Читаем без скачивания Тень деревьев - Жак Безье

Фернан Дивуар (1883 —?). Поэт, близкий к унанимистам, затем основатель литературной группы симультанеистов.

Тристан Дерем (1889–1941). Интимный лирик, для его манеры характерен импрессионизм в передаче душевных переживаний.

Альбер-Жан (род. в 1892 г.). Поэт, позднее романист и драматург.

Жан Дорсенюс (1892 —?). Поэт, выпустивший, судя по примечаниям И. Эренбурга, два сборника стихов, но теперь совершенно забытый. Стихами Дорсенюса заканчивается книга «Поэты Франции».

Франсис Жамм (1868–1938). Его поэзия отличается обнаженной простотой, разговорностью языка, подлинным чувством природы. Большинство переведенных И. Г. Эренбургом стихотворений создано до того, как поэт декларировал свое «обращение» в католичество (1905). В настоящем издании полностью перепечатываются переводы И. Эренбурга из книги Франсиса Жамма «Стихи и проза» (Стихи в переводе И. Эренбурга, проза — Е. Шмидт), М., 1913.

Стихотворения Франсиса Жамма взяты переводчиком из следующих книг:

«От утреннего благовеста до вечерни» (1888–1897): Полезный календарь, Он мирно на куске своей земли живет…, Кто-то тащит на убой телят…, Есть здесь старинный дом…, Вот кто славным трудится трудом!.. Это было вечером, оттенок гор…, В экипаже ехал я в деревню эту…, Собака в снег пугается идти, и ей…, Я читал романы, сборники стихов…, Вот уж с дождями осень подошла…, Ты с грязным стадом и с лохматым псом…. Стихотворение Я читал романы… ранее приводилось И. Эренбургом в его статье «Заметки о французской поэзии», помещенной в журнале «Хмель», М., 1913, № 7–9.

«Траур весен» (1899–1900): Элегия, Молитва, чтоб ребенок не умер, Молитва, чтобы получить звезду, Молитва, чтобы войти в рай с ослами.

Поэма Жан Нуаррьо, из которой И. Эренбургом переведен отрывок, входит в книгу «Торжество жизни» (1900–1901).

«Прогалины в небе» (1902–1906): Уж завтра будет год, как я в Одо печальный…, Висит на белой стенке у кровати…, Молитвы, как цветы, восходят к богу…, В это утро наша церковь весело звонила…, В городке, где показалась богоматерь…, цикл Слава Марии: Агония, Бичевание, Венчание терниями, Крестная ноша, и стихотворение Перед зимой на телеграфных проводах…

В предисловии к книге Франсиса Жамма «Стихи и проза» И. Эренбург писал:

«Я полагаю, что для совершенного перевода стихотворений необходимо, чтобы переводчик перестал быть самим собой, перевоплотился, стал автором. Этого сделать мне не удалось. Простота, детская наивность, уклад жизни, наконец вера в бога и в церковь Жамма почти всегда являлись для меня лишь недостижимым идеалом. Вот почему, не говоря уж о силе, читатель никогда не найдет в этой книге того подлинного, своеобразного, что составляет главную прелесть стихов Жамма. Я чувствую, как часто я обескрашивал его образы, сглаживал его обороты и заменял его язык „общепоэтическим“.

Также несвободен был я в выборе стихотворений. Мне не удалось почти перевести его последних стихов (1905–1912), написанных после „обращения“ в католичество. Я переводил каждый раз не то, что любил и хотел, а то, что мог.

Форма стихотворений Жамма крайне своеобразна, и найти соответствующую ей в русском стихе мне удалось лишь в слабой степени. Ближе других к оригиналу но форме стихи, переведенные мной за последнее время (Полезных календарь, Перед зимой… и др.).

Во всяком случае, я буду считать свою задачу выполненной, если эта книга, не давая художественного удовлетворения, все же заинтересует читателя и заставит его обратиться к подлиннику…»

Увлечение поэзией Франсиса Жамма в начале десятых годов было связано для молодого И. Эренбурга с поисками положительных идеалов. Увлечение было сильным, но недолгим. Вот что рассказывает об этом сам автор в книге «Люди, годы, жизнь»: «Я прочитал книгу поэта Франсиса Жамма; он писал о деревенской жизни, о деревьях, о маленьких пиренейских осликах, о теплоте человеческого тела. Его католицизм был свободен и от аскетизма и от ханжества: он хотел, например, войти в рай вместе с ослами. Я перевел его стихи и начал ему подражать: пантеизм показался мне выходом… На короткий срок меня прельстила философия Жамма… Меня давно мучила мысль: откуда приходит зло?.. Франсис Жамм разрешил мне приехать к нему… Он мне понравился, но я понял, что он не Франциск Ассизский и не отец Зосима, а только поэт и добрый человек; уехал я от него с пустым сердцем… Вскоре мне опротивело играть в ребячество. Я начал подражать Гийому Аполлинеру». (Собр. соч. в 9 томах, т. 8, стр. 78–79).

