– Если бы Кержаков остался в «Зените» и год поработал под руководством Адвоката, то уехал бы в Испанию не только за другие деньги, но и в совершенно иных кондициях и с четким пониманием, чего от него в Европе будут требовать. И тогда бы, уверен, Саша там заиграл. Но новый стандарт он не воспринял и к стабильным выступлениям в чемпионате Испании оказался не готов.
Когда шли переговоры о том, чтобы Адвокат возглавил «Зенит», мы отправили Дику диски с игрой команды. И одним из первых и главных его условий было то, что Аршавин и Кержаков останутся в «Зените». Так что продажа Саши была бы как минимум нарушением изначальных договоренностей с Диком. Как вы думаете – очень мне хотелось начинать совместную работу с тренером подобными действиями?
В словах Адвоката и Фурсенко обнаруживаются явные противоречия. Тренер говорит, что посчитал ошибкой непродажу Кержакова летом 2006-го, президент утверждает, что как раз продажа стала бы нарушением договоренности с Диком. Но ведь пришел Адвокат в июле, а вопрос с переходом в «Севилью» остро встал уже к концу августа! Так что лукавит, мне кажется, тут Сергей Александрович…
– После этого Саша начал откровенно валять дурака, – продолжил Фурсенко в нашем разговоре весной 2009-го. – Одна из главных вещей в футболе – это климат в команде. Рассматривая возможный приход любого нового футболиста, нужно смотреть, как он впишется в коллектив. Поэтому возвращение Кержакова при Адвокате и при тех игроках, которые еще остаются с того времени, кажется мне очень маловероятным. Все помнят, что, когда ему нужно было играть, Саша занимался собой.
Эти жесткие слова очень любопытно читать спустя несколько лет, когда Фурсенко – президент РФС, Адвокат – главный тренер сборной, а Кержаков (вернувшийся в «Зенит» ко многим игрокам, с кем выступал в 2006-м!) – ее основной форвард. Многие действительно ожидали, что новые обстоятельства «отцепят» Александра от сборной. Но Адвокат оказался достаточно мудрым человеком, чтобы забыть старую историю и начать отношения с чистого листа.
А вот то, что в какой-то момент отношение тренера к нападающему оставляло желать много лучшего, – правда. Я получил этому подтверждение, когда беседовал с Адвокатом в апреле 2008-го. В тот момент встал вопрос теперь уже об отъезде Аршавина, и я спросил Дика:
– Во всех своих интервью Андрей подчеркивает, что хочет играть за границей. Точно так же два года назад был настроен Кержаков…
В ответ услышал:
– Это два совсем разных типа игрока. Могу вас заверить, что Аршавин – настоящий профессионал. Он всегда тренируется с полной выкладкой. Он никогда не травмирован. Все те, кто сомневается в его отношении к делу, не правы – говорю вам однозначно.
О Кержакове он говорить не стал. Но все было понятно и так.
Сарсания в 2009-м вспоминал:
– Осенью 2006-го Саша вообще перестал думать о футболе и закономерно сел на скамейку. Дик говорил ему простую вещь: «Саша, ты хороший игрок, многое сделал для клуба, забил сто мячей. Но когда я пришел, ты не дал мне шанса! Докажи, что ты лучший!» Он возразил: мол, он все уже доказал. Адвокат ответил, что доказывать нужно не вчера, а сегодня. И попросил Кержакова, чтобы тот помог команде и самому себе. Дик сказал: «Тогда у нас будет возможность после сезона попросить совет директоров, и ты уйдешь красиво, через парадный вход. А ты пытаешься уйти через заднюю дверь». Но Керж его так и не понял и в итоге ушел через заднюю дверь…
Весной 2009-го, при работе над книгой «Правда о „Зените“, я спросил директора школы „Зенит“ (которую закончил Кержаков) Евгения Шейнина, поддерживающего с форвардом приятельские отношения:
– Кержаков может вернуться в «Зенит»?
– При Адвокате – точно нет. Это даже не обсуждается. Он и слышать о Саше не хочет. Мне кажется, голландец даже обвиняет его в том, чего не было.
В чем Шейнин окажется прав – так это в том, что при Адвокате Кержаков, вернувшись из «Севильи», будет выступать за «Динамо», а в «Зенит» вернется уже к Спаллетти…
Восстанавливая в памяти все эти истории, понимаешь две вещи. Во-первых, то, что Адвокату с первых же месяцев в «Зените» отнюдь не медом было намазано. А во-вторых, какие же они с Кержаковым все-таки молодцы, что все былые разногласия преодолели и вполне мирно уживаются сейчас в сборной России.
