Читаем без скачивания Бандитский доктор - Кирилл Казанцев

У Лыгина сложилось стойкое убеждение, что начальство было радо его отъезду, сплавив от греха подальше «засвеченного» в каких-то «непонятках» оперативника. Здесь интересы обеих сторон полностью совпадали, и вскоре, продав квартиру, чета Лыгиных выехала из Первопрестольной на Урал, к родственникам жены. Москву капитан покидал не без некоторого сожаления, все же он здесь родился, рос и учился, отдал работе во внутренних органах десять лет. Но так было нужно.

На новом месте он как-то быстро пообвык, сдружился с коллегами по службе, которая, как поется в песне, «и опасна, и трудна». А очередную звезду получил месяц назад за то, что практически в одиночку раскрутил так называемое «дело тарантулов», нашумевшее не только в области, но и по всей России. В течение длительного периода времени неизвестной бандой совершались тяжкие преступления – убийства водителей «девяток» и «десяток». Обезображенные трупы находили в лесных массивах вдоль шоссе. Владельцев безжалостно убивали, машины, как выяснилось, перегоняли в соседнее государство, где перекрашивали, перебивали номера, а потом сбывали. Можно сказать, работал настоящий кровавый конвейер. Банда действовала нагло и казалась неуловимой. И вот…

К великому стыду и гневу следаков и сыскарей, преступная группа на девяносто процентов состояла из сотрудников различных служб МВД, в основном – ГИБДД. Оборотни в погонах мало чем отличались от матерых уголовников и отморозков – тех, с кем были призваны бороться.

Еще был случай. Как-то Лыгин заехал по делам в областное УВД, где разговор с дежурным офицером принял неожиданный оборот. Тот поделился с майором сомнениями по поводу добросовестности выполнения своих обязанностей местными пинкертонами из соседнего города-райцентра. Весной районные оперативники обнаружили на берегу реки мертвого мужчину. Подобные находки называют «подснежниками» – после весеннего таяния снега находятся трупы неизвестных. Местные эксперты не обнаружили на теле следов насилия, а прокурорские следаки не смогли установить личность погибшего, поэтому в возбуждении уголовного дела было отказано.

– Вполне возможно, что у нас или в соседних областях имеется подробное описание без вести пропавшего, а районные следаки об этом ни сном ни духом, – поделился своими соображениями Лыгин.

– Точно, – согласился сотрудник вышестоящей организации, – вот ты и займись этим.

Лыгин покопался в сводках происшествий и в заявлениях о пропаже за последние полгода, перелопатил гору документации и был вознагражден, наткнувшись на искомое: описание пропавшего перед Новым годом водителя «семерки» и найденного на берегу тела совпадало. Дальнейшее было делом техники. Майор разослал по районным отделам ГИБДД запросы, не поленился отправить и в соседние области, и вскоре получил два ответа: об обнаруженной в соседней области брошенной машине и о появлении этой же «семерки» несколько месяцев тому назад в одном из районов области. Так он вышел на преступников. Двое подонков убили хозяина «семерки», подрабатывавшего частным извозом, завладели машиной и продали ее знакомым из района за смехотворную цену. Когда те из газет узнали о розыске пропавшего без вести, решили от греха подальше избавиться от замаранной «тачки» и отогнали ее в соседнюю область, где бросили, предварительно «раздев».

Все здесь было: и нерасторопность местных органов дознания, и халатное отношение к своим обязанностям экспертов. Если найден в подобных обстоятельствах труп, то подлежит человек опознанию или нет, необходимо возбудить по факту обнаружения уголовное дело. Присутствовало здесь и нежелание вешать на себя «глухое» дело. Все так, и Лыгин ставил это в вину своим коллегам. Но что больше всего поразило майора, так это полное бездушие людей, которые, узнав о причастности их приятелей к убийству человека и хищению автомобиля, даже и не подумали заявить об этом в полицию, чтобы помочь в розыске и раскрытии преступления, да и просто отвести от себя возможные подозрения.

