другим продюсером, так что я решила воспользоваться моментом.
— Привет.
Винтер взглянул на меня и нахмурился.
— Иви, тебе нужно прекратить разговаривать со мной прилюдно. Общеизвестно, что в прошлом мы с тобой были напарниками, но нам всё ещё нужно убедить всех, что я здесь исключительно для того, чтобы приглядывать за тобой.
— С моей стороны было умно самой подойти к тебе, не считаешь?
— Иви… — вздохнул он.
Я приподнялась на цыпочки и отвесила ему пощёчину.
— Какого чёрта? — повернулся он ко мне.
— Этого достаточно? — поинтересовалась я.
— Теперь все на нас смотрят!
— Они и до этого на нас смотрели. Просто теперь они не скрывают этот факт, — в моих глазах плясали насмешливые искорки, но я продолжала демонстративно угрюмо хмурить брови. — Ордену следовало прислать кого-то другого, — повысила я голос. — Вы не должны здесь находиться, Адептус Экземптус. Это конфликт интересов.
— Не переусердствуй в своих протестах, — прорычал он. — А то «Колдовство» потребует заменить меня кем-то другим.
— И Ипсиссимус их проигнорирует. Они не могут диктовать, кому здесь находиться.
Я снова занесла руку, чтобы ударить его ещё раз для гарантии. На этот раз он был готов и перехватил мою руку прежде, чем она вступила в контакт с его щекой.
— Прекрати это!
Я наклонилась к нему, надеясь, что со стороны это выглядит так, словно я требую, чтобы он немедленно меня отпустил.
— Кулон на шее Белинды, о котором я тебе говорила, — понизив голос, произнесла я. — С ним явно что-то не так. Я порасспрашивала Лунного Луча, и ему не терпелось сменить тему. Об этой штучке точно нужно навести справки.
Винтер выпустил мою руку:
— Ну так наводи.
Я скрестила руки на груди.
— Ты здесь представитель Ордена. А я лишь нанятая помощница.
— Они не позволят мне приблизиться к ней, — пробормотал он. — Думают, что моё присутствие может запятнать её репутацию. Если следователя Ордена увидят разговаривающим с ней, поползут слухи и…
— И это появится в прессе, — я сморщила носик. — Это раздражает. Видимо, мне снова придётся делать работу за тебя.
— Я уже говорил тебе, Иви, не будь излишне беспечной.
Пфф.
— Я не беспечная, — проинформировала я его. — Я просто не понимаю, почему ты всегда выбираешь длинный путь, когда можно срезать.
— Если ты пострадаешь… — он умолк, не договорив.
Я встретилась с ним взглядом.
— Что? Ты расстроишься?
— Конечно, расстроюсь, — он глубоко вздохнул.
— Какие-то проблемы? — Барри протиснулся между нами и взглянул на Винтера так, словно он посягнул на мою честь.
— Всё прекрасно, — рявкнула я. — Просто меня бесит, что этот мужик слоняется поблизости.
Барри расправил плечи.
— Оставь Иви в покое, — сказал он Винтера. — Она не состоит в Ордене, и она не твоя забота.
Я выгнула бровь. Со стороны Барри было довольно мило так встать на мою защиту. Винтер легонько пихнул меня локтем, словно предупреждая, так что я сделала всё возможное, чтобы как можно убедительнее сыграть свою роль.
— Да, Адептус, — произнесла я. — Нас с вами больше ничто не связывает.
— До тех пор пока вы участвуете в этом телешоу, мисс Уайлд, — произнёс Винтер, как по мне, так слегонца переборщив с презрительной усмешкой, — вы моя забота. Всё, что здесь происходит — моя забота. Магия — не игрушка.
— Ах, я прекрасно об этом осведомлена, Адептус Экземптус Винтер. Я отношусь к магии не менее уважительно, чем любой из ваших орденских фанатиков.
— Фанатиков? — Винтер ощетинился, нахмурившись. — Если фанатик — это человек, который тяжело и упорно работает и уважает других, то, пожалуйста, можете называть нас так.
— Может, нам лучше уйти, — кашлянул Барри.
Мы с Винтером его проигнорировали.
— Это всегда срабатывает с тобой, да?
— Не стоит дискредитировать упорный труд, мисс Уайлд.
— Оооо, — я всплеснула руками. — Какие умные слова. А я-то думала, что умные военные — это оксюморон.
На подбородке Винтера дернулся мускул.
— Я намного, чёрт возьми, умнее, чем Тарквин мать его Вильнёв.
— Я это знаю! — огрызнулась я. — Но учитывая, что у него ума как у деревянного чурбана, это едва ли достижение, не так ли?
Он шагнул ко мне.
— Так вот какие тебе нравятся мужчины? Слабые и глупые, чтобы ты могла быть лучше них и могла обводить их вокруг своего маленького пальчика? Тебе нравится рисоваться перед ними и заставлять бегать за тобой?
— Ты не понимаешь, так ведь? — я ткнула пальцем в его грудь. — Единственный мужчина, которого я хочу видеть бегающим за мной — это ты, но тебе нет до этого никакого дела! Всё, что тебя интересует — это чёртов Орден и твоё очередное задание. Когда ты смотришь на меня этими своими дурацкими голубыми глазами, всё, чего я хочу — это…
Барри схватил меня за руку.
— Хм, Иви, — прервал он меня, — не думаю, что сейчас для этого подходящее время.
Я стряхнула руку Барри. Винтер уставился на меня.
— Что? — мягко спросил он. — Что ты хочешь, чтобы я сделал?
Внезапно во рту пересохло.
— Я, эммм… Я…
— Готовность шестьдесят секунд! — прокричала дама, хлопающая в нумератор. — Все заняли свои места и заткнулись, чёрт возьми!
Барри снова взял меня за руку и чуть ли не силой потащил обратно к кучке участников. Все без исключения таращились на меня, раскрыв рты. Никто из них меня не интересовал. Меня волновал только Винтер. Он смотрел на меня как ястреб, с совершенно непроницаемым выражением лица. Гадство.
Я даже не поняла, в какой момент наша «постановочная игра» стала реальной. Или он это всё выдумал? Не похоже. Мне показалось, он злился, но может, я ошибаюсь. Или, может, он начинает понемногу чувствовать то, что я чувствую к нему. Я встряхнулась. Глупость. Мы как небо и земля. И всё же… он продолжал смотреть на меня, не обращая внимания на шквал суматохи, творящейся вокруг него.
— Что ж, — произнесла Лу, обмахивая себя руками. — Это было нечто. Поистине нечто. Я тебя не виню. Он шикарный.
И умный. И находчивый. И чуткий. И… гадство. Гадство. Гадство. Я размышляла, насколько плохо это на нас отразится, если я подбегу и утащу его туда, где мы сможем нормально поговорить. К чёрту «Колдовство».
— Десять секунд!
Что-то толкнуло меня в ногу. Я опустила взгляд и заметила удаляющегося Брутуса. Глубокий вдох. Мы здесь, чтобы прекратить убийства и выяснить, кто беспокоит мёртвых. Мысленно я как следует тряхнула себя. Нужно разобраться в себе. Но Винтер всё ещё, чёрт побери, пялился на меня.
Нежный голосок Белинды разнёсся по воздуху. Хоть вчера её прервали самым бесцеремонным образом, сценарий не изменился. Она слово в слово повторяла все то же, что и накануне.
— Сегодня пятница,
