терпелось к ней вернуться.
В Америку Джастин приехал на очередной кинофестиваль. Несмотря на интересную программу, зрителей собралось немного, и хотя Джастина пригласили в жюри конкурса, он быстро понял, что победители уже определены кем-то из организаторов. Это его раздосадовало: знал бы заранее, не поехал бы.
Впрочем, поездка оправдала себя: Джастин хотел встретиться с одним человеком, Чарльзом Андревоном, а тот жил как раз в окрестностях Балтимора, в двух часах езды от Гаррисберга. Встреча вышла плодотворная, и, заселившись в мотель, Джастин сразу рассказал Мэтти о разговоре.
Вечером он прогулялся до ресторана и поужинал стейком. Возвращаться в прохладу мотельного номера не хотелось – теплая и влажная вечерняя погода была Джастину в новинку. Разогретый за день уличный воздух пах выхлопными газами, бензином и едва уловимым запахом аэропорта, который он не раз замечал во время своих поездок.
Джастин прогулялся по краю огромной площади, ныряя из темноты в озера фонарного света. Добравшись до полосы деревьев вдоль дороги, по которой медленным непрерывным потоком текли автомобили, Джастин остановился, утомленный жарой. С небольшого холма, где он стоял, были частично видны две взлетно-посадочных полосы аэропорта; ближняя пустовала, а по дальней один за другим двигались самолеты. Джастин наблюдал, как они с шумом ускоряются, скрываются за зданиями аэропорта и вновь появляются в поле зрения уже на взлете. Рев двигателей и мигание сигнальных огней нарушали ночной покой.
Небо затянуло тучами, и в тяжелом давящем воздухе чувствовалась грядущая гроза. Где-то вдалеке рокотал гром, время от времени вспыхивали зарницы. Почти все взлетающие самолеты набирали высоту, двигаясь кругами в сторону, чтобы избежать сдвига ветра, который мог возникнуть из-за больших туч. Одни пролетали у Джастина над головой, другие исчезали на западе, покрывая континент паутиной воздушных маршрутов, по которым во всех направлениях целенаправленно двигались люди. Вот зачем мучения в терминале аэропорта – чтобы сбежать от рутины, отправиться в путешествие, подняться в воздух, оторваться от дома. Сколько времени пассажиры, улетавшие теперь из Балтимора сквозь грозовую турбулентность, провели в терминале, ощущая свою ничтожность в атмосфере бесконечного ожидания? Джастин, как это часто бывало в окрестностях аэропорта, задумался об исчезновении Жанетт Маршан, которое по-прежнему его интриговало. В глубине души он будто понимал ее и чувствовал с ней некую мистическую связь.
«Боинг-747» авиакомпании «Дельта» пошел на снижение и приземлился на ближайшей полосе. Промелькнули и исчезли слепящие навигационные огни, длинный ряд иллюминаторов, сияющий металлический фюзеляж. Самолет с шумом промчался по полосе и скрылся из виду под рокот двигателей.
После этого Джастин вернулся в свой прохладный номер и отправился в душ.
За несколько недель до этой поездки Мэтти совершила неожиданную находку. При переезде на квартиру, в которой они с Джастином теперь жили вдвоем, она наткнулась на книгу, купленную много лет назад и давно позабытую. Это была потрепанная недорогая книжка в мягкой обложке на пожелтевшей бумаге, из тех, что покупают спонтанно. Называлась она «Шеф-повар звезд Голливуда» и изобиловала рецептами, занимательными историями и воспоминаниями об экстравагантных пиршествах кинозвезд. Общение с Джастином пробудило в Мэтти давно забытый интерес к ранней эпохе Голливуда, поэтому она с любопытством пролистала книгу. Автор, частный шеф-повар, в 1940-х – 1950-х годах зарабатывал на жизнь обслуживанием домов и особняков лос-анджелесских знаменитостей. Хотя речь шла в первую очередь о кулинарии и подаче блюд, он бессовестно сыпал именами голливудских звезд чуть ли не на каждой странице, и среди них время от времени упоминалась Жанетт Маршан.
Мэтти торжественно вручила книгу Джастину, и он с интересом прочел главу об ужине, который шеф-повар как-то раз приготовил для Жанетт и ее гостей. Это был шикарный прием с участием известных актеров, чьи имена автор перечислял, захлебываясь от восторга. О самих звездах он ничего не рассказал, зато подробно перечислил, что они ели и пили.
Джастин написал автору письмо на самый последний из известных адресов издательства, ни на что особенно не рассчитывая – ведь книга вышла лет сорок – пятьдесят назад. Тем не менее через четыре недели, когда он уже и думать забыл о письме, пришел ответ. Автор книги, Чарльз Андревон (называвший себя «Чаком»), был еще жив, отошел от дел и теперь обитал в Лансдауне, пригороде Балтимора. Джастин написал ему, что интересуется Жанетт Маршан, и спросил, помнит ли Чак что-нибудь о ней.
Как раз тогда поступило приглашение поучаствовать в кинофестивале в Гаррисберге, откуда до Балтимора было рукой подать, и Джастин предложил Чаку встретиться после фестиваля. Тот согласился и уточнил, что не помнит ничего о Жанетт Макдональд, но расспросит свою жену Хетти, которая иногда помогала ему в организации ужинов. Джастин не стал указывать на ошибку, решив дождаться личной встречи.
Как выяснилось, Чак очень даже помнил Жанетт Маршан и при встрече неловко пошутил насчет путаницы в именах, сославшись на стариковскую память. Собственный экземпляр книги он давно потерял и с удовольствием пролистал привезенный Джастином.
У Чака и Хетти было трое детей и десять внуков, а вскорости ожидался первый правнук. Старики жили в уютном загородном доме с огромным садом, небольшим бассейном и целой стаей собак. Чак с Джастином устроились на затененной террасе, попивая чай со льдом; время от времени Чак отходил проверить, как там жена и не нужна ли ей помощь.
Времена, описанные в книге, были для Чака золотым веком, однако эмоциональное напряжение и требовательная работа в конце концов вымотали его, да и частные шеф-повара вышли из моды. К середине 1950-х его услуги заказывали все реже и притом не спешили оплачивать работу. Когда Хетти забеременела, Андревоны решили, что пора остепениться. Чак устроился шеф-поваром в крупный ресторан, и лет десять они прожили в Чикаго, потом переехали и в конце концов осели здесь, потому что двое их старших детей работали в Балтиморе.
Книга вызвала у Чака живые воспоминания о Жанетт Маршан. Ужин в ее доме вышел незабываемым – увы, не в хорошем смысле слова.
После получения заказа Чак обычно приходил домой к клиенту за день-два до мероприятия в сопровождении су-шефа и ассистента. Они осматривали кухню и оборудование, согласовывали список блюд и заказывали необходимые продукты. В день ужина команда Чака начинала готовить прямо с утра и оставалась до вечера, а на следующее утро приходили уборщики.
В первый визит Чака и его коллег принимала Жанетт со своей домработницей Фрэн Гулден (о которой тоже упоминалось в книге). В доме имелась большая кухня, просторная столовая и даже небольшая площадка для танцев. Кругом царили покой и порядок – ничто не предвещало беды.
– Да только в Голливуде тех дней нельзя было предугадать, что может произойти вечером, – вздохнул Чак.
Гостей принимали Жанетт и ее муж Стэнли. Всего
