он вспомнил, как после ограбления и убийства матери Марии и здоровяка, разбойного ограбления двух купе, он с бандитами напился до потери пульса где-то в притоне с проститутками, возможно с теми, вокзальными, худой и толстой оторвой. И в таком виде его повязали менты… «Но взгляд укоризненный матери Маши, направленный вглубь души моей, будет преследовать меня всю жизнь… Да только не убивал я её, не хотел сделать ничего плохого ей, но нет её, а я есть… И в дочку её влюбился и ребёночка дочке-драчунье заделал – как только выкрутиться из этой ситуации, ума не приложу».
– Не оставила эта тема мучений Сына-Бога и после смерти гениального писателя. – продолжал Фёдор Иванович своим монотонным учительским голосом. Видите, Игорь, на могиле Булгакова установлен знаковый памятник в форме камня, его называют «Голгофа» за схожесть с горой, на которой распяли сына Божьего. По легенде, раньше кусок черноморского гранита лежал на месте захоронения Гоголя, потом его передали на хранение в мастерскую кладбища. Там его спустя какое-то время нашла вдова Михаила Афанасьевича, Елена Сергеевна, с которой списан был образ ведьмы Марго, вдова выкупила и приказала установить на могиле умершего мужа всего в 49 лет. Это я к тому, что Булгаков обожал творчество Гоголя, что-то наговорил ещё при жизни своей, что Гоголь его урыл своей шинелью, а вдова его слова приняла всерьёз и обыграла мистику жизней и смертей двух гениев литературы – шинель и Голгофа – понимаете?..
– Понимаю, Фёдор Иванович, мистику, но не всю, местами…
– А вот мистика диалога умерших и любивших друг друга супругов… Видите захоронение автора знаменитого памятника «Рабочий и колхозница» Веры Мухиной и ее супруга-хирурга Алексея Замков. На монументе, возвышающемся над могилой супруга Алексея, родственники сделали знаковую надпись: «Я отдал людям всё». Супруга Вера умерла на 11 лет позже возлюбленного. На ее красивом постаменте красуется продолжение фразы: «… И я тоже».
– Странно написано, что – что именно – они отдали людям?
– Всё, Игорь, всё без остатка, в конце быстро пролетевшей земной жизни…
Они долго вдвоём бродили по Новодевичьему кладбищу, Игорь послушно кивал и поддакивал экскурсоводу. Боксёр сегодня, действительно увидел удивительные памятники знаменитым людям и узнал огромное количество историй и тайн их жизни и смерти, но думал о потрясении сегодняшнего дня: убитая его бандой женщина была женой Фёдора Ивановича и матерью его невесты Маши, которая понесла от него, бандита в прошлой жизни, дитя. «Понесла, да выносит ли? Захочет ли невеста выйти замуж за жениха, причастного к отъёму жизни у ей любимой матери? Всё запуталось, а потом стянулось в один узел, который не развязать и даже не разрубить одним ударом ножа ли, топора ли… А удивительно красивую мать Маши подельники, которых уже нет в живых, ударили ножом и выбросили из поезда. Хоть волком вой, не видя выхода из гибельной трагедии прошедшего, проросшей в настоящее, прорастающей в будущее его, Маши».
– Наверное, нас уже наши женщины заждались на той скамеечке, где вы, Фёдор Иванович встретились с моей мамой. Время и место встречи изменить нельзя – помните фразу из фильма? Опаздывать никоим образом нельзя никогда…
Фёдор Иванович посмотрел на часы и ответил, как и положено учителю:
– Опоздание на пару минут не считается в школе опозданием… Всё под контролем… Но если мы пойдём быстрым спортивным шагом, то наше опоздание сократится до минуты или полминуты… Так поспешим, боксёр Игорь, и людей не насмешим…
Вчетвером от парка напротив стен Новодевичьего они пошли по Пироговке. Около дома их поджидали два хорошо одетых господина, стояли рядом с припаркованными машинами на тротуаре. Мария, зорко увидав господ издали, спокойно сказала твёрдым голосом, не терпящим возражения:
– Папа, Вера, идите домой, мы задержимся на пять-десять минут с Игорем, – взяла жениха за руку и подвела к господам. Представила:
– Это мой жених Игорь.
– А, как же я, – осклабился один из господ, – вроде я когда-то ходил в твоих первых женихах.
– Это было в прошлой жизни, Роберт.
Роберт ухмыльнулся и сказал неестественно слащавыми голосом, нелицеприятно глядя на Игоря:
– Мы с Игорем познакомились по телефону… Я-то, грешным делом, думал, что услышу голос моей сексапильной чувственной невесты, пусть даже из прежней жизни, а мне говорят мужеским голосом: пошёл на хер, и не звони, козёл, по этому номеру, этот телефон мне невеста подарила… Было такое, Гарик?
– Было, – честно признался Игорь, смотря на Машу, – потому что этот козёл стал настаивать на том, что он старый жених со стажем, и имеет права на невесту большие, чем новый жених… И что из этого должно логически следовать? Старый жених должен удалиться к чёрту на куличики, к ядрёной фене, и не домогаться своей сексапильной невесты из прошлой жизни…
– А ведь за козла тебе придётся ответить, Гарик – встрял другой господин, – я тоже звонил по известному телефону эскортницы, чтобы сделать её новое предложение по эскорту нашего дорогого клиента восточных королевских кровей.
– Как тебя зовут, рыло, по телефону, когда ты мне звонил, ты ведь не представился… Но вижу, что вы навели обо мне справки, если величаете правильно меня по имени из прошлой бандитской жизни…
– Меня знают в лучших домах Москвы, Европы и Америки как Рудольфа… И звонил я по телефону моей клиентке, занимающейся эскортом особ королевских кровей и миллионеров из списка Форбс…
– Значит, вы нас по моему мобильному телефону вычислили, – сказала Мария звонко и раскованно, – и потому нашли дом, куда прибыл мой жених… Так что же вы хотите, господа, от меня и моего жениха, которому я подарила свой телефон? Какие проблемы?
– Дарить такой дорогой смартфон бандиту Гарику – это неблагоразумно, Мария, – издевательским тоном протянул Роберт. – Там же забиты все адреса, явки и пароли нашей клиентской базы… Это нарушение условий контрактов…
– Всё это осталось в моей прошлой жизни… – Резко и жёстко перебила Роберта Мария. – Никто не собирается вербально связываться и списываться по номерам телефонов, забитых в памяти смартфона… Я его подарила своему жениху для того, чтобы взбодрить для свершений боксёра, ему вы и ваша вонючая клиентура на дух не нужны – правильно, Игорь?
– Правильно, Маша. Если тебе, им надо, я сотру все номера мобилы.
– Ты не понимаешь, во что ты вляпалась детка-нимфетка… Мы ведь тебя уже поставили на счётчик – и ты пожалеешь о своём неразумном поведении, красотка Машенька. – Зашелся Роберт, перейдя на повышенный тон оскорбительного разбора. – Разреши, я напомню твоему новому жениху, что нимфеткой ты мне и клиентам минеты делала за деньги…
– Врёшь, гадёныш, – спокойно и жёстко, без амикошонства ответила
