если это и проститутка, то из знатных. А потом и пригляделась.
На проститутку девица не похожа. Скорее, наоборот, девочка из приличной семьи. Одета скромно, со вкусом, выглядит аккуратно. Платье скрадывается наброшенной на плечи шалью, и шаль-то из дорогих. Конечно, не слишком яркая, но эссе и не надо выглядеть, словно боевой попугай.
Личико тоже не из примелькавшихся в столице. Свеженькое, чистое, и видно, что девушка модам не следует. Сейчас и брови приняты другой формы, и губы надо подкрашивать определенным образом, а девушка и без краски вовсе. Словно из деревни.
И загорелая, а сейчас в моде бледность и рисовая пудра.
И волосы у нее вьются, а сейчас лучше прямые…
Нет, не из столичных эсс эта эсса. Так что раэша Брегман решила все же поговорить с ней, а уж потом гнать:
– Эсса, вы понимаете, что эс Малавия занят?
– Я знаю. Но он сам приглашал меня к нему приехать. По работе.
– Ну так и приехали бы вы, эсса, к нему на работу? В казначейство?
– Раэша, а вы сами-то там бывали? Вот совершенно мне не хочется проходить там шесть дней и все равно не попасть к эсу Малавии.
Раэша подумала.
Ну так-то оно верно, не попасть.
С другой стороны, что это за королевский казначей такой, к которому легко попасть было бы? И эта девочка не первая, кто хочет к нему на прием. Бывали тут разные, кто б спорил. И постарше бывали, и помоложе бывали, и всякие. А только все равно…
Прислуга обычно бдела и с такими расправлялась резко. Но…
– Эсса…
– Кордова.
– Эсса Кордова, вы должны понимать, что я могу за такое лишиться места.
Эсса кивнула.
– Скажите, раэша, а вот эта вещь не стоит некоторого риска?
И на ладонь раэше лег небольшой, но увесистый такой кошелечек с монетами. И судя по приятному звяканью… золото?
Раэша оценила.
На то, что лежало в ее ладони, можно было купить корову. Как минимум, а то и не одну.
Это вам не пара золотых, которые сунули украдкой.
– Эсса Кордова, я ведь все равно вас пустить не могу.
– Нет, конечно. Но вы можете, к примеру, сказать эсу Малавии, что нашли на крыльце письмо? Или положить его среди корреспонденции?
Второй вариант раэше понравился больше.
Положит – и ладно. А откуда оно там, кто принес?
Да кто угодно.
Это же письмо, не захочет эс его читать – так она и не в ответе. О чем и сказала эссе.
Та только улыбнулась.
– Все будет в порядке, раэша. Даже не сомневаюсь.
Имя на конверте стояло мужское, но на это раэше как раз было наплевать. Свои деньги она отработает, письмо подложит, а уж что там эс решит?
Тут не ее воля. И точка.
* * *
Эс Ансельмо Малавия проснулся в хорошем настроении. Выспался хорошо, отдохнул, проснулся сам на рассвете, а там и кофе ему подали. В меру крепкий и горячий.
Кофе, ванная, завтрак – и можно бегло проглядеть корреспонденцию.
Всего шесть писем, газета… газету – напоследок. Письма… от кого они?
Два письма эс распечатал и бегло проглядел. И отправил в мусорную корзину.
Милостыню он не подает и устраивать чьих-то там племянников тоже не собирается. Никуда. Вот еще не хватало!
Он сам умом пробивался, а на его шее теперь все это стадо выехать норовит?
Перебьются сорок раз!
Пусть сами думают, сами делают, а хотят в казначейство – возьмем! Младшими помощниками писаря, к примеру. Там, глядишь, лет за пять-шесть, по ступенечкам, смогут и до писаря дорасти. До младшего.
А вы думали, деньги – это так просто? Вот еще! Лучше так не думайте, а то без денег и останетесь.
А то ишь ты!
Не найдется ли у вас в казначействе должности для моего сыночка, вашего шестиюродного племянника по бабушке, такого милого мальчика, что даже подумать страшно. Он согласен на совсем небольшой оклад, пару тысяч золотых в месяц, и на громадный объем работы в пару часов в день. Вы же ему подберете такую должность? Нет-нет, я понимаю, что ваша – уже занята, но помощники-то вам нужны?
И откуда такие дуры берутся?
А это еще что за письмо?
Раэн Лутаро Мора?
И внизу аккуратно приписано: по поводу новых изобретений.
А вот это уже интересно!
Эс Малавия распечатал письмо. И удивился, потому что начиналось оно своеобразно:
«Уважаемый эс Ансельмо Малавия!
Прошу вас уделить мне несколько минут вашего времени. Я сегодня в полдень заеду к вам на работу.
Я и есть та самая эсса, о которой вы говорили с разном Морой.
Надеюсь, сегодня все наши дела будут улажены к обоюдной выгоде.
С уважением.
Эсса Каэтана Кордова».
Эс Малавия задумался.
Кордова, Кордова… что-то ему было знакомо. Он подумал еще пару минут, потом отправился в библиотеку и принялся листать гербовник.
В нем нашелся Рауль Кордова.
Рауль… ах да! Точно, с ним связан недавний забавный скандал, когда его любовницу поймали под другим мужчиной, а ревнивец устроил скандал и пытался забодать бедолаг развесистыми рогами!
Кто-то в казначействе рассказывал.
А еще эс Кордова – кто?
Ладно, приедет на работу и попросит подготовить справку. А заодно прикажет пропустить к себе эссу Кордову. Умная женщина – существо, которое встречается достаточно редко и хотя бы уже поэтому заслуживает внимания.
* * *
Эсса оказалась пунктуальна. Ровно в полдень порог кабинета эса Малавии переступила симпатичная девушка в кремовом платье, поверх которого была накинута достаточно дорогая шаль.
Платье было достаточно скромным, шаль – дорогой, волосы уложены в строгую прическу, золота не мало и не много – серьги и браслет, на плече модная сумочка, на губах – вежливая улыбка.
Симпатичная эсса. И совсем молодая, может, ей и двадцати-то нет.
– Эсса Кордова?
– Здравствуйте, эс Малавия.
Голос у нее тоже оказался вполне приятным. Мягким, теплым…
– Итак, эсса, – решил надавить Ансельмо, – о чем вы хотели со мной поговорить?
Эсса даже и не подумала смущаться. Она преспокойно опустилась на стул напротив, достала из-под мышки большую кожаную папку, а из нее – вытащила несколько десятков листов.
– Полагаю, этого достаточно для признания моего права на патенты?
Ансельмо бегло пробежал их глазами.
Да, это патенты на те самые новомодные изобретения. Только если в гильдии они пока хранятся без подтверждения, только с подписью раэна Мора, то здесь есть обе подписи.
И раэна Моры, и самой эссы Кордовы.
– Вполне, эсса.
Даже странно как-то. Отец у нее – на редкость бесполезное существо.
