— Ну и что? Вода снова приведет меня в чувство! — шутливо ответила Эбигейл, но Кен даже не улыбнулся.
Эбигейл старалась с юмором воспринимать чрезмерную заботливость Кена, понимая, что он оберегает прежде всего ребенка, которого она вынашивает.
— Это, конечно, сногсшибательное платье. Но, боюсь, оно тебе теперь вряд ли подойдет. Живот в него не всунешь.
Эбигейл вздрогнула от неожиданности, услышав за спиной голос Кена.
— По-моему, я тебе уже говорила, что твои плоские шуточки действуют мне на нервы.
Эбигейл бросила на мужа сердитый взгляд. Ей очень хотелось надеть свое любимое платье, но она и сама понимала, что теперь оно ей мало.
— По-моему, я тебе уже говорил, что ты выглядишь привлекательной в любом наряде, — с улыбкой сказал Кен.
— Я хочу отдать это платье Линде. Оно великолепно, правда? — Эбигейл приложила платье к себе и повернулась к зеркалу. Бежевый цвет был ей к лицу. — Надо его немного укоротить, и, я уверена, девочка будет выглядеть в нем просто потрясающе. Что скажешь, Кен? Как ты думаешь, она не обидится, если я подарю ей его? — Эбигейл аккуратно положила платье на постель.
— Конечно нет. — Кен подошел и обнял жену. — Разве может обидеться шестнадцатилетняя девочка, когда ей предлагают пополнить гардероб нарядом «от кутюр»?
Эбигейл облегченно вздохнула. Она была сейчас как никогда благодарна Кену за поддержку. За последние недели Эбигейл заметно отяжелела, и это угнетало ее. А что будет через три месяца?
— Не такое уж оно и дорогое, — промолвила Эбигейл. — Знакомый модельер уступил мне его за полцены.
Кен нахмурился, внимательно глядя на платье, разложенное на кровати.
— Ты не находишь, что оно… как бы это лучше сказать… слишком изысканное для подростка?
— Ну и что? Это как раз и нужно, чтобы блеснуть на школьном вечере.
Кен был столь трогателен в своем искреннем непонимании моды, что Эбигейл не удержалась и поцеловала мужа.
— Положись на меня, — сказала она, ласково поглаживая его по щеке. — Я знаю, о чем думают и как хотят выглядеть девочки в шестнадцать лет… Сама когда-то была такой.
Кен теснее прижал ее к своей груди.
— Да, и ты водилась с богатыми мальчиками, разъезжала с ними в дорогих автомобилях, а мы, бедные парни из рабочего квартала, сходили с ума от зависти, потому что у нас не было ни единого шанса заполучить такую красотку.
Эбигейл улыбнулась.
— Зато теперь я в твоей полной власти — в обозримом будущем у меня вряд ли появится богатый мальчик или дорогая машина.
— Да, самое время заняться тобой, но, к сожалению, привезли кота, который, кажется, чем-то отравился. Так что, прости, детка, меня некем заменить. Полли позвонили из детского садика и сказали, что ее сын приболел.
— Надеюсь, ничего серьезного? — озабоченно спросила Эбигейл.
— Какое-то вирусное заболевание. Полсадика болеет, и мальчик, видно, тоже подхватил инфекцию. Но поскольку Полли с Мэтом приехали сегодня на работу в одной машине, я вынужден был отпустить обоих домой пораньше. Поэтому… — Кен поцеловал Эбигейл с такой страстью, что она затрепетала, — вместо того, чтобы нежиться сейчас в твоих объятиях, дорогая, я вынужден спуститься в лечебницу и сделать промывание желудка несчастному коту.
— Ах ты бедняжка, — шутливо пожалела его Эбигейл, и их губы вновь слились в поцелуе.
— Странно, что ты еще не научил Рекса заниматься лечением собратьев. Тогда вы оба могли бы целыми сутками не вылезать из постели.
Голос Линды заставил Эбигейл вздрогнуть. Она выскользнула из объятий Кена и отошла к окну.
— Почему ты так рано вернулась? — недовольным тоном спросил Кен племянницу. — Я думал, что у тебя сегодня тренировка в баскетбольной секции.
— В гандбольной. Ты даже не можешь запомнить, каким видом спорта я занимаюсь, — с упреком сказала Линда. — Сегодня нас распустили по домам, потому что заболел тренер. Кстати, а где все остальные? В лечебнице ни души. Заходи любой! У тебя угонят мотоцикл, а ты даже не заметишь!
— Ошибаешься. У Рекса вся территория под контролем. Кстати, я очень рад, что ты вернулась так рано, мне нужна твоя помощь. Видела старушку с рыжим котом? Его надо срочно привести в чувство. Полли и Мэта я отпустил, у них приболел сын, так что остаешься только ты, Линда.
— Прекрасно! Мне все равно нечего делать, — легко согласилась девушка, и тут ее взгляд упал на кровать. Глаза Линды загорелись от восторга. — Вот это да! Класс! — восхищенно воскликнула она.
— Правда?! — обрадовалась Эбигейл. — Тебе действительно нравится?
— Еще бы!
Кен улыбнулся, видя, что Линда и Эбигейл, кажется, нашли общий язык. Эбигейл бросила на него быстрый взгляд, давая понять, что он тут лишний.
— Ну ладно, я пошел! — сказал Кен. — Но тебе я даю не больше пятнадцати минут, — добавил он, обращаясь к племяннице.
Девушка с недоумением взглянула на него.
— Даешь на что?
— На то, чтобы примерить это платье, — ответила за мужа Эбигейл, ослепительно улыбаясь. — Если оно придется тебе впору и понравится, ты можешь пойти в нем на школьный вечер.
Линда недоверчиво посмотрела на Эбигейл.
— Ты это серьезно? Ты действительно дашь мне поносить этот прикид?
— Конечно. Я вовсе не шучу, — с довольным видом заверила Эбигейл. — И я уверена, что ты в нем будешь выглядеть просто потрясающе.
— Осталось четырнадцать минут! — усмехаясь, предупредил Кен, постучав пальцем по стеклу своих наручных часов.
Видя, что женщины не обращают на него ни малейшего внимания, он тихо вышел из комнаты. Пока Кен спускался по лестнице, до него доносились возбужденные голоса жены и племянницы, громко обсуждавших обнову Линды.
Прошло двадцать минут, а Линда все не появлялась. Кен начал терять терпение. Теперь уже дружеские отношения, установившиеся между ней и Эбигейл, не радовали, а скорее раздражали его.
— Линда! — наконец крикнул он на весь дом. — Когда ты соизволишь спуститься? Приехал клиент.
— Успокойся, Кен! — услышал он рядом голос Эбигейл. — Линда вышла прогуляться. Я помогу тебе.
— Не надо, Эбби, я справлюсь!
— Неужели ты считаешь меня дурой?
И, гордо вскинув голову, Эбигейл направилась к нетерпеливо сигналившему автомобилю, который, как знал Кен, принадлежал Берте Моррис, женщине острой на язык и довольно бесцеремонной. Кен подошел к окну и, стараясь оставаться незаметным для Эбигейл и Берты, стал наблюдать за происходящим.
Однако Эбигейл инстинктивно чувствовала, что муж следит за каждым ее шагом и готов в любую минуту броситься к ней на помощь. Но это только укрепляло ее решимость действовать самостоятельно, чтобы доказать Кену свою способность быть полезной. Увидев рассерженную женщину, Эбигейл одарила ее ослепительной улыбкой.
