После тридцати минут они, вспотевшие, обнимались, лежа в постели, казалось, что конфликт исчерпан. Он сказал эти слова, она произнесла их тоже, и те камнями легли на дне колодца памяти двух человек. Каждый слышал, что любим, но разве можно словами объяснить, почему люди прощают друг друга, почему он не ушел, раздираемый гневом изнутри, и почему он сказал, что любит? Он не стал раздумывать над этим, у него родилась новая идея, связанная с рекламой. «Ее внедрение может укрепить мое положение в фирме… повысить гонорары!» — прижимаясь к Полине сзади, подумал Анатолий.
7
Олег Викторович перечитал его идею. Толя специально стал подавать предложения в письменном виде, ему проще было облачить мысли в слова у себя в кабинете, сидя за компьютером.
— Ты же понимаешь, — начал Олег Викторович, положив листок на стол, накрыв его сверху пухлой ладонью. — Это попытка обойти закон, нарушив негласное правило не вступать в жесткую конфронтацию с властью. Не всякий рекламодатель пойдет на такое. Заказчики стараются быть законопослушными, а твое предложение — агрессивный выпад против норм закона. Тебе нравится это?
Толя смотрел на главного редактора не мигая и не зная что ответить. Олег Викторович поерзал в кресле, словно дряблое желе в стеклянной розетке, пояснив:
— Меня не покидает чувство, что тебе приятно обходить закон и тебе нравится выдвигать хитроумные идеи на грани фола, я прав?
— Аааа! В этом смысле! Вы просто психолог, — ответил Анатолий, положив руки на стол. — Я действительно ощущаю некое возбуждение, когда в голову приходит подобная мысль.
— Да, на моем месте учишься понимать скрытые мотивы людей, — улыбнулся Олег Викторович, посмотревший на дизайнера, словно ученый на подопытную крысу.
— Ну и как вы считаете, с высоты своего опыта, пройдут такие предложения?
— А ты попробуй, — посмотрев на потолок, произнес мужчина. — Есть заказчик, которому нужна наружная реклама пива новой марки…
— Банер на магистральный щит? — уточнил Толя.
— Любой вид: банер, брандмауэр, стела. Включи фантазию. И включи туда этот штриШОК, — нечитабельность цветов. Какие цвета используешь?
— На желтом фоне напишем белыми буквами: «Чрезмерное употребление алкоголя вредит вашему здоровью».
— Или черными на фиолетовом, темно-синем? — предложил Олег Викторович.
— Или так, — кивнул Толя.
— Сделай макет постера с подобной игрой цвета, а клиента мы убедим, — снова улыбнулся мужчина, посмотрев в потолок.
— Данные и название марки у вас?
— У секретаря моего возьми, — ответил главный редактор.
— У меня просьба к вам, Олег Викторович, — вставая, обратился Анатолий. — Я знаю, что отдел маркетинговых исследований проводит тестирование фокус-групп. Очень хочется посмотреть результаты изучения моих работ.
— Я слышал, что ты интересуешься этими исследованиями, Анатоль, — промяукал мужчина, елозя рукой по листку с предложениями дизайнера. — Я сделаю запрос в отдел. Когда они подготовят ответ, я сообщу тебе.
— Спасибо, Олег Викторович. Это очень важно для меня. Хочется работать эффективнее и знать о результативности своего труда, — обрадовался Анатолий. — Я могу идти?
— Иди-иди, — похлопав правой рукой свою толстую шею, разрешил редактор.
Уже стоя около двери, дизайнер услышал вопрос:
— А как там Полина Борисовна? Давно ее не видел.
Говоря эти слова, Олег Викторович почесывал что-то под столешницей.
— У нее все отлично, а что? — насторожился Толик, обернувшись.
— Простое любопытство. Она красивая женщина. Передавай привет от меня, — сказал мужчина, закатив глаза к потолку. Ноздри его раздувались. Через них с шумом выходил воздух. Правая рука, наполовину скрытая монитором с того места, где стоял Толя, двигалась.
— Обязательно. До свидания, — выходя, бросил дизайнер.
Он получил у секретарши необходимые данные и пошел в свою клетушку.
После долгих рассуждений, перепробовав различные сочетания цветов и перебрав всевозможные шрифты, Толик выбрал черный цвет текста-предупреждения на общем темно-синем фоне рекламного изображения. Шрифт же был одобрен такой, который и в цветовой гамме, различимой для глаза, читался с трудом. «А тут и закон соблюден, и клиенты целы», — сохраняя файл, подумал парень.
