не был так прост. Он снова замахнулся. Ремень укусил ее за попу раз, два, третий раз.
При каждом ударе Кора напрягалась и вжималась в кровать на мгновение, а потом снова поднималась на дыбы и снова подмахивала ему своей прекрасной, теперь уже ярко-розовой попкой.
Когда она повернулась, чтобы посмотреть на него через плечо, по ее щекам текли слезы, а брови были нахмурены. "Пожалуйста. Маркус. Неужели ты не видишь, как сильно ты мне нужен?"
Она выглядела беспомощной. Отчаянной. Его красивая жена. Буквально на коленях.
Что бы с ней ни происходило, она пришла к нему. Она была в беде и пришла к мужу за помощью. Как и должно быть.
Маркус отбросил ремень, опустился на колени позади нее и зарылся лицом в ее киску.
"Черт, ты такая мокрая". Он звучал потрясенным, потому что так оно и было. Он обхватил ее извивающиеся бедра, заставляя ее оставаться неподвижной, пока он погружался в нее и начинал трапезу.
За все время их совместной жизни он никогда не видел ее такой влажной. Ее влага небрежно лежала на его пятичасовой тени. Он едва успел проглотить один глоток, как на него хлынул новый поток ее сока.
Кора сгребла простыни, всхлипывая его имя: "Маркус, Маркус", ее ноги тряслись по обе стороны от его головы, как будто произошло землетрясение, эпицентр которого находился в ее киске.
"Нет, нет, это слишком", стонала она, извиваясь и толкаясь в его рот в противоречие своим словам. "Я не могу".
"Сможешь", прорычал он. "Ты принадлежишь мне. Ты так сказала. Ты признала это". Ему было плевать на обстоятельства, он, блядь, держал ее за ее признание. "Так что когда я скажу кончить, ты кончишь. Теперь сделай это. Кончай".
Она извивалась, ее кульминация наступала снова и снова, неудержимым потоком. Это было чертовски невероятно. Каждый пик, казалось, поднимал ее все выше и выше. Ее крики становились все более и более громкими, пока, наконец, она не стала задыхаться от высокочастотного хныканья.
А член Маркуса никогда не был таким твердым за всю его гребаную жизнь.
Маркус перевернул ее, и она схватила его за плечи. Он отстранил ее руки и прижал ее к кровати.
"Ты не трогаешь меня, без разрешения". В этот момент он хотел, нет, нуждался в ней с безумной страстью, которая могла бы даже сравниться с ее собственной. Но он продолжал контролировать ситуацию. Неважно, что его бедра дрожали от желания войти в нее.
Еще больше слез скатилось по ее щекам.
"Маркус, пожалуйста".
Сдвинувшись вперед, он пальцем вытер ее слезы. Он не мог удержаться, чтобы не попробовать их на вкус. Ее груди выгнулись дугой, как будто это было самым эротичным, что она когда-либо видела.
"Bellissima", прошептал он, напрягая тело от сдержанности. "Если это то, чего ты хочешь…"
"Да. Мне это нужно. Мне нужен ты. Теперь, Маркус, ты должен…"
"Шшш, Кора, cara (с итал. — дорогая), успокойся. Позволь мне быть нежным…"
"Я не хочу, чтобы ты был нежен", закричала она. "Мне нужно это сейчас, пожалуйста, боги, пожалуйста, Маркус. Ты нужен мне сейчас".
Его рука вырвалась и обхватила ее шею. В то же время он переместился, наклонил бедра и вошел в нее.
Глаза Коры загорелись экстазом, ее тело сжалось вокруг него в оргазме.
"Ты этого хочешь?" Маркус задвигал бедрами, заставляя свой член входить глубже. Она была тугой, чертовски тугой, но такой влажной, что он проскользнул прямо внутрь. Она была так идеально создана для него. Он закинул ее ноги себе на плечи и согнул ее пополам, неистово вбивая член.
"Маркус, да. Трахай меня сильнее". Она закрыла глаза. Ее киска доила его, засасывая глубже, когда он стонал над ней. "Сильнее, Маркус".
Хорошо, что она продолжала произносить его имя. Мысль о том, что она могла пойти и поделиться этим с каким-то другим мужчиной…
Он вырвался и снова вошел в нее, сильно. Но как только он глубоко погрузился в нее, его сердце успокоилось.
"Кора. Mi amore. Ho bisogno di te." Моя любовь. Ты нужна мне. Неужели она не видит, что сделала с ним? Как два месяца разлуки стали для него адом?
"Маркус", прошептала она, чувствуя, как по ней пробегают ударные волны. Боги, как ее киска продолжала сжимать его член — она кончала без остановки, ее ноги неконтролируемо тряслись. Ее руки вцепились в твердую стенку его груди, пытаясь притянуть его ближе.
Он позволил себе прижаться к ней, грубые волосы царапали ее чувствительные соски. "Я здесь. Я здесь. Baciami. Abbraciami." Поцелуй меня. Обними меня.
Его член проникал все глубже, скользя по ее чувствительным стенкам, и когда его губы коснулись ее губ, наступила самая сильная кульминация. Ее глаза закатились назад.
"Кора? Кора?"
После минутного молчания она снова моргнула, открыв рот и широко раскрыв глаза, словно увидела гребаное видение или что-то в этом роде.
"Кора", позвал он снова, гладя ее по щеке, гладя ее волосы, почти в бешенстве. "Кора?"
"Я здесь", задыхалась она. Ее взгляд встретился с его взглядом, и она хихикнула. "Кажется, я так сильно кончила, что на секунду потеряла сознание".
Она потянулась и притянула его голову вниз, прижав его лоб к своему. Она звучала немного более похожей на себя. Он все еще был внутри нее, заполняя ее, и она сжималась вокруг него с низким стоном.
Он не знал, что делать: смеяться, кончать или снова шлепать ее по заднице. Эта женщина станет его смертью. Но ему было все равно. Он зарылся руками в ее волосы и крепко поцеловал ее. Их языки сплелись, Кора вцепилась в него когтями.
"Возьмешь меня в задницу? Пожалуйста, Маркус? Мне нужно почувствовать тебя везде".
Маркус покачал головой. Кончить так сильно, что она потеряла сознание,
