и прыгнул вниз — Эрл бросился следом. Его рука погрузилась в горячую смолу и схватилась за рукоять меча. В следующий момент ноги его коснулись земли, сигда сработала, и в мгновение меч Эрла увеличился в размере, став почти с его рост, и тот рассек кошмар изнутри.
Дыхание начало восстанавливаться, труп — разлагаться. Меч вернулся в изначальную форму и стал перчаткой на левой руке. Эрл, прихрамывая, вернулся в дом…
9
— И что? — спросил Вилин, после продолжительной паузы. — Вы не договорили.
— Д-да, простите… И так, мы приходим к тому, с чего начали. Кхм… Вторая точка сезона угасания, третий день. Жертва — Мина Долл. Причина одержимости — страх кошмаров. Вид кошмара… — Эрл снова прервался, посмотрел на Аркуса, дернул листик в руках и продолжил: — Ви-имплан. Кошмар убит.
Закончив, он слегка поколебался и сел.
— Вот вам очередное доказательство, почему договор о неразглашении должен быть продлен, — сказал Аркус, забирая у Эрла листок. — Кошмары действительно опасны, а страх к ним самим лишь ухудшает наше положение.
— Да, я вижу. Я продлю контракт, но с одним условием.
«Условием?» — мысленно переспросил Аркус, однако в действительности лишь приподнял бровь.
— К вам направленна подмога.
— Подмога? Что вы имеете в виду?
Старик повернулся к слуге:
— Пусть войдут, — скомандовал тот и снова вернулся к собеседникам. — Положение наше действительно все хуже и хуже. Невооруженным глазом видно, что сами вы уже не справляетесь.
Аркус вместе с Эрлом провожали взглядом идущего к дверям слугу, такого же старого, как и сам глава, однако достаточно бодрого для своего преклонного возраста.
— Бо́льшая часть последних отчетов отрицательна, — продолжал Вилин. — Одни люди гибнут, а у других возникают вопросы. Общая суматоха должна утихнуть с началом ночи. Пусть она и послужит вам последним сроком. Иначе — придется заменить вас насовсем.
— Как это насовсем?! — Аркус вскочил со стула. — Вы не можете меня выгнать, когда я так близок к разгадке!
— Успокойтесь, господин Либер, я вас еще не снимаю. Ваш последний срок истечет на первый день точки Рассвета. А до того, ваша воля делать то, что вы делаете.
Двери распахнулись.
— Но я обязан дать вам в помощь этих молодых девушек, — закончил Вилин и указал рукой на вход в зал.
Через арочные двери, ступая по песочному ковру к пустующим столам, приближалась группа из четырех женщин в белых мантиях-платьях, украшенных серебристыми узорами. Каждая из них была максимально украшена самыми разными драгоценными камнями. Они скорее были похожи на мраморных кукол, почти одинаковых внешне, чем на живых людей.
— Церковь… — прошептал Аркус.
— Позвольте представить вам госпожу Ориану и ее сестер, представителей девятого узла!
— Девятого?! Вы считаете меня настолько беспомощным?
Дамы в это время уже молча сели за столы.
— Мы не считаем вас слабым или, как вы выразились «беспомощным». Мы считаем, что нужно приложить как можно больше усилий для решения данной проблемы, — сказала сама Ориана.
Ее пустые глаза на белом лице со светлыми вьющимися волосами, выступающими из-под шляпы, смотрели в самую душу Аркуса.
— Мне сообщили, что вам уже удалось найти что-то, я не ошибся? — Вилин обратился к девушкам.
— Верно, вы не ошиблись господин Русс. Мои сестры успешно обнаружили центр силы, которая образует существ.
Все это время Аркус стоял в оцепенении. Но эта фраза вырвала из его горла разъяренный возглас:
— Что вы обнаружили?!
— Источник, — она вскинула руку в воздух. — Вы что, до сих пор не поняли? Кошмары не настоящие существа, они кем-то созданы.
Аркус это знал, но…
— Какого черта вы несете, дамочка!? — Аркус вышел из-за своего стола и направился к столу Орианы. — Если вы хоть на каплю углублялись в тему магической совместимости или ЗМС, то должны знать, что молитвы не взаимодействуют с магией!
— А с чего вы взяли, что они созданы обычной магией? — она подняла глаза на Аркуса, чье лицо повисло над ее «короной».
— Потому что! Потому!.. Но… Но я же как-то это понял!
— Как я и предполагала, вы не знали об этом, до настоящего момента.
— Попрошу всех успокоиться! — чуть повысив голос сказал Вилин.
— Заблудитесь! Я не буду работать с отступниками!
— Я бы попросила! — Ориана тоже встала. — Кем вы себя возомнили?!
У них состоялась битва взглядов, в которой Аркус потерпел поражение. Он отвернулся и, пробубнив что-то, направился к выходу.
— Прошу его простить — сказал Эрл, сделав поклон стоявшей в ярости Ориане и поспешно удалился следом.
— Как вы и предвидели… — произнесла девушка и вновь села.
— Ничего, поработаете пока отдельно. Думаю, вскоре он сам передумает.
— Не знаю, сможет ли человек, назвавший новую церковь «отступниками», передумать.
— Да, это проблема. С таким лучше не шутить… Так и где вы говорите обнаружили активность?
— Мы полагаем, что тот, кто этим управляет сидит прямо под горой Ксилл, в «Улье».
10
Выйдя на улицу, я обнаружил, что уже вечер. Достаточно было посмотреть в окно комнаты, когда я проснулся, но оно на тот момент было зашторено, и мой, еще задымленный разум не смог распознать вечернее небо. Бары, мимо которых я поспешным шагом стремился к зданию ассоциации, были под завязку набиты людьми. Вероятно, это именно то, о чем я слышал в столице. Когда люди успевают подготовиться к новому сезону быстрее, чем в прошлом году — они устраивают праздник.
Свернув на нужную дорогу от ратуши, я еще сильнее ускорился, увидев каменное здание. Меня слегка качало, но взобравшись на порог я со всей силой, которую человек способен вложить в свой кулак, стал стучать по толстенной деревянной двери, крича: «Открывайте! Верните мой дневник! Я требую, чтобы вы немедленно объяснились! Что значит «напал кошмар»!? Я видел, как вы сами его и сделали! Аркус! Чтоб тебе пусто было!»
Воздух в легких кончился. Кажется, я слишком перестарался, в следующее мгновение в глазах потемнело, и я упал на дверь.
Разбудило меня легкое похлопывание по щеке и знакомой голос:
— Эй, Константин. Очнись! Путешествия ждут! Очнись же!
Я раскрыл глаза: передо мной стоял парень в рубахе, небрежно заправленной в брюки, и завязанными в хвост черными волосами. Дополняли и полностью заканчивали образ — очки с прямоугольными линзами.
— Пульм?
— Слава Королю, ты жив и даже вспомнил как меня зовут. Это приятно и прежде всего означает что ты уже способен мыслить.
«А до того, как будто не мог?» — подумал я.
— Не знаю, что произошло, но точно можно сказать, что ты сильно утомился, — продолжил он и помог мне встать.
— Правда? Ха-ха, удивительно, ведь я проспал почти весь день.
В голове стрельнуло, я схватился за
