- Ассасины?! - встрепенулся я.- Старик, скажи, что ты знаешь об ассасинах.
- Я ничего не знаю,- живо повел рукою старик.- Говорят только, что они сговорились с новым хозяином дворца, и приходят сюда по ночам, чтобы узнавать новые тайны.
- С каким хозяином? - опасливо полюбопытствовал я.
- С тем,- коротко ответил старик.
- А кто теперь хозяин в Конье? - догадался я спросить о самом важном.
- Я-то думал, что ты ходишь по всем дорогам и все знаешь,- огорченно вздохнул старик.- Хотел спросить у тебя самого.
- Я пришел из чужих краев,- честно признался я.
- Говорят, что теперь нет никакого хозяина,- пробормотал старик.Говорят, будет теперь один монгольский наместник.
"Значит, султан все-таки убит",- заключил я и к тому решил, что лучшим способом отделить сон от яви будет не бегство куда глаза глядят, а путешествие в саму Конью, если только сама Конья, и это селение, и этот старик, не являются плодом моего воображения или злыми чарами каких-нибудь ассасинов, которые обрели полную власть над моими чувствами. Я пообещал гнусным чародеям, что вскоре они устанут от моей безрассудной доблести и от всех ужасных казней, от которых им придется меня спасать пусть даже в сновидениях.
Узнав у старика, по какой дороге можно дойти до стен столицы Румского царства, я пустился в путь и к вечеру нашел, что его длина примерно совпадает с длиной той дороги, которую я преодолел вместе со свитой Масуда Четвертого, сидя на коне в почти безмятежном забытьи. У ворот Коньи я увидел тех же привратников, которые получили за меня горсть медяков от старого джибавии.
- Я приходил сюда со старым дервишем, которого вы знаете,- смело подойдя к ним, сказал я.- Он заплатил за меня десять мангыр.
- Десять мангыр! - рассмеялся старший привратник.- Значит, ты был воробьем, а твой дервиш нес клетку.
- Теперь я хуже воробья,- вполне согласился я с догадкой стражника.- У меня нет и десяти мангыр. Но мне очень нужно пройти в город. Обещаю вам, что сегодня же заработаю и принесу вам положенный дирхем. Без него вы можете не пропускать меня обратно.
- Хорош воробей! - продолжал потешаться старший.- Его выпустили из клетки, он проголодался и теперь просится назад.
- Вы должны пустить меня,- решился я на последнее средство.Приглядитесь, ведь ни кто иной как я убил вашего султана.
Теперь от хохота присели оба, и если бы я был пошустрее и обладал навыками рыночного воришки, а не ассасина, то, верно, успел бы юркнуть в ворота, пока они утирали слезы.
- А с безумцев мы берем десять золотых динаров! - только и ответил мне старший привратник.
И тут в перекрестии пик стражей я вдруг увидел всадника, направившегося из города к воротам. Не успел железный колпак старшего стража, съехавший от смеха с его лысой головы, стукнуться об землю, как "воробей" успел упорхнуть и пропасть в придорожных кустах.
Стражи крикнули мне вдогонку какие-то обидные слова, но я пропустил все мимо ушей. Теперь мне больше всего на свете был нужен тот, кто покидал стены города: франкский рыцарь, носивший имя Эд де Морей.
Он выезжал из ворот неспеша. Я молил Всемогущего, чтобы Он умерил пыл всадника и за пределами города. Моя молитва была услышана: шагом двинулся конь рыцаря Эда по той самой дороге, которая только что привела меня к столице.
Неизвестный мне замысел рыцаря Эда, что повел его именно по этой дороге, я принял за вещий знак и с удвоенной быстротой помчался, огибая кусты и крупные камни. Как только расстояние между рыцарем Эдом и последним встречным прохожим растянулось на бросок копья, придорожный кустарник вздрогнул, и славному рыцарю преградил дорогу некий безымянный герой.
- Рад приветствовать вас, мессир в этот вечерний час! - проговорил я с учтивым поклоном.
Рыцарь Эд натянул поводья и, поглядев на меня, приподнял бровь.
- Приветствую и вас, юноша,- ответил он с холодностью, которую, я сразу истолковал в нужном для меня направлении: от Коньи - к логову демонов или ассасинов.- Любопытно узнать, чем вызвано ваше внезапное появление, столь же таинственное, сколь и ваше исчезновение из дворца.
Открыв рот, я хотел было высыпать целую гору новых вопросов, рожденных его словами, но сдержался и, взяв себя в руки, учтиво задал вопрос, прибереженный заранее:
- Мессир, оно вызвано одной мучительной догадкой. Ради всего святого, ответьте мне, когда вы видели меня последний раз.
- Воистину странный вопрос! - усмехнулся рыцарь Эд и пожал плечами.Столь же странный, сколь и ваше одеяние. Я думал, что когда-нибудь увижу вас, юноша, в филадельфийской парче и тулузских сукнах, на великолепном арабском скакуне.
- Объяснитесь, мессир! - рассвирепев, потребовал я.
- Серхенг, слову которого я могу верить, сказал мне, что видел собственными глазами, как вы, исполняя чью-то волю, задушили шнурком раненого султана и, ободрав с него все дорогие перстни и золотую нагрудную цепь, исчезли в потайном ходе.
От такого свидетельства я едва не задохнулся, а переведя дыхание, огляделся по сторонам, чтобы проверить, стою ли я еще на дороге вблизи Коньи или уже провалился в бездонную пропасть.
- Если все случилось так, как привиделось этому доблестному серхенгу,медлительно проговорил я, стараясь сохранить достоинство,- то может ли исчезнувший в потайном ходе узнать, кто правит Румом ныне?
- Не тот ли, чью волю исполнял искусный убийца? - вновь недобро усмехнулся франк.
- Значит, монгольский наместник? - внезапно догадался я.
Рыцарь ответил молчанием, рассматривая меня с высоты своей доблести.
- Именно тот ссыльный монгол несторианского исповедания,- добавил я,власти которого над Румом так желал славный франкский рыцарь, когда осаждал стены дворца. Не так ли?
Конь рыцаря Эда, вздрогнув, переступил в сторону, а сам рыцарь совершил жест, значение которого вспыхнуло во мраке моей утраченной памяти: я увидел крестное знамение.
- Владеющий колдовством не нуждается в роскошных одеждах,- пробормотал франк.
- Мессир, вы хотите сказать, что не передавали никому своих заветных мыслей о том, как поставить Рум первой ступенью к Святой Земле? - сделал я новый выпад, не имея в руках никакого оружия, выкованного из праха земного.
Конь рыцаря Эда попятился еще на несколько шагов.
- Изыди, сатана! - прохрипел рыцарь Эд.
- Мессир, вы наносите мне оскорбление,- вспылил я, не в силах более держать себя в руках, и двинулся вперед ровно на столько шагов, на сколько отступил жеребец франка.- Потому, не имея своего коня, я могу требовать, чтобы вы спешились и приняли мой вызов.
- Кто посвящал тебя в рыцари, ночной хорек?! - скрипя зубами, выдавил из себя тамплиер.- Твой туркменский шайтан?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
