Он следовал за Иви вдоль торговых рядов, делая вид, что с интересом разглядывает товары.
Утро только зачиналось, проливая на темные каменные стены домов оранжевое зарево первых солнечных лучей, а ярмарочная площадь уже гудела разноголосо и невнятно, захватывая всякого, ступившего на ее территорию в пестрый водоворот звуков, запахов, чувств…
Вчерашний торговец лошадьми был на том же месте. Златогривая кобылка еще не гарцевала, но уже выгибала длинную изящную шею и встряхивала шелковой гривой, и перебирала тонкими, сильными ногами, вызывая восхищенные взгляды собравшихся вокруг нее зевак.
Иви остановилась и чуть наклонив голову к плечу с почти детским удовольствием принялась наблюдать за изящными движениями тонконогой плясуньи. Она давно подумывала приобрести себе лошадь, а эта приглянулась ей еще намедни. Но Иви опасалась, что продавец заломит слишком высокую цену за свое редкое сокровище.
— Сколько? — негромко спросила Иви и чуть откинула капюшон со своих смоляных волос.
Сайм вгляделся в ее мягкий профиль с чуть вздернутым носом и округлыми щеками, затем обошел торговые ряды и открыто, будто не замечая Иви, приблизился к торговцу с другой стороны.
— Это слишком дорого… — услышал он опечаленный голос девушки.
Неужели она, имея столь роскошный дом, не может позволить себе верховую лошадь для прогулок? Но то и был повод, который Сайм искал.
— А разве эта изящная шея и тонкие, но выносливые ноги не стоят много? — важно спросил торговец, не желающий уступать.
Сайм подошел и, восхищенно присвистнув, положил сильную ладонь на шелковистую холку.
— Цена? — небрежно обратился он к торговцу, глаза которого жадно блеснули при виде такого важного покупателя.
— Достаточно будет вот этого кольца, — облизнулся торговец, указывая на драгоценное кольцо, сверкающее на левой руке Сайма.
— Думаю, цена в самом деле завышена, но я покупаю, — усмехнулся Сайм, снял кольцо с указательного пальца и бросил его торговцу.
— Куда доставить лошадку? — подобострастно осведомился тот, желая за услугу добыть еще немного золота.
— В конюшню гостиницы ”Волшебный приют”, — ответил Сайм и, ощутив направленный на него взгляд Иви, повернул глаза в ее сторону и улыбнулся, как знакомой.
— Ушла лошадка! — хохотнул один из зевак, обращаясь к Иви, — не повезло тебе, девочка!
Иви тут же отвернулась и, поглубже накинув на голову капюшон, медленно побрела прочь.
— Вот, возьми за услугу! — сказал Сайм, протягивая торговцу еще пару золотых.
— Лошадка немедленно будет на месте! — осклабился тот.
— Хорошо! — ответил Сайм и, словно, продолжая праздную прогулку, направился в ту сторону, где мелькнул край уже знакомого ему плаща. Сейчас он может догнать Иви и заговорить с ней безо всякой неловкости.
Воспользовавшись тем, что девушка задержалась у прилавка с драгоценными браслетами, Сайм подошел к ней и спросил:
— Ты хотела купить эту лошадь?
Голос его был негромким, но Иви, услышав его, вздрогнула.
— Нет, я… нет, — она в волнении прижала руки к груди, — мне все равно она не по средствам…
— Хочешь, я ее тебе подарю? — улыбнулся Сайм так, что трудно было понять: шутит он или говорит всерьез.
— Нет, это лишнее… — пролепетала Иви, пламенея румянцем от смущения и покачнулась.
— Что с тобой? Тебе снова нехорошо? — заботливо осведомился Сайм.
Он знал, — смятенная девушка сперва будет стремиться избавиться от его влияния, и это самый ответственный момент. Не станет же он удерживать ее силой рядом с собой!
— Давай я проведу тебя куда скажешь… — любезно предложил Сайм, решив действовать напролом.
— Там, за площадью, в тени деревьев есть каменные скамейки. Помоги мне дойти… Тяжело стоять на ногах… — прошептала Иви и оперлась на подставленную руку Сайма.
Тогда вождь Этеляны понял, что девушка уже безнадежно запуталась в сетях его чар и не станет противиться, даже если он захочет ее поцеловать. Но момент поцелуя Сайм решил отложить. Предчувствие подсказывало ему, что они проведут вместе целый день и, возможно, ночь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Солнце поднималось все выше, проливая на площадь яркий золотой свет, и кристальную утреннюю прохладу уже сменяла бледность пред полуденной жары.
