— А какую закупочную цену вы предлагаете?
Роджер Свичер не удостоил Кира и взглядом.
— Так, что скажете, госпожа Джексон? — спросил он ее снова, а Генриетта вдруг взяла кувшин с бражкой и, налив полный стакан, подвинула его Гарди.
— За сделку, — сказала она, и этот ее жест убедил плохо соображающий мозг Гарди, что Кир задал вопрос не просто так.
— Так что там с ценой? — произнесла она не совсем трезво, но главное, что смысл был понятен.
Кир нашел ее руку под столом и сжал ее. Гарди хотелось сжать ее в ответ, но в голове нарисовался огромный букет роз, который ведьмин сын куда-то тащил в закат, и руку она выдернула.
— Все по стандарту, — немного нервно ответил Роджер. — По корону за десять стеблей. Но первая поставка — полкороны. И у меня тоже вопрос: какой у вас опыт в выращивание такого рода цветов? Статус статусом, но позорится перед королем я не хочу. Поэтому за первую партию заплачу полкороны за десяток. Нужно присмотреться, оценить товар, качество. Корон за десяток — это стандартная цена для поставщиков, тут ничего удивительного.
Как-то слишком много слов, подумала Гарди, но, к счастью, за нее ответил Кир:
— Я правильно понимаю, что вы предлагаете за десять роз одну корону? — спросил он, отодвинув от Гарди стакан с бражкой. — Если это так, то вы, вероятно, что-то не поняли. Вообще-то речь идет о розах. И если вы сомневаетесь в качестве наших цветов, то вам стоит спросить любого, кто громил мои теплицы в лесу пару дней назад и видел, какие у меня были розы. Вы, наверное, знаете, что сейчас очень благоприятный сезон для выращивания цветов. Мы взяли черенки от оставшихся роз и успешно их посадили. Все они принялись. Через месяц мы сможем поставить примерно сто пятьдесят цветов. Мне показалось, что вы немного перепутали цифры. Десять корон за одну розу — наверное, вы это хотели сказать, а не наоборот?
Гарди подумала, что ей ужасно нравится это «мы» из его уст. Она уже улавливала суть происходящего и задумалась над тем, как судьба ловко ломала ее планы. В очередной раз задав себе вопрос, хотела ли она учить детей спорту, Гарди поняла, что снова цеплялась за прошлое. Да, у нее имелась куча сертификатов и дипломов по самым разным видам спорта, включая плавание, фехтование, легкую атлетику и даже прыжки с шестом, но те бумажки заработала Гарди Грязная. Хотели ли Гарди Новая заниматься тем же самым? Да и с детьми она может не поладить. В Старом Городе Гарди случалось преподавать, но детей среди ее учеников никогда не было. Зато азарт, горящий в глазах Кира, когда дело касалось цветов, кажется, передался и ей.
Свичер покраснел и уставился на Кира так, будто он был кучей дерьма, в которую чуть не наступила свичерова нога. Будь Роджер чуть худее, то, возможно, он и смог бы увернуться, но его грузное тело неслось вперед, и столкновение было неизбежно. Закончилось оно не в пользу Свичера.
— Я передумала, — сказала вдруг Гарди и резко встала, увлекая за собой Кира, у которого было не менее удивленное лицо, чем у Молионов. Видимо, муж собирался торговаться, но у Гарди был уже другой план.
— Я вас не понимаю! — возмутился Роджер, — вам же нужна работа? Вы же от скуки в этой деревне умрете!
— Вообще-то я уже придумала себе занятие, — улыбнулась Гарди. — Не ешьте укропчик и все будет хорошо!
— Что ты делаешь? — спросил Кир, когда сумел догнать ее. Она буквально сбежала от Молионов, остановившись лишь тогда, когда их стол исчез за танцующими селянами.
— Мы найдем другого поставщика, — Гарди вспомнила о Кровавой Сальвии в тот момент, когда смотрела на блузку Генриетты. Она была расшита именно такими цветами. Гарди никогда бы не вспомнила название, но они были подписаны — сальвии. Встреча предстояла неприятной, однако Сальвия поставляла цветы прямо к королевскому двору, а розы, как уже поняла Гарди, были в стране в дефиците.
— Тебе не хочется его убить? — искренне спросила Гарди, пытаясь унять внезапную дрожь в теле.
