Читаем без скачивания Чорный Властелин - Алекс Морту

Как раз, как только я натянул штаны, Луна вылезла из-за облака и осветила лагерь. Костры, палатки, туша мирно спящего слона. Часовые… стоп, это что за непотребство? Прямо на моих глазах, какая-то хреновина выскочила из тьмы и прибила сзади часового… Это же… боковым зрением я зарегистрировал падение ещё двух часовых…

Мать-перемать это же нападение! Оглушающе бухнуло сердце и лёд разлился по венам.

— Полундра!!! — Я заорал со всей мочи на чистом русском языке. Вопль сбросил оковы с разума и я перешёл на амарик. — Фаланга к бою!

Вопли не прошли мне даром и из темноты ко мне метнулись тени. Песец. Первую тень с занесённым лезвием я со всей дури пнул в низ живота. — Мае гири' вышел удачным и тень со всхлипом сложилась на землю. Мамочка! Я и дрался-то последний раз чёрт знает когда, если не считать случай с Каасой, а на меня уже мчались ещё двое убивцев. Даже кинжал остался в палатке! По наитию, я схватил упавшего врага за ноги и, как мешком, огрел им следующего врага. С мерзким треском головы моей 'дубинки' и моей цели соприкоснулись и показалось что мозги брызнули наружу. Отведайте богатырской силушки, с…содомиты. Третий враг ткнул в меня копьём, но я успел отмахнуться 'своим' негром и вражеское копьё, застряв в теле, отлетело с ним в сторону. Я зарычал и бросился на врага. Убить и добежать до лагеря! Нападавший негр был куда меньше меня и упал оземь под моим натиском. Пальцы в глаза, продавить изо всех сил! Умри, тварь! Жертва, теперь жертва, завизжала от боли и ужаса. Я же, вскочил с поверженного врага и, заученным много лет назад ударом пятки, добил его.

Вот и задница — рядом ещё двое. Идут осторожно и готовятся меня наколоть на копья. А за ними уже прёт орава вражеского войска. Прощай суровый мир… Хренак! Копьё с хрустом прошибает грудь врага. За копьём вылетают два негра и, мгновение спустя, оставшийся противник тоже падает мёртвым. Берхан, Кааса! Я спасён!

— В лагерь, принц!

Я совершенно согласен! Хватаю с земли копьё врага и рву когти. С боков прикрывают верные бойцы. Жизнь продолжается. Моя рота уже строит фалангу, а кое-где бойцы новой полусотни сцепились с авангардом нападающих.

Добежали до палатки. В лагере хаос. Фаланга стала насмерть и совсем рядом раздаются звуки боя. Перед палаткой стоит ошалевшая секретарша, с моим кинжалом в руках. Етическая сила, что делать?

— К слону!

Хватаю прямо из костра поленце и несусь к просыпающемуся гиганту. Плевать на ожог.

— Зажигалки!

Симран взлетает на слона первой. Передаю ей 'факел' и забираюсь на слона следом. Хватаю бренчащие мешки у Берхана с Каасой.

— Правь к фаланге! — Слон ещё сонный, но слушается секретаршу и топает к звукам боя. По правому боку трусят мои бойцы.

Неожиданно налетает спокойствие. Я в танке. Впереди цели, как в компьютерной игре. Скалю зубы и поджигаю первую гранату. Песец вам, негры.

Мы победили. Фаланга устояла, а артиллерийский слон окончательно деморализовал врага. Трубный рёв и пламя сломили их дух. Враги откатились в ночь, оставляя за собой трупы. Но отдыха нам не было. Перестроившись мы присоединились к баталии в главном лагере. Ночью враг скрытно окружил лагерь и поставил всё на скоротечную свалку во тьме. На мой взгляд шансы у него были, и стоило сделать всё, чтобы они не реализовались.

В бой шли фаланга и слон. Потрёпанные остатки второй полусотни остались охранять наш лагерь. В основном лагере была свалка. Горели шатры, и орава вражеских негров месила такую же ораву наших негров. Конница в темноте была бесполезна и лошади лишь встревоженно ржали. На наше счастье, враг оказался не готов к подлянке в спину, видимо посчитав что мой лагерь будет уничтожен или блокирован. Тем более что подлянка состояла из опытных ветеранов с гранатомётной поддержкой и оказалась более эффективна, чем в разы большая орава вражеских негров.

Во второй раз за ночь, враг бежал. Сюрприз, твари. Командира противника захватить не удалось, а преследовать врага ночью по пересечённой местности мы не решились. Ну ничего, больше он нас врасплох не застанет. Суматоха успокаивалась. Я слез со слона и вытер рукой лицо… это ещё что у меня на руке? Перед глазами промелькнули картинки треснувших черепов, моих пальцев в глазницах визжащего негра… в нос ударила вонь горелой свинины… точнее человечины, которую я нажёг зажигалками.

Блевал я, скажу, знатно. Невольно вспомнилась попойка в 'Рашен Водка Рум', или в Рюмке, как мы её называли. Только и смог что попросить кипячёной воды между спазмами. В этом весёлом состоянии меня застал рас Бахыр.

