Алек открыл дверь.
— Прости, но я на самом деле не могу…
Задержавшись на пороге, он медленно обернулся. Появилось странное ощущение, что он досадует на себя за то, что передумал.
— Хорошо, — коротко сказал он. — Поскольку мы оба уже одеты, глупо закончить вечер, когда он еще и не начинался.
— Да, конечно, — с жаром согласилась Кейтлин. — Походим с важным видом среди всей этой экзотики. Может, нам даже понравится.
— Посмотрим. — Алек оперся о косяк двери и в первый раз за все это время внимательно посмотрел на нее. — Мне нравится твое платье. Я его уже видел?
— Нет, оно новое.
Кейтлин старалась скрыть досаду в голосе. Стремилась сразить его наповал эффектным нарядом, а получила вежливый комплимент!.. Черт бы его побрал, этого Алека! Наверняка ведь помнит, какие платья Джоди уже надевала, а какие нет. Она вымученно улыбнулась, утешая себя надеждой, что вечер еще можно как-то спасти. По крайней мере Алек не отказался пойти с ней на прием и провести несколько часов в ее компании. И на том спасибо!
— Надень пальто, — сказал он. — Сегодня прохладно.
— Хорошо. Подожди секундочку, я сейчас.
Алек подавил зевок, словно ему все это наскучило.
— Нет нужды торопиться.
Когда Кейтлин и Алек появились, прием был в полном разгаре. Официанты сновали по залам с тяжелыми подносами, уставленными бокалами с охлажденным шампанским и пенящейся «Маргаритой». Элегантно одетая публика толпилась вокруг столиков, едва различимых за салатницами и огромными блюдами с пряными дарами моря, бокалами всевозможного вина, тарелками с бутербродами, солеными хлебными палочками и яркими тропическими фруктами. Прохаживающиеся музыканты развлекали гостей народными песнями, а в сводчатом зале с двумя нишами, украшенными потрясающей красоты плитками, большой оркестр играл традиционную мексиканскую танцевальную музыку. Несколько пар танцевали.
Кейтлин радовалась шуму и суете, так как им с Алеком, как оказалось, абсолютно не о чем было говорить. Неловко устроившись в конце стола, они нехотя клевали какую-то снедь и обменивались вежливыми банальностями.
Наконец Алек предложил перейти в танцевальный зал, но как раз в этот момент оркестр взял перерыв, и им ничего больше не оставалось, как подпирать стену, потягивая «Маргариту».
И вдруг Кейтлин увидела некоего дипломата, который был клиентом «Всевозможных услуг» год назад, и с радостью с ним поздоровалась:
— Антонио! Я так рада вас видеть. Как вы поживаете?
Дипломат изящно склонился над ее рукой. Несмотря на то что аспирантуру Антонио оканчивал в США и еще несколько лет провел здесь же, он нисколько не потерял своего латиноамериканского лоска.
— Не могу сказать, как я рад, Кейтлин! Я как раз собирался уволить экономку только ради того, чтобы без помех позвонить вам и напроситься на ленч.
Кейтлин искренне рассмеялась.
— К чему такие радикальные меры? Просто позвоните. Я с удовольствием проведу с вами вечер. Хотя буду рада подыскать и новую экономку, если это действительно нужно.
— Серафина, если уж на то пошло, поговаривает о том, что ей пора на покой. Так что шутки в сторону, возможно, я вскоре и обращусь к вам. — Его взгляд оценивающе скользнул по ее ногам, потом взметнулся вверх и задержался на обнаженных покатых плечах. — На вас потрясающее платье, Кейтлин. Как раз ваш цвет. И очень идет к вашим великолепным волосам.
Она улыбнулась.
— Спасибо. Вас по-прежнему не оставляет талант говорить женщинам то, что им хочется услышать.
— С вами это легко, так как не надо притворяться. — Он протянул руку Алеку. — Мы незнакомы, но я знаю вас по телевизионным новостям. Я — Антонио де лас Кантерас, работаю в службе информации при мексиканском посольстве, а вы — Алек Вудворд, известный защитник по нашумевшему делу мистера Манкусо, не так ли?
Обмениваясь рукопожатием, Алек скривился в ответной улыбке.
— Как раз сейчас настал момент, когда бы я хотел, чтобы Манкусо оставался в тени, а пресса не делала бы из его жены жертву месяца. Когда судебное разбирательство проходит при чрезмерном внимании прессы, можно лишиться самых сильных юридических позиций.
— Но вы-то хорошо знакомы с подобными процессами, не так ли? Вы славитесь похвальным хладнокровием, и из вас ничего не выжмешь.
Алек натянуто улыбнулся.
— Если это комплимент, то спасибо.
— Конечно, это комплимент. — Антонио прервал разговор и, склонив голову набок, восторженно улыбнулся. — Послушайте, оркестр играет танго — какая удача. Кейтлин, я готов просить на коленях, умолять и даже показаться вам надоедой, пока вы не согласитесь станцевать со мной. Помню, как в последний раз мы с вами танцевали танго, и сейчас, пользуясь правом хозяина, настаиваю на повторном удовольствии.
Кейтлин с огромной радостью приняла приглашение. И не только оттого, что Антонио был превосходным танцором. Просто напряжение между нею и Алеком росло с каждой минутой, и она почувствовала искреннее облегчение оттого, что какое-то время они будут находиться на расстоянии. Пробормотав несколько общепринятых извинений, она с удовольствием последовала за Антонио.
Красивый, стройный и атлетически сложенный Антонио не разделял англосаксонское чувство относительно скромности и приличий. Он знал, что Кейтлин обожает танцы, и быстро закрутил ее в серии впечатляющих вращений. Затем последовали еще более эффектные выпады, когда она изгибалась над поддерживающей ее рукой, а юбка кружилась вокруг колен, как вспышка золотисто-зеленого шелка.
Оценивающая аудитория быстро собралась вокруг танцевального зала, и Кейтлин позволила себе шпагаты, скольжения и внезапные броски вниз в ответ на указания опытного Антонио. Чем больше она отдавалась танцу, тем легче было забыть об Алеке и о том, что вечер оказался неудачным. Исчерпав все свои возможности с точки зрения техники танца, она отдалась тяжелому, экзотическому ритму. Когда музыка наконец смолкла и присутствующие шумно зааплодировали, она внезапно пришла в себя и, прищурившись, огляделась. Алека в зале не было. Очевидно, этот спектакль ему так наскучил, что он не захотел досмотреть его до конца.
Антонио промокнул лоб белоснежным платком, подхватил два узких бокала шампанского с подноса проходящего мимо официанта и передал один Кейтлин. Приподняв свой бокал, он произнес:
— Вы танцуете все лучше и лучше, Кейтлин.
— Спасибо. И вы тоже.
Большими глотками Кейтлин пила шампанское, смутно припоминая, что уже выпила две «Маргариты», но сейчас ее мучила жажда. Да еще мучила мысль, куда подевался Алек. Вот если бы партнером в танго был он… Танцевать с Антонио было интересно, а с Алеком — божественно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
