Громов настоящая ходячая проблема, умеет рассмешить и появляется рядом, когда я меньше всего этого жду. Я чувствую его интерес, и это жутко бесит, потому что меня обескураживает собственная влюбленность.
— Не переживай, объявится еще. Клим меня сегодня забирает с занятий, можем у него спросить, куда подевался его друг, — оказывает поддержку Тая.
— Спасибо, обойдусь и без этой информации.
Я немного слукавила, новости от Матвея есть. Просто мне вдруг не хочется делиться этим с Таей. Это как признать поражение и выкинуть белый флаг. Он звонит и пишет мне каждый день, шлет дурацкие фотографии, начиная погрызенной кем-то зарядкой для телефона, заканчивая рассветным небом где-то за городом. Я знаю, что на один день он ездил в Питер. Фотографий оттуда было всего две. Одна из которых его селфи с сигаретой, а вторая — коробка с марципановыми конфетами, которые мне доставили курьером сегодня утром.
Я понятия не имею, что Громов забыл в северной столице, и не надеюсь, что он найдет мою машину.
Мне нужно на что-то переключиться и перестать постоянно думать о моей малышке. Нужно отвлечься хотя бы на план проекта парка. Но и тут у меня возникла проблема. Потому что, кроме угнаной машины, все мои мысли так или иначе крутятся рядом с Матвеем Громовым.
Как я могла так вляпаться, дубль два.
Он как отрава. Проник в мой разум и разрушает нейрон за нейроном. Я схожу с ума. Он мне снится. И, проснувшись, первым делом я тянусь к мобильнику в надежде увидеть новое входящее сообщение от него.
Завтра начинаются длинные выходные, на которые запланирована поездка с семьей на базу отдыха. Я уже жалею, что позвала туда Громова. Чем только думала? Но теперь я жду ее до потеющих ладошек, что мне вообще не свойственно. Он ведь обещал поехать со мной. Значит, поедет?
— Ты его ревнуешь к той фифе? Клим сказал, они расстались, если их отношения можно назвать встречаниями… — голос Таи врывается в мои мысли.
Встряхнув волосами, перекидываю их за спину. Образ блондинки давно уже померк и не вызывает во мне эмоций.
— Я о ней вообще не думаю. Мы не встречаемся с Громовым, мы просто друзья, — повторяю, наверное, в тысячный раз.
— Ага, — улыбается Тая, кажется, ни капли мне не веря. — А мы с Айсом встречаемся.
Девушка за соседним столиком оборачивается на нас, и подруга дарит ей одну из своих ослепительных улыбок. Мне даже кажется, что она специально сказала последнюю фразу немного громче, для привлечения внимания.
С тоской смотрю на сияющую подругу. Она, возможно, и правда влюблена в этого мажора. Остается только пожалеть Савву, который уже дважды у меня спросил, позвала ли я Таю на базу. Я позвала. Она отказалась.
— Я за тебя рада.
— Не очень искренне, Валера, хотя бы улыбнись. — Пихает меня ногой под столом.
Делаю, как велит, растягивая губы в оскале.
Тая в ужасе округляет глаза.
— Не так явно. А то кажется, будто ты собралась кого-то сожрать.
— Например, Айса, если он тебя обидит.
— Пока он меня только радует и показывает небо в алмазах.
— Вы уже переспали? Так быстро? — настораживаюсь.
— Пока нет, — Тая все же понижает голос и немного подается вперед. — Но мне кажется, вот-вот, может быть, на этих выходных… Я купила новое белье и…
— И избавь меня от подробностей, — раскрываю ладонь, предлагая подруге на этом остановиться.
Мой телефон издает вибрирующий звук. Я не успеваю спрятать загоревшийся входящим вызовом экран, Тая мажет по нему заинтересованным взглядом и приподнимает брови.
— Не встречаетесь? — спрашивает насмешливо.
“Громов”.
Мое сердце против воли ускоряется и на полном ходу ухает вниз живота.
Глава 33
Лера
Отвечать на телефонный звонок под пристальным вниманием Таи не особенно хочется. Подруга лукаво улыбается и отправляет в рот ложку с пышной молочной пенкой, собранной с кофе.
— Я возьму себе что-нибудь еще, — говорю, вставая из-за стола.
— Ага. Давай.
