class="p1">– Взгляните сами, господин майор, – ответил офицер, тыча пальцем в монитор.
Поднявшись, майор быстро подошел к его столу и, взглянув на экран, удивленно присвистнул.
– Место рождения – Российская империя. Дата рождения точно не известна. Место учебы – интернат, кадетское училище, военное училище. Место службы – имперский десант. Привязанности, хобби. Неизвестно. Бред какой-то.
– Вот и я о том же, – растерянно кивнул офицер.
– Откуда это взято?
– Из наших архивов.
– Хочешь сказать, что у нас кто-то решился хранить эту муру?! – возмутился майор. – Мы СВР, или погулять вышли?
– Да тут, чем дальше в лес, тем ну его на хрен, – отозвался офицер, прокручивая данные на мониторе. – Человек ниоткуда.
– Погоди, – задумался майор. – Говорят, так бывает, когда человек в армии успел побывать в операциях, о которых даже спрашивать нельзя. Как говорится, перед прочтением сжечь. Сам я с таким не сталкивался, но соседи говорили, что бывает. Дай-ка мне его исходники с голограммой. Попробую запрос по нашей линии официально отправить. Посмотрим, какие тараканы из-под этой доски вылезут.
– Отправил, – коротко доложил офицер, пару раз щелкнув клавишами.
Майор, вернувшись на свое место, быстро составил официальный запрос и, отправив его по закрытому каналу в кадровый отдел генштаба, задумался. С такой ситуацией он действительно еще ни разу не сталкивался. Обычно для их службы секретов не было. За небольшим исключением, конечно. Но, как известно, в каждой избушке свои погремушки. Все силовые структуры старались тщательно хранить свои секреты. Особенно армия.
И вот теперь ему предстояло пробить такую защиту, чтобы понять, можно ли использовать этого человека для своих целей. Само собой, по-настоящему, этот вопрос будут решать другие люди в другом месте, но первичные данные будут исходить именно от него. Начальника дежурной аналитической смены службы внешней разведки Российской империи. И именно от того, как он подаст эти данные, будет зависеть дальнейшее расследование инцидента на транспортном переходе.
Вообще, этот инцидент заставил все спецслужбы резко насторожиться. Ведь любой теракт, проведенный на таком оживленном перекрестке, может привести к очень большим жертвам среди гражданских. А это значит, что они, то есть те самые службы, даром едят свой хлеб. Работа спецслужб в том и заключается, чтобы живущие своей жизнью обыватели и понятия не имели, что происходит на их мирных улицах, а их жизням ничего не угрожало.
Писк компьютера вывел майора из размышлений. На экране монитора появился сигнал немедленного вызова к начальству. Удивленно покрутив головой, майор поднялся и, передав смену своему заместителю, быстрым шагом вышел из отдела. Сидевший на входе охранник настороженно покосился на него, но от вопросов воздержался.
– Я по вызову, – сказал майор, короткой фразой развеяв его настороженность.
В их работе это было нормально. Вызвать начальника смены для вкручивания очередного фитиля дело естественное. Можно сказать, обыденное. Взгляд охранника с настороженного стал сочувствующим. Усмехнувшись уголками губ, майор направился в кабинет начальника аналитической службы. Войдя в приемную, он кивком головы поздоровался с секретарем и, глазами указав на дверь шефа, вопросительно выгнул бровь.
В ответ на эту пантомиму тот только недоумевающе развел руками, при этом негромко сказав:
– Проходите, господин майор. Вас ждут.
Майор вошел в кабинет, и тяжелая дверь за ним плотно закрылась. Над дверью вспыхнул зеленый огонек, что означало, что кабинет защищен от прослушивания. За широким столом из настоящего дерева сидел высокий седой мужчина, с широкими плечами и удивительно простым, совершенно незапоминающимся лицом. Напротив него, в кресле, попивая отличный кофе, запах которого майор почувствовал, едва переступив порог, восседал крупный, но сухой жилистый полковник с жутким шрамом через все лицо.
Увидев подчиненного, хозяин кабинета жестом указал майору на свободное кресло и, пару раз щелкнув клавишами компьютера, спросил:
– Не пояснишь, майор, с чего вдруг заинтересовался этим человеком?
– Возможно, он является свидетелем недавнего происшествия на транспортном переходе в секторе Британской короны, – быстро ответил майор. – А когда подняли исходные данные по этому человеку, оказалось, что ничего, кроме того, что он служил в нашей армии, неизвестно. И это в наших архивах. Так не бывает. Поэтому я решил отправить официальный запрос. А что здесь не так?
– Все так, – вздохнул начальник отдела. – Но вот наши соседи вдруг почему-то решили, что мы посягаем на государственную тайну.
– Вот еще?! Нам что, своих мало? – рискнул пошутить майор.
– Ваших вам, может, и хватает. А вот в наши вам лучше не лезть, – хрипло произнес полковник.
Только теперь, оказавшись с ним на одном уровне, майор разглядел еще один шрам, пересекавший горло офицера так, словно ему пытались отрезать голову. Похоже, именно из-за этого шрама и голос ветерана звучал так грубо.
– Если он что-то знает о случившемся, нам нужно с ним поговорить, – решительно возразил майор. – Я вполне допускаю, что это мог быть теракт, который наши заклятые друзья в своей милой манере решили утаить. А в чем, собственно, проблема?
– В нем, – мрачно буркнул полковник, ткнув пальцем в экран, где красовалась голограмма странного пассажира.
– А что с ним не так? – не понял майор. – Раз вы позволили ему покинуть пределы империи, значит, все не так страшно. Я только не понимаю, зачем было секретить все исходные данные? Ну родился, ну учился, ну служил, и что?
– Майор, ты поучи свою бабу щи варить, – огрызнулся полковник. – Засекретили, значит, так надо.
– Господин полковник, кажется, вы не понимаете, где оказались. Мы – служба внешней разведки. Но если потребуется, мы и здесь все исходники найдем, не обращая внимания на все ваши потуги в области секретов. Это наша работа, секреты добывать.
– Уровень твоего допуска? – неожиданно потребовал полковник.
– Тайга четыре, – удивленно ответил майор.
– Недотягиваешь, – покачал головой полковник.
– Это значит, ответа на запрос не будет? – упрямо уточнил майор.
– Догадливый, – криво усмехнулся полковник.
– Все ясно. Можете возвращаться на место, майор, – закончил спор хозяин кабинета, отключая компьютер.
Поднявшись, майор коротко поклонился, звонко щелкнув каблуками, и вышел из кабинета. Проводив его взглядом, начальник аналитического отдела вздохнул и, повернувшись к полковнику, тихо сказал:
– Андрей, а теперь серьезно. Что это за кадр и почему он оказался там, если такой секретный? Только не говори мне, что моего уровня допуска для этого мало. Сам знаешь, выше, чем у меня, допуск только у начальника нашей службы и самого императора.
– Долгая это история, Слава, и грязная, – вздохнул полковник, бросив быстрый взгляд на огонек над дверью.
– Вот даже как? – насторожился Вячеслав Сергеевич Миловский.
– Угу, – мрачно кивнул полковник.
– Давай подробности. Иначе я и вправду на твой архив своих барбосов спущу, – потребовал Миловский.
– Мутная это история. Настолько мутная, что даже вспоминать не хочется, – скривился полковник. – Помнишь скандал с