— Что с принцем?!

— Первый бой, похоже. — Ответил откуда-то с боку Берхан.

Меня наконец-то попустило и я выпрямился. Кааса уже протягивал мне бурдюк. Я прополоскал рот, сплюнул, и потом уже сделал полновесный глоток. Вино пошло как вода. Была мысль распотрошить походные запасы спирта, но я пресёк позывы алкоголизма. Нечего раскисать.

— Первый труп? — Участливо поинтересовался командующий.

— Что-то вроде. Троих я руками убил, а сколько пожёг — не считал. — Да… удвоение очков за два трупа в две секунды. — Правда если бы не Берхан с Каасой, то в сортире бы меня и прикончили.

Подведение итогов затянулось до рассвета. Армия получила ощутимый удар, около двух сотен убитых, но победа осталась за нами. Вражеских трупов было ближе к полутысяче, причём мои бойцы нанесли врагу наиболее существенный урон. Только в моём лагере насчитали десятков семь трупов, включая убитых в бою при сортире. Кааса рассказал что по армии пошли разговоры, о том как принц разрывает врагов на куски голыми руками. Любят люди преувеличивать… я только пару черепов раздробил и глаза выдрал… Тьфу, как вспомню — тошнит. Я потерял только троих фалангитов, но из второй полусотни полегло целых два десятка, не считая раненых. По возвращении из похода, строевая подготовка будет вводиться во всей армии. Соотношение потерь говорило само за себя. Ожогов на трупах было также немало. Боевой слон показал себя полезным орудием психологической войны.

В палатку свою я забрался уже утром, после установки её на слоне. Конные дозоры доложили, что разбитый враг отступает по долине, навстречу войску Негуса. Наша же армия неспеша отправилась вслед за отступающими. Вот будет потеха, когда негры противника встретят армию Негуса Нагаст. Пока что, я намеревался поспать. Симран была рядом, её всё ещё трясло после ночного нападения. Использовать её как подушку в таком состоянии было бы пожалуй свинством, и я обнял девушку, чтобы успокоить… В общем, тем утром индианка стала для меня 'настоящей секретаршей'. И плевать на повязку на глазу.

Из воспоминаний раса Сэйфэ, прозванного Сокрушителем.

…Я навсегда запомнил тот бой, хоть побывал во многих битвах и до и после него. С самого начала похода, Негус Нагаст, а тогда он был ещё принцем, нервничал. После первого же военного совета, принц приказал нам каждый вечер тренироваться в срочном построении и отражении внезапной атаки. Воистину, наш повелитель мог видеть будущее. В ночь после разделения с армией отца Чёрного Властелина, на наш лагерь напало войско мятежного негуса Бекаа.

До того дня, мне редко приходилось участвовать в ночных стычках, хоть в будущем мы сами взяли тактику ночного боя на вооружение. Лагерь мирно спал, настолько мирно, насколько это возможно в землях противника. Выставили мы и часовых, но всё же первым предупреждением о начавшейся схватке послужил громовой крик Чёрного Властелина, 'Полу-у-у-ундра', тогда мы впервые услышали боевой клич, что по сей день вселяет страх в души наших врагов.

Воины в лагере спали почти что строем. Чуть поодаль от палатки повелителя расположились воины фаланговой полусотни. Спали они под навесами, с оружием под рукой. С двух сторон от них располагались походные шатры второй полусотни. Такое размещение мы избрали в результате тренировок назначенных Властелином. Услышав клич, я мгновенно проснулся — у меня, как и у всех ветеранов войска весьма чуткий сон. Приказ, 'фаланга к бою' был выполнен моими воинами образцово. Лишь трое воинов замешкались и пали от первого натиска противника, наступавшего по пятам Властелина и его телохранителей. Мгновения спустя, мы встали нерушимой стеной и наши копья и пики окрасились кровью дерзких врагов. Труп за трупом, перед фалангой, принимавшей своё боевое крещение, начали строиться страшные баррикады из павших врагов. Воинам на флангах было тяжелее, не в силах проломить центр, противник всё же давил на строй с боков. Но отважные бойцы второй полусотни были стойкими ветеранами, и не дрогнули, даже потеряв многих бойцов.

Какое-то время исход схватки качался на весах. Фаланга стояла насмерть, убивая любого, кто приближался на удар копья. Но врагов было больше и отряды прикрытия на флангах таяли, платя жизнями за монолитность центра. Прозвучавший в этот момент трубный рёв слона нашего повелителя предвестил победу. Появление гиганта за строем фаланги внесло смятение в напирающих врагов, а полетевшие вскоре зажигательные бомбы превратили смятение в панику. Почуяв страх, растущий в рядах противника, я скомандовал шаг вперёд. Потом ещё один. И ещё… Как ангелы смерти мы прошли по телам врагов что уже устлали тёмную землю перед нашим строем, растаптывая и умирающих и уже уснувших вечным сном. После боя мы нашли тело вражеского командира, обезображенное огнём. Наверное его гибель и определила поражение врага — лишённые организованного командования, враги в страхе бежали, сломленные комбинацией ужасного зверя, огня с небес и страшной поступью копейной фаланги.