Распечатав несколько вариантов дизайн-макета, Анатолий разложил листы на столе, откинулся на спинку и придирчиво принялся изучать результат работы. Чего хотел, он добился. Выполненная в желто-красной гамме реклама пива неизвестной ему марки была заметной по сравнению с черными буквами предупреждения о вреде алкоголя. Он радостно потер ладони. Поднявшись, сложил рисунки в файл, пошел к Людмиле Геннадьевне. Подойдя к ее кабинету, не остановился, прошел мимо, рассудив, что лучше показать эти работы Олегу Викторовичу.
Главный редактор сидел на стуле около двери.
— Ты по вопросу, который мы обсуждали утром? — оторвавшись от бумаг, лежащих в папке из бордового кожзаменителя, спросил он.
— Да, я все подготовил, — ответил Толя, подходя к Олегу Викторовичу. Смотря на документы в папке, он показал рисунки.
— Давай посмотрим.
С этими словами мужчина швырнул раскрытую папку подальше на стол, листки рассыпались. Они заскользили по лакированному покрытию, некоторые попадали на пол. Толстяк, кряхтя, принялся вставать со стула, приговаривая:
— Я сам все подниму, не утруждай себя.
— Да ладно, — ответил дизайнер, опускаясь на корточки, собирая разлетевшиеся документы.
Главный редактор встал, стул жалобно скрипнул, исторгая его тело, показавшееся Толику, глянувшему на мужчину снизу вверх, еще массивнее и рыхлее.
— Подавай мне! — приказал Олег Викторович, протягивая растопыренную пятерню правой руки, чуть нагибаясь.
Дизайнер в одной руке сжимал подготовленные дизайн-макеты, а в другую собирал, держа пальцами, листы из папки. Он бегло просматривал их, но секунд было недостаточно, чтобы понять содержание документов.
— Давай! — нависая над Толиком, командовал мужчина. Парень протянул ему то, что успел поднять, — какие-то таблицы, графики, макеты, фотографии, наклеенные на бумагу.
— Еще под столом, — бросил Толя, подлезая под деревянное полотно. Он слышал шумное дыхание редактора.
Анатолий дотянулся пальцем до листка с таблицей, стал по полу подтаскивать к себе, читая набранную на белом информацию. «Исследования эффективности информационного воздействия разработанного креатива на аудиторию», — гласил заголовок. Ниже, в одной из граф он узнал свои фамилию, имя, отчество. Успел прочитать название рекламной кампании: «Пиво „Krugger“…
— Анатоль, ты там застрял?! — подгонял голос начальника.
— Уже, — не отрывал взгляда от непонятных ему, как профану, цифр, аббревиатур и от воскрешающих приятные воспоминания названий разработанной им рекламы для раскрутки компьютерной игры, детского питания, социальных проектов.
Толя вылез из-под стола, держа лист с исследованиями собственных работ в правой руке. Его новые разработки были зажаты под левой подмышкой. Он встал, не отрывая взгляда от данных, пытаясь впитать в себя информацию.
— Преждевременно, — вырывая лист из руки дизайнера, бросил Олег Викторович, лицо которого стало цвета буряка.
— Это же то, о чем я просил утром, — ощущая напряжение мышц шеи, сказал парень.
— Да, — как попало складывая бумаги в папку, согласился редактор. — Но тебе это видеть преждевременно! Все равно ничего не поймешь. Вот я все изучу, оформлю в удобоваримом виде. — Обошел стол, плюхнулся в кресло. — Потом тебе все станет понятно. А сейчас — преждевременно!
— Как скажете, — не решаясь присесть, кивнул Анатолий. — А что такое «Вн. инф»?
— Я же говорю, что ничего не поймешь, — кашлянув в кулак, посмотрев на потолок, ответил мужчина. — Это сокращение, обозначающее «внедрение информации»…
— В массы? — перебил дизайнер, сжав левой рукой правую.
— Ты, Анатоль, присаживайся. Не стой, как бедный родственник, — указав на стул напротив, сказал Олег Викторович. — Всему свое время. Покажи мне проект!
— Вот, — усаживаясь, протягивая макеты, молвил парень.
По прошествии двух дней один из дизайнов был одобрен клиентом. Решено было запускать рекламную кампанию на периферии. Предупредительную надпись о вреде алкоголя убрали до принятия поправок к закону о рекламе. Решили, что не стоит прыгать через голову законодательных органов и применять еще не принятые и не утвержденные президентом нормы, хотя руководство фирмы из каких-то точных источников знало о том, что новые требования к рекламе пива вступят в силу через несколько месяцев.
— Когда понадобится, мы доклеим отпечатанные по твоему дизайн-макету предупредительные надписи под основным сообщением. Закон будет формально соблюден, а фактически… — На последнем слове Олег Викторович развел руки в стороны.
