становилась все крепче.
За время моего пребывания я подружилась со всем персоналом дома, особенно теплые отношения у меня сложились с Леонидой Михайловной.
Как выяснилось, она была близкой подругой мамы Алекса и он все время поддерживал с ней связь. Когда он стал на ноги и начал зарабатывать, забрал ее к себе. И она захотела работать личным поваром, так как не могла сидеть без дела.
Леонида рассказывала мне о том как они работали в одной школе вместе с Елизаветой, так звали маму Алекса. И много других интересных подробностей детства мистера Фрая. Единственная тема которой мы с ней не касались — смерть Елизаветы. Никто не говорил со мной об этом. Я знала лишь то, что произошла какая-то ужасная ситуация, которая оставила неизгладимый след на Алексе.
— Привет, солнышко мое. Каждый раз когда ты приходишь у меня душа радуется. Как настроение?
Леонида покорила меня своим радушием с первой встречи. Она была невысокого роста, в теле, но не тучной, с длинными, выкрашенные в темно-красный цвет волосами. А еще у неё были потрясающе добрые карие глаза, круглое лицо и широкая улыбка. Мне безумно нравилось проводить с ней время.
Сегодня она учила меня готовить яблочный пирог, по рецепту мамы Алекса.
— Все отлично, жаловаться точно не на что.
— А как с Сашей дела?
Алекса она называла Сашей и никак иначе. До приезда в Германию, по документам, он был Александр Павленко. Но получив гражданство, сменил на Алекс Фрай. Фамилия была выбрана не случайно, в переводе она означала — свободный. В такой способ он хотел освободиться от отца и не иметь с ним ничего общего.
— Да вроде хорошо. — сказала я и пожала плечами.
— Как-то не очень правдоподобно звучит. Солнышко, ты можешь рассказать Лёне все. Ты же знаешь, все останется при мне.
Она усадила меня за стол и пристально посмотрела в глаза.
— На деле все чудесно, Ал очень чуткий, нежный, добрый и заботливый, с каждым днём, мне кажется, что я все больше растворяюсь в нем.
— Но? — сразу уловила подвох умудренная опытом женщина.
— Но… каждый раз он говорит, будто напоминая, о том, что месяц уже пролетел и скоро так пролетят ещё пять и на этом мое время выйдет.
— А можно чуть подробнее, в контексте чего это говорилось?
— Что он очень опасался этого периода. Ему казалось сложным ужиться с кем-то, а в итоге, месяц прошел как один день и он уже предвкушает, как так же быстро промчатся остальные пять. Все закончится и он получит свой приз, а я свой.
— И где же ты тут видишь подтекст, что между вами все будет кончено?
— Вчера когда мы говорили об этом, он рассказывал, что сразу полетит в Италию, на эту виллу, а после планирует поездку в Америку, неизвестно на какой период и меня… — слезы подступили к горлу и с трудом проглотив ком, я продолжила. — Меня нет в его планах.
— А ты прямо спрашивала, хочет ли он продолжения и что за отношения между вами?
— Нет, мне страшно. Пока я не спрашиваю на прямую, это только мои догадки, но если задам вопрос, то могу услышать то, что разобьет мне сердце.
— Ну, если жить по такому принципу, то далеко вы не продвинетесь. Я знаю Сашу и вижу как он светиться рядом с тобой. Думаю, даже если он сильно захочет, то не сможет так легко и просто вычеркнуть тебя из своей жизни.
Еще немного пообщавшись Леонида смогла меня успокоить, и мы принялись за готовку. Рецепт был не сложным и быстро все приготовив, я ушла переодеться и подготовить кабинет к приходу постоянного клиента.
Вернувшись в свою комнату, обнаружила, что мука оказалась даже в волосах. До прихода клиентки был ещё час, так что кинув одежду в стирку, пошла в душ и встала под поток горячей воды.
Неожиданно, почувствовала прикосновения холодных рук к животу и от неожиданности подпрыгнула и вскрикнула.
— Прости, не хотел тебя напугать. — серьезно сказал Алекс.
— Ты чего не на работе? — пытаясь отойти от испуга, спросила я, ныряя в объятия сожителя.
— Захотелось увидеть тебя и просто сделать сюрприз.
Он крепко прижал меня к себя и я почувствовала как колотится его сердце. В его поведении что-то насторожило меня.
— Ал, что случилось?
Освобождаясь из крепкой хватки, заглянула в любимые, синие глаза, с тревогой в сердце.
— Мои люди сегодня нашли Вик.
В его взгляде читалась встревоженность, грусть и страх. Ранее ничего похожего за ним не замечала.
— Что с ней? — Едва слышно, боясь ответа, спросила я.
— Она мертва.
(От лица Алекса)
Я не хотел говорить ей правду. Мне хотелось оградить ее от всего… всего плохого в этом мире. Но зная нрав Ани, она бы не приняла просто так новых введений в охранной системе.
По дороге домой я думал лишь о том, чтобы скорей прижать ее к себе, почувствовать ее запах, увидеть улыбку и просто знать, что с ней все хорошо.
Кто-то объявил мне войну, тело Вик оставили недалеко от офиса. Ее долго держали в заложниках, судя по изрядно исхудавшему телу.
По-настоящему я боялся лишь за Аню. Я старался убедить себя, что она лишь временно в моей жизни, но понял, что не смогу отпустить ее. Она вошла не только в мой дом и мысли, но и пробралась в самое сердце, отыскала мою душу и теперь полностью овладела нею.
Сейчас, стоя с ней в душе и крепко прижимая к себе, радуюсь, что она в порядке.
— Как?! Почему?! А Джимми, он уже знает?! — в шоке кричала Ане.
— Ш-ш-ш….тише, иди сюда.
Вернул ее в свои объятья и попытался успокоить нас обоих.
— Джимми знает и вызвался помогать Вадиму все выяснить, они будут вместе вести расследование.
— Это ужасно, она была совсем молодой.
— Старше тебя всего на шесть лет.
К горлу подкатил ком, но мне нельзя было проявлять слабость и пугать ее.
— Почему ты так напуган, думаешь тебе угрожает опасность? — как я не старался скрыть свои истинные эмоции, Аня видела меня сквозь.
— Я боюсь не за себя.
— Ал, прошу, скажи тебе угрожает опасность? — Аня заплакала и крепко обхватила меня руками.
— Я боюсь только за тебя.
— Почему, разве я нужна кому-то?
— Мне, ты как воздух нужна мне. Если мне захотят навредить, начнут с самого дорогого что у меня есть. Получив тебя они обретут полный контроль надо мной.
Едва я успел закончить мысль, как вся зареванная Аня бросилась на меня, целуя и обхватывая мое
