Руки Норы дрожали.
“Так … ты хочешь трахать меня в твоем игровом домике?”
Барнс впился зубами от удовольствия, ради сладкого крема внутри. “Вы знаете, это, возможно, прошло гораздо более благоприятнее. Я постараюсь быть мягким. Я джентльмен, Нора“.
«Ты, сукин сын. Это то, что вы на самом деле “.
“Ха”. Он кивнул от удовольствия. “Ваш испанский темперамент, не так ли? Злющий. Хорошо “.
“Вы чертов монстр”.
“Вы это говорите. Теперь, есть еще одна вещь, которую вы должны рассмотреть. Вы должны знать, что я должен был сделать в тот момент, когда я узнал вас там, в доме под стражей, чтобы не узнал Владыка. Владыка был бы только рад узнать больше о докторе Гудвезер и остальных повстанцах. О вашем текущем местонахождении и количестве ресурсов. Даже просто куда вы и ваша мать направлялись на метро Манхэттен или где вы были и когда. “Улыбнулся Барнс и кивнул. “Владыка был бы крайне мотивирован к поиску такой информации. Я могу сказать, с полной уверенностью, что я считаю, что Владыка наслаждался бы вашей компанией даже больше, чем моей. И он бы использовал вашу мать, чтобы добраться до вас. Но вопрос не об этом. Если вернуться в лагерь без меня вы в конечном итоге будете обнаружены. Я могу заверить вас, в этом “. Барнс стоял, разглаживая складки на мундире адмирала, смахивая крошки. “Так, теперь вы понимаете, что у вас есть третий вариант. Время с Владыкой, вечным вампиром “.
Взгляд Норы поплыл. Она почувствовала, вялость, легкое головокружение. Она верила, что это было что-то вроде того, что она должна чувствовать, чтобы выдохнуть.
“Но у вас есть решение, чтобы обдумать,” сказал Барнс. “Я не буду вас больше задерживать. Я знаю, вы хотите, вернуться в лагерь к своей матери, пока она все еще жива. “Он пошел к двойным дверям, толкая их открывая в большой коридор. “Подумайте, и дайте мне знать, что вы решите. Время уходит … “
Незаметно от него, Нора убрала в карман один из ножей для масла за столом.
Под Колумбийским университетом
Колумбийский университет Гас знал, с большого снимка в школе. Много старых зданий, безумно дорогое обучение, множество охранников и камер. Он часто видел некоторых студентов, пытающихся смешаться с прилегающей территорией, некоторые для создания сообществ единомышленников, такие причины он никогда не понимал, и другие по более незаконным причинам, которым он очень хорошо понимал. Но что касается самого университета, заброшенной территории кампуса Морнингсайд Хайтс и всех его объектов, не было ничего особенного стоящего его времени.
Теперь это была база Гаса, его штаб-квартира, и его дом. Мексиканский гангстер никогда бы не покинул свою землю; действительно, он бы взорвал все это, прежде чем разрешил, чтобы это произошло. Поскольку его диверсионно-охотничьи мероприятия сократились в числе и стали более систематизированы, Гас начал искать постоянную базу. Он действительно в ней нуждался. Было трудно, быть эффективным в этом безумном новом мире. Придерживаться человеку, с его круглосуточным занятием, и тем, что все меньше и меньше успехов с каждым разом. Полиция и пожарные, медицинские услуги, трафик наблюдения - все было взаимосвязано. При поиске его старые прибежища в Гарлеме места для сбора, где он связывался с двумя своими La Mugre гангстерами и коллегами диверсантами, Бруно Рамосом и Хоакин Сото.
Бруно был толстым - по другому не сказать, вскормленный в основном с чипсами и пивом. Хоакин был жестким и худым. Ухоженные, татуированные, и полные противоположности. Они были братьями Гуса и готовы были умереть за него. Родившиеся такими.
Хоакин мотал тюремный срок с Гасом. Они сидели в одной камере вместе. Шестнадцать месяцев. Они прикрывали друг другу спину и Хоакин попадал в одиночку после хорошего удара локтем в зубы охранника, большого черного парня по имени Рауль - ебнутое имя для человека без зубов: Рауль. После нашествия вампиров осенью - Гас снова встретились с Хоакином во время разграбления магазина электроники. Хоакин и Бруно помогли ему донести большой плазменный телевизор и коробку видео-игр.
Вместе они заняли университет, обнаружив, что он незначительно заражен. Окна и двери заколотили и опечатали стальными листами, местность сравняли и очистили от отходов аммиака. Студенты рано покинули его, пытаясь покинуть город и вернуться домой. Хоакин предположил, что они не смогли уехать очень далеко.
Они обнаружили, бродя по пустынным зданиям, систему туннелей ниже фундамента. Книга в витрине приемного отделения поведала Хоакину о том, что кампус был первоначально возведен на территории сумасшедшего дома девятнадцатого века. Университетские архитекторы сравняли все существующие больничные здания, кроме одного, а затем создали на их основе существующие фундаменты. Многие из связывающих туннелей использовались для коммунальных служб, паровых труб генерирующих тепло, миль электропроводки. Со временем некоторые из этих проходов были заколочены или иным способом запечатаны, чтобы предотвратить травмы ищущих острых ощущений студентов и городских спелеологов.
Вместе они изучили большую часть этой подпольной сети, связывающей практически все семьдесят одно здание кампуса Колумбии, расположенные между Бродвеем и Амстердамом в нью-йоркском районе Верхний Вест Сайд. Некоторые более отдаленные участки оставалась неизученными, просто потому, что не было достаточно времени в днях или ночах при охоте на вампиров, сеющей хаос во всем Манхэттене, и очистка заплесневелых туннелей.
Гас сосредоточил свои раскопки в одном квадранте главной площади кампуса. Его домен начинался под единственным оставшимся зданием оригинального приюта, Буэлл зале; проходил под Малой Мемориальной библиотекой и Кент Холлом; и заканчивался в Философском Холле здания, вне которого была бронзовая статуя сидящего задумчивого обнаженного чувака.
Туннели сделанные для холодного хранилища, стали логовом реального негодяя. Провал паровой системы означал, что он мог получить доступ к области редко посещаемых тоннелей, по крайней мере столетиями грубые черные волокна, торчащие из трещин в подземных стенах были фактически лошадиными волосами использованными для укрепления штукатурной смеси -его привело в сырые глубокие подвалы с клетками из железных решеток.
Дурдом. Где сидели в клетках самые безумные из сумасшедших. Не было скелетов в цепях или чего-то в этом роде, хотя они нашли царапины на каменных стенах, как будто нацарапанные ногтями, и не требовалось много воображения, чтобы услышать призрачные отзвуки отвратительных, души-раздирающих криков из прошлых веков.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
