Впрочем, не надо себя обманывать, подумала она. Они действительно вышли за рамки дозволенного и едва не вступили в скандальную интимную связь. Только бы генеральный стряпчий не разболтал всему свету о том, свидетелем чего он оказался. Хит мог хотя бы попросить его об этом! Так почему же он молчит, словно воды в рот набрал?
Она опустилась на колени и, припав глазом к замочной скважине, продолжала слушать.
Дагвуд все больше распалялся.
– О чем ты думал? – спросил он.
– Я вообще не думал, – уныло ответил Хит. – Я потерял голову.
– Это очевидно. Тебе поручено прощупать эту крошку, а не лапать ее! Не войди я вовремя в гостиную, ты бы завалил ее на диван и дал волю своим низменным страстям.
От охватившего ее негодования Тесс едва не фыркнула.
Но как понимать слова «поручено ее прощупать»? Она одеревенела, осознав подлинный смысл упрека главного стряпчего своему подчиненному. Против нее ведется тайное расследование! Поборов волнение, Тесс вновь припала ухом к двери.
– Все идет по плану, я помню о вашем задании, сэр, – глухо сказал Хит. – В соответствии с планом операции я вступил в Общество содействия процветанию и образованию женщин, где наш объект курирует новичков. Она ничего не подозревает.
Выходит, он шпионит за ней?
Все завертелось у Тесс перед глазами, сердце бешено заколотилось у нее в груди. Что же ей делать? За нее взялись чиновники из прокуратуры! Какой же все-таки этот Хит Бартлетт негодяй! Он играет на ее искренних чувствах, пытаясь развязать ей язык! Презренный предатель! Жалкий фигляр! Ей внезапно стало трудно дышать.
Неужели Хиту стало что-то известно о ее сотрудничестве с разведкой? Но почему в дела министерства иностранных дел сует свой нос генеральный стряпчий? Что кроется за этой возней вокруг нее? Какие-то межведомственные интриги либо нечто похуже? А может быть, дело в ней самой? Но в чем она провинилась перед законом? Что такого она натворила, из-за чего против нее ведется нешуточное расследование?
Сердце Тесс готово было лопнуть. У нее задрожали руки и подкосились коленки. Опершись рукой о стенку, она сделала глубокий вдох. Затем второй. Ей необходимо больше сведений, чтобы сделать вывод. Пока еще информация, имеющаяся в ее распоряжении, была слишком скудна, чтобы в полной мере оценить серьезность нависшей над ней угрозы.
Она снова припала ухом к двери.
– Я выясняю ее деловые связи, – продолжал говорить Хит.
– И все прочие тоже! – указал ему Дагвуд, хмыкнув.
Почему его интересуют ее деловые связи? Что, черт побери, затеяли против нее эти чванливые умники? Да вправе ли они вообще совать свой нос в ее частную жизнь? Надо срочно доложить об услышанном Уитону. Он во всем разберется и охладит их пыл.
Проклятие! Тесс едва не заскрежетала зубами, вспомнив, что ее куратор сейчас в отъезде. Но искать совета и защиты у гнусного Рейнольдса было неразумно, он мог только все испортить. Здесь требовался человек с гибким мышлением, способный разобраться в каверзном хитросплетении подковерных интриг в высоких правительственных кабинетах, обычно замаскированных под высшие государственные интересы. Этот же прямолинейный костолом был способен только наломать дров и усугубить ситуацию. Не говоря уже о том, что он может физически уничтожить Хита.
Впрочем, с какой стати ей жалеть этого негодяя? Ему же нет дела до ее благополучия. Он ее прощупывает! И не столько в переносном, сколько в прямом смысле этого слова, похотливый грязный кобель! Нет, он явно не заслуживает ее сострадания.
Тесс поежилась, вспомнив, как поддалась на его притворные ласки. Почему она позволила ему воспламенить в ней подлинную страсть? Ну зачем она доверилась именно ему, этому двуликому притворщику, и прониклась к нему искренним чувством?
Она заскрежетала зубами, живо представив себе, что чуть было не отдалась этому негодяю. Но теперь ей следовало думать не о собственном уязвленном самолюбии, а об опасности, возникшей для ее разведывательной миссии. Если ее признают виновной в подрыве государственных интересов, ей грозит виселица.
По спине Тесс пробежал холодок. Однако теперь не время распускать нюни, представляя себя болтающейся в воздухе с веревкой на шее и высунутым языком. Требовалось найти разумное решение проблемы. Уитона в Лондоне в данный момент отсутствовал, верить Рейнольдсу она и не хотела, и не могла. Следовательно, оставалось действовать самостоятельно. Но как?
– Я жду результатов вашей работы, Бартлетт! – сухо произнес Дагвуд. – Я поставил на вас свою репутацию! Мы не можем допустить, чтобы разразился новый скандал. Нам нужен только успех!
– Клянусь честью, сэр, я оправдаю ваше доверие! – ответил Хит. – Я проведу расследование и выведу виновного на чистую воду. Преступник понесет наказание!
– Желаю вам успеха, – сказал Дагвуд.
Тесс отпрянула от двери и быстро пошла вдоль книжных стеллажей библиотеки к выходу, собираясь уехать домой и все хорошенько обдумать. И даже попытаться составить план защиты. Расследование, которое вел Бартлетт, не должно было повредить ни ей лично, ни ее разведывательной деятельности, ни ее бизнесу.
А если у нее останется время, с ухмылкой подумала Тесс, то она потратит его на размышления о маленькой мести.
Глава 14
Хит Бартлетт являл собой своеобразный центр, соединяющий ответы на все стоявшие перед Тесс вопросы. Такой вывод она сделала, проведя в глубоком раздумье почти всю ночь. Впрочем, она догадалась об этом значительно быстрее. Но тотчас стала убеждать себя, что это вовсе не так.
Наконец она осознала, что ею движет просто горячее желание взять реванш. И что она не ограничивается стремлением использовать Хита так же, как он использовал ее. Нет, в ней пробудился не только примитивный инстинкт отмщения! Чутье разведчицы нашептывало ей, что Хит знает подоплеку порученного ему расследования и того человека, который отдал ему приказ начать его. Вернее, подлинного инициатора этого оскорбительного дознания, а не одного только Дагвуда.
Как же ей сразу не пришло в голову, что за попыткой Хита вступить в женское общество скрывается нечто большее, чем банальный спор двух приятелей?! Да как он посмел шпионить за ней?! Это совершенно не по-джентльменски!
Но как, однако, он ее провел! Притворился, что заподозрил ее в намерениях встретиться в спальне графини со своим любовником. Хитрец разыграл целый спектакль! Ему бы играть на сцене «Друри-Лейн»!
Так вот почему Хит вдруг вновь возник в ее жизни спустя почти десять лет. И какой оригинальный ход он изобрел для их первой встречи! Как бы случайно натолкнулся на нее в коридоре библиотеки сиротского приюта, когда она собирала с пола книги, ползая на четвереньках. На что он хотел намекнуть ей этим? На их прежние отношения? Или же он намеревался обыграть чувство вины за увольнение его отца?