Шарль Пеги (1873–1914) — французский поэт, социалист, друг Ромена Роллана. В годы первой мировой войны в его творчестве усилились националистические и религиозные мотивы. Ушел на фронт добровольцем и погиб в 1914 г.

Блаженны погибшие в великих боях… (отрывок из поэмы на библейский сюжет «Ева», 1913). Перевод отрывка включен в текст статьи И. Эренбурга «Старые раны. Могила Шарля Пеги», опубликованной в газете «Биржевые ведомости», Петроград, I изд., 21 дек. 1916 г. Перевод отрывка Они разрушают дома… включен в текст статьи И. Эренбурга «В пустыне», опубликованной в газете «Биржевые ведомости», I изд., 16 мая 1917 г.

Робер Деснос (1900–1945). Переводы его стихотворений печатаются по книге И. Эренбурга «Люди, годы, жизнь». (Собр. соч. в 9 томах, т. 8, стр. 514–515). Робер Деснос — один из крупных французских поэтов, вышедших из сюрреализма. В Бухенвальде, фашистском лагере смерти, было написано стихотворение Взгляни — у бездны на краю трава… и его последнее стихотворение Я так мечтал о тебе…, посвященное жене. Стихотворение Улица Сен-Мартен у меня была… («Куплеты об улице Сен-Мартен») написано во время оккупации, в 1942 г.

ИЗ ИСПАНСКОЙ ПОЭЗИИ

Гонсало из Берсео (XIII в.). Явления богородицы, записанные монахом Гонсало из Берсео. Явление седьмое. Перевод впервые опубликован в работе И. Эренбурга «Из переводов испанских поэтов». Киев, 1919, сборник I. «Гермес». Апрель. (Ежегодник искусства и гуманитарных знаний.) «Первый испанский поэт в начале XIII века Гонсало де Берсео… писал, как все его современники, о чудесах, но те чудеса, которые у французов выглядели изложением догматов церкви, в стихах де Берсео — изображения действительности: богоматерь становится повитухой, чтобы помочь монахине, нарушившей обет целомудрия» (из статьи И. Эренбурга «О некоторых испанских писателях». (Собр. соч. в 9 томах, т. 6, стр. 668.).

Хуан Руис (умер в 1350 г.) Стихи О наружности протоиерея и о встрече с доньей Гаросой взяты из «Книги о доброй любви» Хуана Руиса (протоиерея из Ита). Впервые опубликовано в работе И. Эренбурга «Из переводов испанских поэтов», Киев, 1919 г., сборник I, «Гермес». Апрель. (Ежегодник искусства и гуманитарных знаний). В статье «О некоторых испанских писателях» (1964) И. Эренбург писал: «Один из моих любимых поэтов — Хуан Руис, обычно известный под служебным титулом протоиерея из Ита. Его „Книга о доброй любви“ написана в первой половине XIV века, то есть за сто лет до „Большого завещания“ Франсуа Вийона. Хуан Руис описывает и нравы общества, и себя, и свою запретную любовь к монахине, с которой его познакомила старая сводня; его ирония жестока и поэтична, он сложен, свободен от догм и часто, издеваясь над цензурой-дурой, которая не вчера родилась, говорит, что показывает свои грехи для того, чтобы прославить добродетель». (Собр. соч. в 9 томах, т. 6., стр. 670.)

Хорхе Манрике (1440–1478). На смерть дона Родриго, рыцаря ордена св. Иакова, его отца. Перевод и статья «Стихи о смерти» (см. Приложение) впервые опубликованы в газете «Понедельник», М., 16/29 апр. 1918, № 9. Перевод строфы «Не богатство сплело ему лавры…» впервые опубликован в тексте статьи И. Эренбурга «Тени. В испанском кафе», помещенной в газете «Утро России», М., 16 янв. 1916 г., № 15. Строфа «Наша жизнь лишь реки…» вставлена И. Эренбургом в текст его статьи «Умер Мачадо», опубликованной в газете «Известия» от 24 февраля 1939 г. Та же строфа в книге «Люди, годы, жизнь» дана в новой редакции:

Наша жизнь — это реки,

А смерть — это море,Берет оно столько рек,Туда уходят навекиНаша радость и горе,Все, чем жил человек…

Перевод строфы «Итак, столько пешек передвинув…» в книге «Люди, годы, жизнь» (Собр. соч. в 9 томах, т. 8, стр. 569–570) дан в новой редакции:

Итак, столько пешек передвинувНа шахматном полеИ страсть утоля,Итак, низвергнув столько властелинов,Сражаясь по доброй волеЗа короля,Итак, изведав различные испытания,Которых перечислить нет силы теперь,Он заперся в своем замке Оканья,И смерть постучала в дверь.

ИЗ ЛАТИНОАМЕРИКАНСКОЙ ПОЭЗИИ