Можно предлагать различные интерпретации такого резкого снижения организационно-мобилизационной активности российских либералов в Сети: от страха перед репрессиями власти (вылившимися, в частности, в процесс по так называемому «Болотному делу», до сих пор находящемуся в фокусе внимания либеральной общественности) до осознания бесперспективности политической деятельности в условиях укрепления авторитарного режима («закручивания гаек»). Так или иначе, для либеральных сообществ Рунета и для либералов в целом свойственны скорее акты мысли, чем акты действия. Динамический анализ дискурса подтверждает данное заключение.
Категория «иное» как показатель идеологизации дискурса
Объем сообщений, попавших в категорию «иное», то есть тех текстов, которые не подлежали кодировке, за исследованный период радикально сократился – с 16 % до всего лишь 1 %. Процесс идеологизации либерального дискурса, таким образом, происходил не только за счет уменьшения организационного и информационного контента, но и путем отсева сообщений без определенного содержания, а также рекламы и спама. По всей видимости, это происходило посредством ужесточения критериев отбора сообщений в сообществах, а также в результате «уплотнения» контента идеологизированными сообщениями на фоне ярких политических событий в России и Украине. Наиболее резкий перелом в этом отношении произошел в сообществе «Эхо Москвы»: с 2012 по 2014 г. доля сообщений, кодированных как «иное», уменьшилась с 34 % до 1 %, тогда как доля идеологических текстов выросла с 40 % до 81 %.
Либеральная интернет-элита: разделяй и безвластвуй
До сих пор мы говорили об общих характеристиках образа либералов в Рунете. Теперь мы обратимся к лидерам либерального дискурса – его opinion formers. Многие ключевые идеи и поводы для обсуждения исходят и/или популяризируются конкретными лицами, обладающими медийной популярностью. В этом смысле вряд ли возможно говорить о существовании раскола между сегментом «массового» либерального сообщества и отдельно стоящей «элитой» лидеров дискурса: столь значимых различий между этими подгруппами выявлено не было.
Попытки очертить конечный список влиятельных фигур, демонстрирующих свою приверженность либеральному мировоззрению, были бы не очень продуктивными по двум основным причинам.
Во-первых, слой видных либералов в России, как и в любой другой стране, довольно широк и не состоит исключительно из лиц одного социально-профессионального слоя. Однако у них есть и общие черты: все они, как правило, люди, занимающиеся интеллектуальной деятельностью. Российские либералы – это социальная категория прогрессистов, среди которых сегодня можно встретить ученых и общественных деятелей, блогеров и журналистов, предпринимателей и публичных интеллектуалов. Все они, как правило, представлены в пространстве Сети.
Вторая причина состоит в том, что российское либеральное сообщество довольно неоднородно. «Междоусобные» споры и конкуренция различных точек зрения у либералов, с одной стороны, являются отражением интеллектуализма, свойственного либеральному дискурсу в любой стране, а с другой – свидетельствуют о неуверенности российских либералов в реализации собственных (весьма разнородных) чаяний в социально-политической плоскости. Неслучайно негативизм и критическая ориентация либерализма столь сильно выражены как в идеологическом контенте, так и в либеральном дискурсе в целом.
Таким образом, все, что будет сказано ниже о качествах либеральной интернет-элиты, будет относиться и к образу всего либерального сообщества. Опираться в нашем анализе мы будем скорее на идеи и смыслы различных подходов, нежели на авторитет конкретных персонажей. Так или иначе, среди названных личностей читатель, знакомый с российским контекстом и дискурсивными площадками Рунета второй половины 2000-х – начала 2010-х гг., вряд ли встретит незнакомую фамилию.
Изучение дискуссий либеральных лидеров дискурса вновь возвращает нас к сравнительной перспективе – проведению параллелей, с одной стороны, между российским либерализмом в его нынешнем состоянии и, с другой, дореволюционным и западным опытом либерального политического строительства.
