суммы взятки, а значит штраф ее имеет не менее шести нулей) с лишением права занимать должность судьи на пять лет, но в ее случае это уже навсегда. Судей-взяточников не возвращают.
Мне становится тошно. Да, она ужасная женщина, звонила мне, поспособствовала блокировке счетов, с которыми мне еще разбираться и разбираться, но это не особо испортило мою жизнь, а вот ее – испортило. Судя по богатству Санниковых, взятки она брала давно, так что когда-то должна была оступиться. Но слишком уж хорошее совпадение.
- Дима, и всё-таки, кто такой Нодар? – в очередной раз завожу разговор я.
- Да так, один знакомый.
Я уже вижу, как прячется в ракушку, но на этот раз отступать не намерена. Я стала хуже спать, прокручиваю в голове какие-то странные мысли раз за разом, фантазия так вообще отрывается по полной. То мне кажется, что Дима связан с каким-нибудь криминалом, и я фантазирую, что он в длинном плаще и шляпе скрывается от погони, непременно под дождем и в стиле Города Грехов. Но фантазия, может, и романтизирует это, а трезвый ум поднимает красные флаги и орет «беги».
Так что я не могу больше ждать.
- Чем он занимается? - я медленно иду по комнате, почти по кругу обходя Диму, и фантазия тут же подбрасывает эпизод о том, как хищник загоняет жертву. Вот только хищник не я, хоть сейчас и охочусь. Хищник, по-видимому, передо мной.
- Он бывший следак, - пожимает плечами Дима и идет в обратную сторону.
- Это он поймал Санникову? – я пресекаю этот маневр и иду параллельно ему, движения плавные, глаза прищурены. Не упустить
- Нет, - он качает головой и делает попытку пойти в другую сторону.
- Но он связан с этим? – я тут же зеркально отражаю его движение, так что он никак не может выйти из комнаты, не протиснувшись мимо меня. Но он этого не делает, а просто останавливается. Наконец. Хватит уже бегать от моих вопросов.
- Не без этого, - отвечает он, но мне этого мало.
- А теперь давай заново, подробнее и перестань скрывать от меня важную информацию.
Он выдает мне необходимый минимум, на этот раз подробнее и понятнее. Нодар был следователем, потом бизнесменом, а теперь он информатор у структур, но не совсем легальный и очень, очень влиятельный. Они с Димой провернули вместе пару дел пять лет назад, потом разошлись, но связей не потеряли. На вопрос что за дела, он не ответил, но намекнул, что это было нечто не до конца законное. И вот, выходит, связи возобновились.
И я, наконец, задаю свой главный вопрос. Вопрос о том, подставили ли они Людмилу.
- Мы никого не подставляли. Просто предоставили ситуацию, в которой она повела себя так, как повела. Ну и последствия предсказуемы.