— Кого? — не понял Кир, снимая с себя куртку и пытаясь натянуть ее на сопротивляющуюся девушку. Морось переросла в дождь, который мгновенно намочил обоих.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Этого Роджера, — прорычала Гарди, — и тебя тоже!
Она так и не поняла, что произошло дальше. Ее кулак, будто зажил собственной жизнью и с размаху врезался в челюсть ведьминого сына. Вернее, так она думала, потому что Кира в том месте уже не оказалось. То ли Гарди стала медленной, то ли Кир слишком быстрым, но, когда она попыталась атаковать его головой, он ловко увернулся и схватил ее за локти, очутившись позади совсем неожиданно.
Гарди не знала, почему ей вдруг стало так важно побить Кира, но, похоже, ее настроение разделяли все собравшиеся. Ведьмин сын пытался ее куда-то тащить, однако выходило плохо, потому что она сопротивлялась. К тому же, дорогу им перегородила куча людей, образовавшаяся за секунды у них на глазах. Кто-то из танцующих споткнулся, другой прыгнул на него следом, третий приземлился сверху, молотя по телам внизу руками и ногами. Гарди уцепилась за дерево и, глотая льющийся с неба дождь, превратившийся в настоящий ливень, в изумлении уставилась на поляну, где еще недавно веселились люди. Сейчас там творилось нечто хаотичное, и страшнее всего было то, что ей хотелось стать частью этого. Ранее танцевавшие пары уже не прижимались нежно и страстно друг к другу, а колотили партнера и соседей обломками стульев, веток и всем, что попадалось под руку. Навесы и тенты содрали, и теперь ничто не мешало дождю поливать разбушевавшихся селян потоками воды, льющейся с багрово-красного неба. Внимание Гарди привлек Ас, который, держа за волосы одного из своих верзил, молотил головой бывшего товарища по столешнице. Кровь быстро смывало дождевой водой, а тело в руках Гойдона уже не сопротивлялось.
— Надо скорее укрыться! — прокричал ей на ухо знакомый голос, но Гарди забыла, кому он принадлежал. Ей нужно было туда, где кровь. Туда, где человека по имени Ас Гойдон, ждала смерть от ее руки.
Помутненный взгляд выхватил из толпы фигуру Роджера Свичера, который отбивался от своей жены, вцепившейся ему в волосы. У самого Свичера в руках была разбитая бутылка, которой он размахивал по сторонам в поисках жертвы. От острого горлышка едва увернулась Хризелла. От неминуемого ранения женщину спасла грязь. Дождь быстро превратил уютную покошенную траву в грязевое полотно, в котором селяне отчаянно пытались убить друг друга. Хризелла плюхнулась на зад, бутылка в руках Свичера пронеслась над ее головой, а в следующий миг женщина достала из кармана вилку и всадила в ляжку громилы Роджера, повалив его в земляную жижу вместе с Генриеттой Молион. Какое-то время женщины били вяло отбивающегося директора школы, а потом с остервенением набросились друг на друга.
Что было дальше, Гарди не увидела. Ей на голову накинули какую-то тряпку, загородившую и драку, и дождь, и багряную тучу, льющую злые воды. А потом ее тело оказалось на чьем-то плече, и пока она соображала, как лучше уничтожить противника, ее уже понесли прочь, при этом, Кир, а это было именно его плечо, бежал так, будто за ними гнались все оборотни мира. На какой-то момент ей даже показалось, будто она лежит на плече не человека, а гигантского зверя, но, конечно, у нее разыгралось воображение.
Гарди пришла в себя дома, не помня ни того момента, когда сознание оставило ее, ни секунды, когда она очнулась. Тем не менее, это был ее новый дом, а лежала она на кровати Алисии, укрытая теплым одеялом до самого подбородка. В окно остервенело бил дождь, хлестал ветер, но ей было сухо, тепло и уютно. Гарди вытащила из-под одеяла руку, почесала нос и почувствовала легкий аромат трав, идущий от кожи. Слегка влажные волосы пахли также — похоже, мыть ее без сознания входило у Кира в привычку. Откинув покрывало, Гарди внимательно изучила белое, просторное платье до колен, в которое ее обрядили.
— Извини, мне пришлось тебя переодеть, — раздался из темноты голос Кира. Он был странным, и подумав, Гарди решила, что так звучит грусть. Кир стоял у окна, и его силуэт зловеще выделялся на фоне багряной тучи, все еще нависающей над деревней.