Либеральное сообщество неоднородно и атомизированно
Если охватить разнообразие либерального общественного мнения, даже ограничившись одним лишь Интернетом, не представляется возможным, то сказать о существующих внутри него напряженностях и противоречиях – вполне посильная задача. Важнейшим противоречием, бросающимся в глаза, является разделенность публичного сегмента либерального сообщества России. Основное разделение проходит по вопросу сотрудничества с государственной властью – на «системных либералов» (или «сислибов») и оппозиционеров, другими словами – на «институционалистов» (или «технократов») и «непримиримых». Если первые видят свою миссию во внутреннем преобразовании российского государства и в попытке реализовать либеральный проект хотя бы частично, в условиях множества политических ограничителей, то вторые или, по крайней мере, наиболее радикальные представители либеральной оппозиции видят в таком подходе предательство либеральных идеалов и коллаборационизм. Эта напряженность характерна для видных российских либералов, перед которыми в определенный момент встает реальный выбор: сотрудничать с властными структурами или отказаться от такого сотрудничества по моральным и идейным соображениям.
Тем не менее, несмотря на явную напряженность, вряд ли можно говорить о расколе российских либеральных политиков и общественных деятелей. Все они, в общих чертах, придерживаются одних и тех же ценностей и идеалов, однако избирают разные стратегии – индивидуальные (личная карьера) и коллективные (позиции партий и гражданских движений) – для их претворения в жизнь. В российской истории либералы сталкиваются с этой проблемой не впервые: современные либералы начала XXI века находятся в том же положении, что и их предшественники в дореволюционную эпоху. В этом (и, наверное, только этом) смысле фигуры А. Кудрина, Г. Грефа и А. Чубайса можно уподобить царским министрам М. Лорис-Меликову, С. Витте и П. Столыпину. Им и тогда, и сейчас противостояли сторонники более радикальных преобразований, отказывавшиеся от сотрудничества с авторитарной властью. Но если выдающиеся либеральные оппозиционеры прошлого – П. Милюков, А. Гучков или М. Родзянко – пользовались широкой поддержкой городских слоев и опирались на парламентскую деятельность, то их современные наследники, действующие в путинскую эпоху (скажем, Б. Немцов, Г. Каспаров и А. Навальный), оказались отлучены от публичной политики и возможности влиять на принятие государственных решений.
В недавнем прошлом изменилось и положение «системных либералов». Моментом окончательного поражения стратегии точечных либеральных реформ изнутри политического режима В. Путина – или того, что российский публицист А. Морозов назвал «разгромом лояльного институционализма»[287], – стало возвращение В. Путина в президентское кресло в мае 2012 г. К разочарованию в отношении фигуры президента Д. Медведева после «рокировки» в «правящем тандеме»[288] в среде российских либералов отныне добавился и иной фактор – преследования, репрессии в отношении лидеров массовых протестов, среди которых оказались и либеральные оппозиционеры. В этом отношении разгром либералов, как «системных», так и оппозиционных, в период после аннексии Крыма в марте 2014 г. лишь закрепил предшествующие тенденции:
«В 2012–2013 годах Кремль “отжимал” с политической сцены участников акций протеста – одни шли под аресты, другие бежали из страны, третьи отступали в область приватной жизни. В 2013–2014 годах новость в том, что замолкают, сходят со сцены или вообще уезжают из страны “лояльные институционалисты”. Старый консенсус добит Крымом и санкциями»[289].
Изменение положения лагеря российской либеральной оппозиции за период 2012–2014 гг., таким образом, было значительным. Российские либеральные лидеры перешли от организации и участия в массовых протестах к апатии и антироссийскому дискурсу, заняв пораженческую позицию. Антивластный запал либеральных политиков сместился в сторону безапелляционного неприятия путинского режима и отсечения себя от значительной части общества «крымнашистов» – подавляющего большинства, в представлении либералов.
Критика власти в среде либеральных оппозиционеров в эпоху «Русской зимы» была сосредоточена на требованиях честных выборов и масштабных программ государственного реформирования. Это хорошо видно, в частности, по графику всплесков упоминаний некоторых лидеров либерально настроенных групп населения (А. Навальный, О. Кашин, Б. Немцов, А. Венедиктов, Б. Акунин) в декабре 2010 – декабре 2012 г. (рис. 26).
