– Это единственный галстук, который я сумел отыскать!
– Сэр, если бы вы спросили меня, то я бы показал вам, где они висят. Впрочем, они находятся там с тех пор, как я пришел сюда работать. То есть двадцать пят лет, сэр.
– О, я знаю, что ты золото, Джордж. И что галстуки моего отца висят там же, где сейчас мои. Но не нужно мне напоминать об этом слишком часто, – ответил Брюс, снимая галстук и принимая из рук Джорджа другой. – Который час? Я опаздываю?
– Не больше, чем обычно.
– Интересно знать, куда делся мой кейс.
Джордж поднял глаза к потолку, по-видимому моля провидение о том, чтобы оно ниспослало ему терпение. Иногда его хозяин, которого он знал давно и помнил еще совсем ребенком, был просто невыносим. Чего стоит одна только его странная привычка переодеваться бродягой и шататься по крышам. Хорошо еще он не додумался до того, чтобы в таком виде гулять по городу. Джордж просто не представлял, что могло бы случиться, если б его хозяин в рваной одежде, небритый и грязный, начал шляться по помойкам. Впрочем, у Брюса много знакомых среди бродяг. Иногда он все же прогуливался от небоскреба до дома пешком. Джордж тихой тенью следовал за ним, мечтая без приключений добраться до особняка.
Брюс по дороге вполне мог заговорить с каким-нибудь отребьем. Да, за два года своего псевдобродяжничества Брюс нашел несколько очень толковых ребят, которые были не виноваты в том, что для них настали тяжелые времена. Теперь эти люди работали в компании Брюса и занимали весьма высокие должности. Они были так благодарны Брюсу за то, что он вытащил их из нищеты, что готовы были ради него на что угодно. Джордж понимал, что не все бродяги воры и убийцы, однако и рассчитывать на то, что везти будет постоянно, нельзя.
– Вам бы семью завести, сэр, – сказал Джордж. Сегодня он находился в том особенно редком настроении, когда ему нравилось поучать непутевого хозяина. Брюс сейчас был слишком растерян, чтобы рассердиться на него.
– Заводят кошку или собаку, но не семью, – ответил Брюс. – Но я понимаю, что ты хочешь сказать. Что ж, ты, безусловно, прав. Вот только я совсем не уверен, что женщина, в которую я влюбился, согласится быть со мной после того, как узнает обо мне правду.
– Какую правду, сэр? – удивился Джордж.
– Правду о том, что я никакой не бродяга, а вполне преуспевающий бизнесмен.
– И вы считаете, что женщине это может не понравиться?
– Вполне возможно.
– Я не знаю ни одной женщины, которую бы не обрадовал тот факт, что ее мужчина способен зарабатывать деньги. Вряд ли бывают исключения, – усомнился Джордж. – Да и вообще, завязывали бы вы со своей привычкой гулять по крышам…
– Мы уже говорили об этом, Джордж, – довольно резко ответил Брюс. – Не нужно меня учить, я не маленький. Просто чудо, что я не поддался власти денег и не стал таким же бесчувственным снобом, как многие из моих знакомых.
– Ваши друзья – почтенные и уважаемые люди, сэр.
– Мои друзья работают бок о бок со мной. Они когда-то спали на улицах и питались отбросами, а потому ценят то, что дарит им судьба. Они знают, что такое голод, и не воротят нос от таких маленьких радостей, как дешевое пиво и сигареты. Они умеют наслаждаться жизнью. Их цель состоит не в том, чтобы заработать как можно больше денег. Они счастливы, потому что у них есть крыша над головой и пара долларов на обед. Они все начинали с нуля и работали не покладая рук. Они заслужили то, что сейчас имеют. А те, о ком говоришь ты… – Брюс поморщился. – Эти ни разу за все свое никчемное существование не сделали ничего стоящего. Им все досталось по наследству, в том числе и способность презирать тех, кто ниже их по положению.
Произнеся эту тираду, Брюс наконец завязал галстук так, как положено, и отыскал свой кейс, который оказался на самом видном месте.
– Ты не сердишься на меня, Джордж? – спросил Брюс.
– Отнюдь, сэр, – ответил Джордж, который в глубине души прекрасно понимал чувства Брюса, однако не мог себе позволить думать так же, как и он.
Если они оба станут ратовать за свободную жизнь без предрассудков, то ни к чему хорошему это не приведет. Кто-то из них двоих должен иметь голову на плечах и сохранять способность рассуждать здраво. Джордж считал, что его долг оберегать хозяина от бед, которые тот непременно найдет еще на свою голову.
При всех своих недостатках дворецкий отличался несомненной верностью тому, кому служит.
Брюс вошел в библиотеку и обнаружил там Френсис, жующую эклеры.
– Ты ничуть не изменилась с годами! – сказал Брюс и расцеловал ее в обе щеки. – Что привело тебя в мой дом, сестра? Мы же виделись сегодня утром.
– Решила поехать с тобой на бал. Или ты едешь на бал со спутницей и тебе придется заехать за ней?
Брюс уселся в кресло и поправил галстук.
– Френсис, тебе не удастся меня перехитрить. Хочешь увидеть мою невесту? Не выйдет, Френсис! Мы встретимся с ней уже на балу. Ну а ты почему одна? Где твоя помощница? Или хотя бы муж?
– У помощницы какое-то срочное дело, – сказала Френсис. – Она тоже прибудет туда самостоятельно. А муж… Не маленький, сам меня найдет.
Их разговор прервал Джордж.
– Сэр, я хотел попросить у вас выходной на сегодня, – сказал он смущенно. – Я должен был сказать вам об этом еще неделю назад, но все как-то не было случая.
– Ты просишь выходной? Да ты никак заболел, Джордж?
– Нет, сэр. Просто у Джорджа Дениэлза, дворецкого мистера Майлза, день рождения.
Брюс внимательно посмотрел на своего дворецкого.
– Что ж, я не могу тебе отказать. – Брюс подождал, пока Джордж выйдет из гостиной, и повернулся к Френсис. – Напомни, пожалуйста, как зовут твоего дворецкого?
– Джордж, – услужливо ответила довольная Френсис, поглощавшая свои любимые эклеры.
– И моего зовут так же, – задумчиво произнес Брюс. – И дворецкого Майлза тоже. Может быть, у нас троих один и тот же дворецкий?
– Не будь ребенком, Брюс, – рассмеялась Френсис. – Неужели ты впервые заметил, что всех дворецких из старинных семей зовут одинаково? Я с детства помню, что этот факт был у наших родителей постоянным поводом для шуток.
– Надо же, а я не помню, – огорчился Брюс.
– Это что-то вроде профессионального имени, – с улыбкой сказала Френсис. – А может, традиция.
– Надо бы проверить у Джорджа документы, – сказал Брюс. – Вот будет сюрприз, если на самом деле его зовут, скажем, Экебад.
– Ой, перестань, Брюс, я уже больше не могу смеяться!
– Нет, ты только представь! – не унимался Брюс. – Как они сами не путаются? – И Брюс весьма правдоподобно изобразил чопорную речь своего верного дворецкого: – Сэр, я вынужден просить вас о выходном. К моему приятелю Джорджу Дениэлзу приехал его знакомый Джордж Питерсон, и мы все вместе идем на день рождения к Джорджу Паркеру.
