Я поняла, что перегнула палку, но признать перед Дженеврой свою вину означало полностью попасть в ее рабство.
Чего доброго, она еще начнет отучать меня курить и будет выбрасывать мои сигареты, подумала я и решила, что ни за что на свете не возьму свои слова обратно.
Мисс Пейн игнорировала меня добрую половину дня и даже не подняла трубку, когда мне позвонил Майлс. Он заехал за мной, и мы вместе отправились в участок, чтобы лично узнать о результатах экспертизы, которые к этому времени должны были доставить Мэтью Соммерсу.
Наш детектив пребывал не в лучшем расположении духа, и это я поняла сразу, как только увидела знакомого сержанта Энистона. Молодой человек выходил из кабинета Соммерса ссутулившись, а лицо у него было красным, как середина плохо прожаренного бифштекса. Мне показалось, что бедняга готов был заплакать. Что же такого ему наговорил Соммерс? Мое чуткое сердце дрогнуло при виде такого удручающего зрелища.
— Здравствуйте, сержант Энистон, — поздоровалась я с молодым человеком. — У вас неприятности?
— Здравствуйте, мисс Камп. Не волнуйтесь, ничего страшного, мэм. Просто Соммерс меня немного… отчитал.
— Ничего, сержант, все обойдется. Он, наверное, просто не в духе, — подбодрила я парня.
— Наверное, мэм. Спасибо, — улыбнулся мне Энистон.
Майлс робко постучал в дверь.
— Входите! — донесся из кабинета грозный рык.
Мэтью стоял к нам спиной, поэтому я не могла видеть его лицо, но подозревала, что это даже к лучшему.
— Ну что еще?! — грозно спросил детектив и обернулся. Когда он увидел меня и Майлса, собравшиеся было над переносицей грозные складки разгладились и его лицо немного посветлело. — А, это вы. Извините за прием. Похоже, у меня работают одни идиоты.
— Что случилось, Мэтью? — поинтересовалась я. — Ты, кажется, устроил жуткую головомойку Энистону?
— Устроил, — сердито кивнул Мэтью. — Этот идиот отвез результаты экспертизы шерифу Адамса. Перепутал он, видите ли. Я уж думал звонить вам, но было уже поздно.
— Ничего страшного, Мэтью, мы заедем в другой раз. А Энистона жаль, беднягу, на нем лица нет.
— Он же не нарочно отвез их шерифу, — поддержал меня Майлс.
— А-а, — махнул рукой Соммерс. — Я сам уже пожалел, что наговорил ему гадостей. Звонила моя бывшая, — обратился он ко мне, — хочет вернуться. Представь, этот ее красавец умудрился выкачать из нее все деньги и уговорил ее оформить на него дом. Представляешь? Обвел ее вокруг пальца, как полную идиотку, а потом бросил. Ну почему она позвонила мне только сейчас? Что, не могла посоветоваться?
— Влюбленные глупеют, — вдруг вырвалось у меня.
— Глупеют, — кивнул Соммерс. — Но не настолько же, чтобы остаться, вы уж простите меня, с голой задницей?! Теперь она вспомнила обо мне. И что прикажете делать? Придется принимать ее обратно со всеми ее кошками. Не оставлю же я на улице свою жену, пускай и бывшую? Но мне-то каково. Вот и сорвался на Энистона.
— Сочувствую, детектив. Вообще-то мало кто из бывших мужей отваживается на такие подвиги, — улыбнулся ему Майлс. — Вы, можно сказать, образец для подражания.
— Шутите? — расхохотался Мэтью, однако я заметила, что комплимент, сделанный Майлсом, ему все-таки польстил. — Я вовсе не образец для подражания, — все-таки возразил Мэтью. — Я идиот почище, чем моя бывшая жена. Ладно, простите Толстяку эту вспышку ярости. Присаживайтесь, господа. Вам не придется ждать новостей еще день. Я позвоню шерифу и узнаю результаты у него. Пока Энистон не добрался до него и опять что-нибудь не напутал.
Мэтью набрал номер шерифа, но то, что он услышал, явно привело его в недоумение.
— Что?! И кто же он тогда, по-вашему?! Если бы вы лучше работали, шериф, вы бы знали больше моего. Откуда я получаю информацию? А вот это уж мое дело. Нет, не скажу, — уже мягче добавил он. — Вдруг вы решите переманить моих людей к себе. До свидания, шериф. Отдайте Энистону эти бумаги. — Мэтью повернулся к нам и сообщил: — Мы с вами опростоволосились, ребята. Наш парень вовсе не Пол Кодри. Его личность по-прежнему не установлена.
— Но этого не может быть! — вырвалось у меня.
— Экспертиза надежнее банка, — покачал головой Мэтью. — С ней не поспоришь.
— Еще как поспоришь, — заявил Майлс. — Расскажи-ка, Кэрол, что ты вычитала в дневнике Элайзы.
Я поведала шерифу все то, что прочитала в дневнике о загадочном П.К., не забыв ни одной мелочи. Мэтью слушал меня и ни разу не перебил, но, когда я закончила, хмуро покачал головой и произнес:
— Да, верно, совпадений много. С этим я спорить не буду. Но экспертиза, молодые люди, не ошибается. И кстати, Кэролайн, ты ничего не упомянула о хромой правой ноге. А ведь Пол Кодри хромал на правую ногу, не так ли?
— Да, — кивнула я. — Об этом в дневнике ничего не написано. А вдруг он начал хромать после того, как вернулся из своей поездки?
— Кэролайн, Кэролайн… На одних догадках и предположениях дела не построишь. Вспомни нашу Дженевру Пейн. Кстати, как она там?
Я рассказала о нашей ссоре, и Соммерс махнул рукой.
— Разве это беда, Кэрол? Вы с ней обязательно помиритесь. А вот что мне делать с бывшей женой?
Майлс привез меня домой и, заметив, что я пребываю в самом мрачном расположении духа, предложил мне угостить его кофе.
— Конечно, твой кофе я бы пить ни за что не стал. А вот тот, что варит Дженевра Пейн, мне очень нравится.
Он ехидничал, но я прекрасно понимала, что Майлс попросту не хотел оставлять меня наедине с моей досадой.
— Хорошо. Может, для тебя она его и сварит. А вот мне, по всей видимости, ничего не достанется за плохое поведение.
— Успокойся, Кэрол. Мисс Пейн давно уже тебя простила. И наверняка ждет тебя с распростертыми объятиями и тарелкой горячих пирожков, от которых не знаю как ты, но я бы не отказался.
Увы, на этот раз Майлс ошибся. Злосчастные пирожки стояли холодными, а мисс Пейн нигде не было видно. Напрасно я как одержимая носилась по комнатам, напрасно искала ее в библиотеке. Моя старушка как сквозь землю провалилась. Я готова была разрыдаться от обиды и чувства вины, но меня сдерживало только присутствие Майлса.
— Успокойся, завтра она вернется, — попытался утешить меня кузен.
— Она никогда не уходила, Майлс. Мисс Пейн жила у меня и никогда не уходила…
— Может быть, у нее что-то случилось?
— Но тогда она оставила бы записку, — едва не всхлипывая, пробормотала я. — И не забирала бы всех вещей. Она обиделась на меня и больше не вернется. Господи, ну зачем я с ней так поступила?! Старушка ведь хотела как лучше, души во мне не чаяла. Второй мисс Пейн больше не будет, понимаешь? Мне придется нанять какую-нибудь холодную черствую немку, которая будет приходить вовремя, уходить вовремя и смотреть на меня, как на кусок остывшей телятины.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