Иви опустилась на каменную скамейку под раскидистой елью и оперлась спиной о толстый еловый ствол.
— Благодарю тебя! — сказала она, глядя на Сайма, оставшегося стоять перед ней, — Скажешь мне, кто ты?
— Я — Сайм, приехал из Этэляны, чтобы побывать на празднике, — спокойно ответил тот, не скрывая правды. — А ты кто?
— Иви… Меня зовут Иви… Я слышала, что Этэляна — богатый и процветающий город.
— Те слухи верны. Поэтому я настаиваю, чтобы ты приняла в подарок лошадку, которую я купил. К сожалению, торговец не назвал ее имя.
— Они всегда так поступают, считают, что будущий хозяин сам выберет достойное…
— Так примешь? — настойчиво спросил Сайм.
— Но… Да, хорошо, — ответила Иви, не веря, что ее губы произносят это.
— Тогда выбери ей имя, — улыбнулся Сайм.
Иви задрожала. Эта улыбка, этот пламенный ласковый взгляд коснулись самых сокровенных глубин ее естества. Ей понадобилось немало сил, чтобы совладать со своими чувствами.
— Лучше, если ты сам это сделаешь…
— Тогда пусть её зовут Майли, — чуть подумав, сказал Сайм, — У нас, в Этеляне этим именем называют искусных танцовщиц.
Глава 25
Сайма немало удивлял тот факт, что Иви столь беспрепятственно, не смущаясь любопытных взглядов, расхаживает с ним по ярмарке. Конечно, нравы в Сетао свободные, но кто-нибудь может не утерпеть и сообщить Тэумару о том, что Иви появляется на людях в обществе мужчины. Или девушка, напротив, сама желает, чтобы Тэумар узнал о ее связи с другим?
Впрочем, размышлять об этом теперь, Сайму не хотелось. Он купил для Иви золотой браслет, увидев, как жадно она разглядывает прилавок с драгоценностями, и девушка приняла подарок, ничуть не колеблясь.
И затем все чаще, все нежнее становились ее, словно бы случайные прикосновения, то рукой к руке Сайма, то щекой к его плечу.
— Признайся, кто ты? — ласково пропела Иви, глядя на него восхищенно, — Ты выглядишь так, словно весь мир принадлежит лишь тебе одному.
Она более не противилась его обаянию, затухли последние искры смущения и стыда. Иви сама стремилась быть очарованной. Она безошибочно угадала в Сайме мягкость и нежность — то, чего Тэумар ей не давал, и чего девушке так остро недоставало.
— Твоя правда, — Сайм не стал лукавить, — я вождь Этеляны, только и всего…
Иви проказливо улыбнулась.
— Вождю Этеляны понадобилось любовное зелье от малоизвестной травницы?
Не сдержавшись, она опять на миг прижалась лицом к его плечу, и вдохнув запах его одежды, затрепетала. Волнительные, головокружительные чувства омыли ее тело жаркими волнами.
— Почему же? Твоя мать очень знаменита в Сетао…
Сайм ощутил дрожь желания, услышал нежный вздох, вырвавшийся из пересохших губ девушки, и ему сделалось немного печально от того, с какой легкостью любовь принимает подмену. Но, быть может, Иви никогда и не любила Тэумара, а сблизилась с ним лишь ради выгоды и устойчивого положения в жизни? На ту, которая любит всем сердцем, чары не способны подействовать так стремительно…
Сайм даже допускал мысль, что Иви, примерив на запястье драгоценный подарок, уже прикидывает, не поменять ли ей одного вождя на другого.
— А если я признаюсь, что никакое любовное зелье мне не было нужно, а это лишь способ подступиться к тебе? — проговорил Сайм с усмешкой, — Вдруг я нарочно вызнал, где ты живешь и всю ночь сторожил под твоим домом, ожидая, пока ты появишься?
— Слишком прекрасная сказка, она не может быть правдой! — кокетливо улыбнулась Иви.
— Ты одна? — спросил Сайм, стискивая сильными пальцами ее маленькую податливую ладонь и глядя в ее широко распахнутые влажные глаза, обрамленные густыми, трепещущими ресницами.
