все еще облизывая ковер. Не думала, как это дерьмово, и о том, что Брук никогда бы не сделала ничего подобного до встречи с Рей, и что Рей делала все и вся хуже, потому что была лгуньей и эгоисткой и совершала жестокие вещи с людьми, которых должна была любить.
Ни о чем этом я не думала.
Мой самоконтроль действительно улучшился за эти дни, и я гордилась собой.
– Какой же ты болван, – нежно сказал Броэм, присаживаясь перед Финном так, чтобы они оказались лицом к лицу.
– Я хочу прекратить это. Можешь прекратить это?
– Чувак, тебя накрыло. – Броэм подхватил Финна под руки и легко поднял его на ноги. – Можешь идти? Ты в порядке?
– Да, я… да.
Финн стоял без видимых затруднений, но Броэм все равно схватил его за плечо.
– Ладно, обдолбыш, идем. Можешь остаться у меня сегодня.
Брук, Рей и я последовали за ними. Брук беззвучно смеялась, пока Броэм вел выведенного из равновесия Финна по коридору в гостиную.
– Дай ему побольше воды, Броэм, – сказала она сквозь смех, пытаясь прокашляться и выглядеть серьезной.
– Кто-нибудь, сходите за Хантером и Люком, – приказал Броэм. – Я не смог их найти, когда приехал.
Рей кивнула и развернулась. Думаю, для нее лучше было уйти. В конце концов, она училась в том же классе, что и они.
Но самое главное – она исчезла. И у меня, возможно, не будет другой возможности поговорить с Брук лично, без ее присутствия. Сейчас или никогда.
– Эй, – сказала я Брук. – Можем отойти во двор или куда-нибудь на секунду?
Тень легла на лицо Брук, но она согласилась. Казалось, Броэм отлично справляется с Финном, поэтому мы извинились и отошли. Когда я обернулась посмотреть, не умер ли Финн в течение этих двух секунд, то заметила, что Броэм смотрел нам вслед.
Он поймал мой взгляд, как только я посмотрела ему в глаза.
– Спасибо, – прочитала я по его губам.
Это был нехарактерный для него момент нежности, сопровождаемый напряженным взглядом. Тем, что делал его глаза голубее. Теперь я чувствовала себя вдвойне плохо из-за того, что раньше на него нападала.
Снаружи, на веранде Алексея, музыка превратилась в приглушенный стук. Мы сели на плетеные декоративные стулья по разные стороны стола. Огоньки на гирляндах, оплетавших забор веранды, загорались и гасли.
У меня появилось неожиданное желание забыть о возможном неприятном разговоре и вместо этого сделать фото для «Инстаграма», где мы обе будем счастливы и веселы, и я не стану рисковать отттолкнуть ее от себя.
– Как дела? – спросила Брук, и затем ничего не произошло.
– Я скучаю по тебе.
Она улыбнулась.
– О чем ты? Я же здесь.
– Знаю, сейчас. Но когда мы последний раз отдыхали вместе, Брук?
– Мы сегодня целый день вместе собирались!
– Одни.
Она бросила на меня взгляд, который ясно говорил: «Ты сейчас серьезно?»
– Ну, не знаю. Может, тогда, когда я приходила и мы помогали Эйнсли подшить платье?
– Это было несколько недель назад.
На этих словах она томно вздохнула, а в моей груди все сжалось. Она никогда раньше так не вздыхала. В разговоре со мной никогда, разве что только посмеяться над кем-нибудь. Но сейчас? Это презрение, направленное прямо на меня, даже не смягченное ласковой улыбкой.
– Прости, я была занята.
– Но ты не была занята, чтобы увидеться с Рей.
– Она моя девушка.
– И? А я твоя лучшая подруга! Неужели так важно впихнуть в свой график Рей, а не меня?
Мне отчаянно захотелось закричать.
– Не то чтобы я избегаю тебя или что-то такое. То, что вы не ладите, усложняет ситуацию, ты же знаешь. Если бы я могла приглашать тебя вместе с нами, возможно, не было бы таких проблем.
– То есть ты говоришь, что это моя вина?
– Нет, просто хочу сказать… может, ты попробуешь подружиться с ней? Тогда мне не придется выбирать между вами.
– Как будто в последнее время у тебя был выбор, – ответила я.
– Это неправда.
– Ну, не знаю, чего ты от меня хочешь, – огрызнулась я. – Я пытаюсь понять ее. И я не груба с ней, не зла, и всякое такое.
– Могу все же заметить. Тебе следовало бы посмотреть на себя со стороны, когда ты оказываешься рядом с ней. Ты выглядишь так, как будто ты швыряешь в нее кинжалы, а она ничего тебе не сделала, Дарс. От этого ей не по себе.
Я представила себе, как Брук и Рей прижимаются друг к другу на диване, а Рей ругает меня, говорит Брук, какая я жестокая с ней, какая подлая, и Брук с ней соглашается. И обе говорят, как ужасно находиться рядом со мной. И, как в анекдоте, я была единственной, кто не знал этого.
Я и понятия не имела, что Брук так себя чувствует.
И почему? Потому что я не загораюсь от счастья каждый раз, когда Рей возникает между нами? Серьезно?
Я проглотила комок, образовавшийся в горле, и заговорила тревожно-дрожащим голосом:
– Дело не в том, как она относилась ко мне. Это немного странно, учитывая, как она всегда относилась к тебе.
– Все это в прошлом, – твердо сказала Брук. – Я ценю твою заботу, но ты должна доверять моему решению. Если я думаю, что она изменилась, значит, она изменилась. И мне нужна твоя поддержка.
– Мне не нравится идея беспрекословно поддерживать тебя, если мне не нравится ситуация, в которой ты находишься, – ответила я.
– Не нужно делать это беспрекословно. Поступай логично. Когда ты последний раз видела, чтобы Рей грубила мне?
Я прикусила губу. Сильно.
Брук восприняла мое молчание за согласие.
– Видишь? Она милая, Дарс. Она веселая, поддерживает меня и понимает. Она никогда не сделает мне ничего плохого, никогда, и смешно, что ты все еще в чем-то подозреваешь ее.
Я скрестила руки на груди, положила ногу на ногу и нахмурилась. Как так вышло, что я умоляла свою лучшую подругу уделить мне больше времени, а закончили тем, что образовалась команда Брук и Рей против злой Дарси? Как будто я единственная, кто все усложнял. Рей одаривала меня кислыми взглядами, как только я входила в комнату. Так почему же я одна виновата?
А что насчет «милой», «всегда поддерживающей» и «никогда не сделавшей ничего плохого Брук»?
Ха. Ха.
– У тебя розовые очки, – упрямо сказала я, – и ты просто не видишь, что не используешь весь свой потенциал.
Я хотела сказать, что она заслуживала лучшего, но почему-то именно эти слова вылетели из моего рта. Прежде чем я пошла на попятную, Брук оглядела меня с ног до головы.
– Серьезно, что у вас произошло? Я знаю тебя, Дарс, и моя подруга не злобная стерва, заставляющая всех чувствовать себя отвратительно. Как будто я вовсе тебя не знаю.
Что?
– Ого! – воскликнула я. – Я злобная стерва? Потому что я не без ума от Рей, как ты? Если я не разделяю твоего мнения, это не делает меня злобной, Брук. Я вообще