Но осенью 2006-го передряги вокруг Кержакова стали, думаю, не последней причиной того, что в нашей самой первой, октябрьской беседе, Дик безо всякого восторга отзывался о футбольной части того, с чем столкнулся – в отличие от, скажем так, «кураторской». Звучало это весьма познавательно и колоритно. Заодно и тему Гуса успели тогда поднять…
– В чем российским футболистам нужно менять свой менталитет? – спросил я Адвоката.
– У меня есть мнение на этот счет, но с моей стороны будет неумно излагать его в газете. Не многие русские игроки успешны в Европе.
– Почему?
– Они должны быть профессионалами.
– Сейчас они – непрофессионалы?
– Я этого не говорил.
– Правда, что Аршавин советовал вам, кого выпускать на поле?
– Со мной у игроков нет на это ни единого шанса.
– Вам легко было найти с русскими общий язык?
– Вначале была дистанция. Они не знали, чего от меня ждать. Но ситуация улучшается.
– Они вас больше не боятся?
– Иногда боятся. И это хорошо.
– Ваше одновременное появление в России с Хиддинком – закономерность?
– Совпадение. Хотя у нас с Хиддинком очень хорошие отношения. Играли друг против друга в Голландии и США, а потом сменяли друг друга в ПСВ, сборных Голландии и Кореи. Он классный профессионал.
– Как у вас складывается контакт с президентом Фурсенко?
– Очень хорошо. Прекрасно, что президент прислушивается к тем, кто его окружает. В частности, ко мне и Константину (Сарсания. – Примеч. И. Р.). Мистер Фурсенко и «Газпром» делают все, чтобы команда становилась лучше. Не скрою, у меня были сомнения, ехать ли в Россию, я не знал, чего ждать. Но пока всё идет в правильном направлении.
Зимой 2007-го потерю Кержакова «мистер Фурсенко и „Газпром“ компенсировали с лихвой.
Лишь четвертое место, которое занял «Зенит» в 2006-м, по мнению Фурсенко, стало для клуба… благом. И вот почему:
– Быстрые результаты никогда не приходят надолго, – размышлял в нашем разговоре экс-президент «Зенита». – И если бы вдруг всё сложилось так, что уже в 2006-м мы взяли бы золото или серебро, может, и на приобретение того же Тимощука денег мы бы не получили. А так, после четвертого места, на всех уровнях возникло понимание, что селекцией придется заняться по-настоящему.
Занялись – да как! Украинец Тимощук, россияне Погребняк, Зырянов – три ключевых фигуры будущих побед «Зенита» пополнили состав именно в то межсезонье. Как и аргентинец Домингес, который, пусть до конца и не приживется, зато сыграет главную роль в решающий миг чемпионата России – 2007. Кроме того, было заключено новое соглашение с Аршавиным – на четыре года, за которые, по неофициальной информации, футболист должен был заработать 12 миллионов долларов.
Как о новом контракте Аршавина, так и о беспрецедентной на тот момент покупке капитана донецкого «Шахтера» Анатолия Тимощука за 20 миллионов долларов говорила вся страна. Даже в Питере рекордная в истории российского футбола сумма вызвала море споров, – а о Москве, где к «питерской» государственной власти особое отношение, и говорить нечего. В публикации по итогам того межсезонья я назвал команду с берегов Невы в ее новом обличье – “Челси” из Питера». Не в осуждение, а просто в порядке констатации. Той зимой «Зенит» потратил даже больше, чем клуб Романа Абрамовича!
Покупка Тимощука стала, убежден, главным кадровым шагом на пути «Зенита» к большим победам. Он ведь не только ценнейшим игроком для команды стал, но и ее капитаном. Причем уже пару месяцев спустя…
Когда я спросил Аршавина: «Есть ли какие-то качества у Тимощука как капитана, которых нет у вас?» – ответ оказался умным и тонким:
– Он проще находит контакт с людьми. Тимощук может разговаривать со всеми, кого любит или нет, если это нужно для дела. Я таким умением не обладаю.
Тимощук стал стержнем «Зенита» и в раздевалке, и на поле. В апреле 2008-го, накануне полуфинала Кубка УЕФА с «Баварией», я спрошу Адвоката:
– Не думаете, что появление Тимощука в роли капитана команды стало одним из ключевых факторов в формировании чемпионского «Зенита»?