Подхватив вибрирующий мобильник, подхожу к прозрачной витрине, за которой красуются слоеные булочки. Я стараюсь не есть глютен, но в данный момент словно забываю об этом. Руки потеют, в мозгу легкий ветерок. Я нервничаю. Я соскучилась? Или просто тронулась умом? Да, определенно что-то одно из двух.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Это же Громов, а не принц Уэльский.
— Алло.
— Ты где? — без приветствия интересуется Матвей.
Его голос кажется мне резким, хриплым и более напряженным, чем обычно.
— Что вам девушка? — одновременно с ним спрашивает женщина за прилавком.
В шумном кафетерии универа на приватный разговор можно и не рассчитывать.
Молча тыкаю в первую попавшуюся булку и прикладываю карточку к терминалу оплаты.
— В универе.
— Скоро закончишь?
— Еще две пары.
— Понятно. — Матвей замолкает, и мне кажется, сквозь гул голосов я слышу, как он чиркает зажигалкой. — Завтра все в силе? Я тебе нужен?
Его слова действуют на меня странно. Кажется, вот она возможность отказаться и избежать встречи и знакомства с моими родителями и братьями. Только я почему-то категорически не хочу ей воспользоваться. Вот совсем. Даже наоборот. Пугаюсь, что Громов может сам съехать и отказаться от поездки.
— Конечно. Я на тебя рассчитываю. Или ты еще в Питере? — догадываюсь я.
Внутри что-то неприятно царапает сердце. Когда эта глупая влюбленность пройдет и оставит мои органы в покое? Мне нравилось собственное безмятежное состояние до появления Громова в моей жизни.
— Нет, я торчу под дверями универа и жду, когда тебе надоест грызть гранит науки. Прогулять пары все еще не желаешь?
Против воли улыбаюсь румяному боку круассана в витрине.
— Пока все еще нет. У меня важный семинар, надо поприсутствовать.
— Понял тебя, Коротышка. Но, пока ты там будешь сидеть в тепле и набивать свою голову ненужными знаниями, помни, что я жду тебя на ветродуе.
— Смотри не заболей, — бормочу, прикусив губу.
Бросаю взгляд в окно кафетерия, снаружи стучат редкие капли дождя и шумит ветер. Утром было так прохладно, что я впервые в этом сезоне увидела ледяные корки на лужах. И взяла из дома шарф и тонкую серую шапку.
— Постараюсь.
Громов отключается первым.
Оборачиваюсь к Тае, она увлеченно что-то строчит в своем мобильном и загадочно улыбается. Белые волосы опускаются на ее лицо, и она уверенным движением заправляет их за уши. Незнакомый парень за соседним столом, не донеся до рта ложку с картофельным пюре, плотоядно пялится на мою подругу.
Скривившись, закатываю глаза. Надеюсь, я выгляжу не так глупо, когда смотрю на Громова. По-хорошему, я бы предпочла, чтобы на моем лице вообще невозможно было прочесть хоть какие-то эмоции, которые я испытываю по отношению к парню.
Так будет лучше, проще, спокойнее.
И менее травматично для меня, когда Матвею надоест играть роль правильного мальчика, верного соседа, того смешного парня из чата в моем телефоне и он отправится обратно в свой мир заниматься сексом с длинноногими блондинками и сидеть на адреналиновой игле.
— Лер! Ты чего застряла? Скоро звонок, — окликает меня подруга.
— Иду.
Спохватившись, забираю свои вещи. Прижав к груди слоеную булочку с шоколадом, которую я зачем-то купила, выхожу вслед за Таей в коридор.
Подруга беспечно болтает о предстоящих выходных, Климе, нижнем белье и депиляции, на которую мне тоже надо бы сходить. Слушаю ее краем уха, а затем и вовсе перестаю это делать. Остановившись у большого окна в коридоре, выглядываю на серую кишащую студентами улицу перед универом.
Я вижу зеленый бомбер Громова и его покрытую бейсболкой голову на противоположном конце двора. Он и правда здесь. Не соврал.
Меряет шагами бордюр и, судя по движению его руки, курит.
Неизведанное до этого чувство нежности лавой разливается в моей груди.
— Ты куда? — удивленно восклицает Тая, когда я вместо лестничного пролета, ведущего на второй этаж, бросаюсь к большим дубовым дверям центрального выхода.