Не прошло и недели с тех пор, как это дело было закрыто, а Лыгину пришлось взяться за очень серьезное расследование. Речь шла о так называемых серийных убийствах. Тема эта совсем неблагодарная для тех, кто ее разрабатывает, – следователей, оперативников, экспертов, но весьма прибыльная для всякого рода искателей сенсаций – журналистов, писателей, киношников. И хотя преступления, подобные серийным убийствам, совершаемым, как правило, на сексуальной почве, составляют совсем небольшой процент в общем вале криминала, но именно они сильнее всего будоражат общественное сознание, ужасая своей дикостью, кровожадностью и непредсказуемостью. Серийный убийца – более зловещая и непонятная личность, чем грабитель или рэкетир, с которым еще можно договориться, откупиться, сохранив себе жизнь; маньяк же считается «бешеным волком» в любом обществе – даже в среде бандюков, ибо бандюки – люди, являющиеся в психическом отношении более или менее нормальными, действия их и интересы, какими бы они ни представлялись омерзительными для законопослушных членов общества, все же понятны, чего не скажешь о поступках и логике маньяка и психопата. Убийца-маньяк – всегда для большинства людей закрытая книга, темная сторона человеческой сущности, мрачные глубины которой иногда становятся доступными лишь для немногих избранных – подлинных специалистов-исследователей в области души, психики, подсознания. Разумеется, к таковым Лыгин не относился и самого себя не причислял. В данный момент опер устроился за своим рабочим столом и пытался сообразить, с чего начать розыск, подбирая нужные мысли, чтобы выразить их на бумаге, озаглавив все это «планом ОРМ» – оперативно-розыскных мероприятий.

С утра пораньше его вызвал к себе начальник ГУУРа полковник Баев.

– Здорово, Трофимыч! – поприветствовал он Лыгина. – Меня, знаешь, вызывает Сам. – Он выразительно указал глазами вверх. – Есть какие-нибудь наметки по делу Душителя?

– Да ты что, Алексей Ринатович?! Я ж только вторые сутки как взялся за это дело!

– Вот и рой, – указал шеф. – Завтра в восемь ноль-ноль твой план должен лежать у меня на столе. Одним словом, все бросай и берись за этот «висяк» вплотную. Голова у тебя, как ты сам доказал, светлая, ноги резвые, а у гончего пса, как тебе известно, главное оружие – хороший нюх. Так и вынюхивай, не в обиду тебе будет сказано. С утра в полном составе весь отдел соберется у меня.

– Слушаюсь, – вздохнул, усмехаясь, Лыгин и принялся за работу.

Ко времени, когда план в общих чертах был готов, в кабинет потянулись остальные сотрудники отдела. После того громкого раскрытия дела ребята стали относиться к старшему оперу с должной долей уважения. Вообще сослуживцы по-разному комментировали его столь удачный «дебют» – в зависимости от сущности своей натуры. «Толковый мужик», – одобрительно резюмировали одни. «Просто подфартило оперу, – пожимали плечами другие. Третьи же с язвительной усмешкой заявляли: «Как же, столичный кадр. У них там все такие крутые». Насмешки и лесть Лыгин принципиально не замечал, к советам прислушивался, но поступал так, как сам считал нужным, отношения с коллегами старался поддерживать ровные, не деля на «своих» и «чужих». Сегодня друг, завтра враг. И наоборот. Вот так и работал.

Душитель, как окрестили серийного убийцу следователи, а вслед за ними и журналисты, не давал никому покоя, оставаясь мрачной загадкой, явлением, не поддающимся никакому разумному объяснению. Лыгин понимал, что здесь – не его вотчина, а значит, нужно обращаться к специалистам. Впрочем, обращались и до него, только делу это помогло мало, а вернее, совсем не помогло.

«Значит, не к тем обращались», – решил майор, перебирая в уме возможные варианты решения вопроса.

На следующий день с утра все сотрудники ГУУРа собрались в кабинете у шефа. Присутствовал и следак из городской прокуратуры. Когда после дежурного разноса со стороны полковника Баева все присутствующие прониклись важностью скорейшей поимки серийного убийцы, учитывая растущую среди населения панику, была создана специальная группа для дознания по делу Душителя, в которой старшим назначили Лыгина, выделив ему троих помощников. Было ясно, что вся основная нагрузка ложится на них, четверых.

После совещания «команда» майора собралась у него в закутке. Лыгин подробно ознакомил их со своим планом, после чего каждому поставил конкретную задачу.

– Трофимыч, вот список психиатров, к которым обращались за консультацией. – Капитан Лепоринский протянул ему компьютерную распечатку. – Аж целых пятеро головастиков.

– Ну, ладно, – проворчал Лыгин, – ты не иронизируй. Люди знают свое дело, а мы – свое.

– Так и я о том же, – развел тот руками, – только вот толку-то…

– Толк всегда будет, если есть чего толкать. Ладно, этим вопросом я займусь сам. Все, мужики, по коням. Шеф рвет и мечет, требует результата.