пока мы ехали на улице стало темно и зажгли фонари, а еще идет небольшой снег. Волшебно.
— Ника, — зовет меня Кирилл, разворачивая лицом к себе, — посмотри на меня.
Я поднимаю голову, нахожу любимые глаза, и в этот момент все вокруг нас озаряется светом. Я вздрагиваю от неожиданности и перевожу взгляд на потолок, потом на окна. О, боже. Это гирлянды. И их так много. На потолке и на окнах до самого пола. Они озаряют все вокруг светом, мгновенно усиливая эффект волшебства вокруг нас.
Складывается такое чувство, что он читает меня, как открытую книгу. Ну, вот откуда он все это может знать, про пионы, про то, что я с детства очень люблю гирлянды и мой любимый праздник Новый год. И еще теперь мне кажется, что гирлянды это наша с ним тема. Они присутствуют на каждом нашем свидании и теперь будут всегда ассоциироваться у меня с ним.
Я растягиваю губы в счастливой улыбке и Кирилл мне отвечает такой же. Его руки оплетают мою талию и притягивают ближе. Смотрю в его глаза, и дыхание перехватывает, потому что знаю, что будет дальше. Он медленно наклоняется ко мне и нежно проводит губами по моим губам, обжигает горячим дыханием, дразнит.
Не целует, смотрит горящими глазами на мой рот и часто дышит. Я облизываю губы и зубами впиваюсь в нижнюю. Мы, что сейчас проверяем у кого больше выдержки?
Точно не у меня, поэтому я запускаю руки в его волосы и тяну на себя. Приоткрываю рот и накрываю его губы своими. Кирилл видимо только этого и ждал, потому что тормоза у него срывает и он тут же проникает языком в мой рот.
Меня снова затягивает в воронку крышесносных ощущений и мои коленки подгибаются. Мне становится очень жарко то ли от того, что я все еще в пальто, то ли от таких желанных объятий.
Крепче цепляюсь за Кирилла, чтобы не упасть, прижимаюсь к нему еще сильнее, а он в ответ стискивает мою талию и гладит горячими руками спину, развязывает пояс на талии и отбрасывает его в сторону. Быстрыми движениями расстегивает пуговицы и стягивает с плеч пальто.
Оно бесформенной кучей оседает на пол, а Кирилл, как зачарованный скользит глазами по моему платью, которое чудом не вспыхнуло от такого горящего взгляда. Он с трудом выдыхает и шумно сглатывает.
— Твою маааать, — хрипит не своим голосом, — а подружка-то твоя была права.
Вижу, что он изо всех сил старается взять себя в руки и выровнять дыхание.
— Ника, пойдем за стол, я накормлю тебя. Нам надо немного отвлечься, а то вместо ужина, я съем тебя, — говорит на полном серьезе.
Покорно киваю и иду за ним. Кирилл снимает с себя пальто и остается в одном костюме. Вот, черт. Какой же он красивый. Я его в костюме тоже вижу в первый раз, как и он меня в платье.
Ему так идет деловой стиль, что я невольно зависаю, разглядывая его. Если в джинсах и толстовке он выглядит, как молодой красивый и безбашенный парень, то в костюме он, как молодой деловой мужчина, причем очень красивый мужчина.
Пока не решила, какой он мне нравится больше, ведь я еще не видела его без одежды. Блин, вот это мысли у меня в голове. Чувствую, как мои щеки заливаются краской и опускаю голову ниже. Совсем гормоны взбесились. Хватаю стакан воды и немного отпиваю, надо бы остыть.
Дальше мы переходим к ужину, много разговариваем и смеемся. Напряжение между нами, конечно, никуда не девается, но теперь мы стараемся его контролировать.
Я прошу Кирилла рассказать о себе, потому что почти ничего о нем не знаю. В ответ еще больше рассказываю о себе, но избегаю темы своих прежних отношений и своего ненормального родственника. В основном рассказываю прикольные истории, которые произошли за годы нашей дружбы с Юлькой и Максом.
— Неужели вы с ним всегда были только друзьями? — с недоверием спрашивает, имея в виду Макса.
— Да, он мне, как брат. Может, это потому что мы с ним не разлей вода с самого детства. Я просто не воспринимаю его, как мужчину.
— Я все равно не хочу больше, чтобы ты с ним танцевала, Ника. И с другими, конечно, тоже. Это сильнее меня, — говорит напряженным голосом.
— Я же тебе обещала, Кир, — стараюсь успокоить его, — кстати, а здесь музыка есть? Может, тогда потанцуем? Раз уж танцевать мне можно только с тобой, нельзя упустить такой шанс.
Кирилл улыбается мне загадочно и тянет ближе к окну. Включает музыку, обнимает и бережно прижимает к своему телу.
— Для меня это будет пытка, Ника. Держать тебя в руках и не иметь возможности зайти дальше объятий. Но я не хочу тебя торопить, поэтому, если я вдруг сорвусь, можешь мне врезать, — смеется и целует меня в макушку.
Ага, а кто врежет мне. Кто сказал, что у меня больше выдержки. Волшебный пендаль от подруги остановил бы меня, но ее здесь нет.
Мне так нравится танцевать с ним. Мне вообще всегда нравилось танцевать, потому что танец — это моя жизнь, но здесь с ним, это совсем другое. Я растворяюсь в его объятиях, окутанная его руками и его запахом. Мы просто в обнимку качаемся под музыку, не размыкая рук и напрочь теряем счет времени. Периодически наши губы находят друг друга и сливаются в сладком поцелуе.
Мы с Кириллом по очереди делаем несколько снимков в обнимку на свои телефоны. Странно, но, когда приходится позировать для наших общих фотографий, мне нравится, и я хочу сделать их, как можно больше, а с подругой мне совсем этого не хотелось.
Остаток вечера мы проводим в обнимку на диване. Какое-то время у меня на коленях лежит голова Кирилла и я с удовольствием перебираю его густые волосы. Он балдеет с закрытыми глазами и легкой улыбкой на губах.
Потом, видимо, не выдерживает действия этих возбуждающих импульсов, сгребает меня в охапку и сажает к себе на колени. Заворачивает в плед и прижимает к себе. Целует в лоб, потом проводит губами по виску и щеке. Я приоткрываю рот в ожидании поцелуя, но Кирилл, минуя губы, спускается к шее и проводит по ней языком.
Мое только успокоившееся тело снова начинает потряхивать от желания. Не знаю, как мы выдерживаем все эти эротические качели за этот вечер, и чья в этом заслуга. Может нас сдерживал плед, в который так предусмотрительно меня закутал Кирилл, может это он умело себя
