Читаем без скачивания Энн из Зелёных Крыш - Люси Монтгомери

– Никогда подобного не слышала! – воскликнула Марилла, которая сидела в молчаливом изумлении до этого. – Энн, неужели ты хочешь сказать, что действительно веришь во все эти свои глупые выдумки?

– Не верю окончательно, – неуверенно сказала Энн. – По крайней мере, не верю днём. Но когда становится темно, Марилла, все совсем по-другому. Вот тогда-то привидения и появляются в лесу.

– Привидений не существует, Энн!

– Да, нет же, существуют, Марилла! – горячо сказала Энн. – Я знаю людей, которые их видели. И это уважаемые люди. Чарли Слоан говорит, что его бабушка однажды вечером видела, как его дедушка вёл коров домой с поля, хотя его похоронили год назад. Вы ведь знаете, что бабушка Чарли Слоана не выдумщица. Она очень религиозная женщина. И отца миссис Томас однажды вечером преследовал до самого дома горящий ягненок с отрезанной головой, которая висела на полоске шкуры. Он говорил, что это был призрак его брата, который предупреждал, что он скоро умрет. Правда, он не умер через девять дней, как было обещано, а только два года спустя, но все равно, видите, это была правда. А Руби Гиллис говорит…

– Энн, – резко сказала Марилла. – Я не желаю больше слушать эти глупости. Я всегда сомневалась по поводу твоего воображения, и если оно приводит к таким последствиям, я больше этого не хочу слышать. Ты пойдешь к миссис Барри немедленно и прямо через сосновый лес, и пусть это будет тебе уроком и наукой на будущее. И чтобы я больше не слышала от тебя ни слова ни о каких привидениях в лесах.

Энн могла просить и плакать сколько угодно – что она и делала, потому что очень боялась. Ее воображение подвело её, и сосновый лес после наступления ночи внушал ей сильный страх. Но Марилла была тверда в своём решении. Она довела дрожащую девочку до ручья и велела ей идти дальше прямо через мостик в темное убежище стонущих женщин и безголовых привидений.

– О, Марилла, как можно быть такой безжалостной? – сказала Энн плачущим голосом. – Как вы себя будете чувствовать, если какой-нибудь белый призрак схватит и унесет меня?

– Я готова рискнуть, – сказала Марилла решительно. – Ты знаешь, я всегда держу своё слово. Я вылечу тебя от привычки придумывать привидения. Иди сейчас же.

И Энн пошла, то есть, спотыкаясь, минула мостик и, вся дрожа, двинулась дальше по темной тропинке. Она запомнила этот путешествие на всю жизнь. Ей пришлось горько пожалеть о том, что у нее такое буйное воображение. Существа, которые были плодом её воображения, подстерегали ее за каждым кустом, вытягивая холодные, прозрачные руки, чтобы схватить испуганную девочку. Оторванная лента белой березовой коры, которую ветер волочил и перебрасывал по коричневым увядшим прошлогодним листьям, заставила сердце Энн на минуту остановиться. Долгий скрежет двух старых веток, задевавших друг друга, вызвал у нее на лбу холодную испарину. Летучие мыши, в темноте летавшие над ее головой, казались ей потусторонними созданиями. Добравшись до большого поля мистера Белла, она побежала по нему так, словно за ней гналась целая толпа белых привидений, и, подбежав к дверям кухни дома Барри, она совершенно запыхалась, и еле смогла попросить выкройку фартука. Дианы не было дома, а потому не было и возможности остаться подольше. Предстояла ужасная обратная дорога. Энн шла с закрытыми глазами, предпочитая лучше разбить себе голову о торчащие ветки деревьев, чем увидеть какой-нибудь белый призрак. Когда она, наконец, пошатываясь, прошла через деревянный мостик, она вздохнула, наконец, с облегчением.

– Ну, как – никто тебя не схватил? – спросила Марилла саркастически.

– Ох, … Марилла, – дрожа, сказала Энн, – меня теперь устроят и об-об-обычные места.

Глава 21. Новое достижение в кулинарии

– Боже мой, нет ничего, кроме встреч и расставаний в этом мире, как говорит миссис Линд, – заметила Энн печально, положив в последний день июня свою грифельную дощечку и книги на кухонный стол и вытирая красные глаза очень мокрым платком. «Как хорошо, Марилла, что я взяла запасной носовой платок в школу сегодня. Я предчувствовала, что он понадобится.

– Я никогда не предполагала, что ты настолько любишь мистера Филлипса, что тебе потребуется два носовых платка, чтобы вытирать слезы из-за того, что он уезжает, – сказала Марилла.

– Я не думаю, что плакала из-за большой любви к нему, – ответила Энн. – Я просто плакала, потому что все остальные это делали. Начала Руби Гиллис. Она всегда утверждала, что терпеть не может мистера Филлипса, но как только он встал, чтобы сказать прощальную речь, она залилась слезами. Тогда все девочки заплакали, одна за другой, но я старалась держаться, Марилла. Я пыталась вспомнить, как мистер Филлипс заставил меня сидеть с Гил… – с мальчиком, и как он написал мое имя неправильно на доске, и как он сказал, что я полная тупица в геометрии, и смеялся над моим правописанием, и все случаи, когда он был такой язвительный, но я почему-то не могла, Марилла, и мне тоже пришлось заплакать. Джейн Эндрюс рассказывала всем в течение месяца о том, как она будет рада, если мистер Филлипс уйдёт, и она заявила, что никогда не будет плакать по этому поводу. Но она рыдала сильнее всех, и пришлось позаимствовать платок у её брата – конечно, мальчики не плакали – потому что она не принесла свой платок, т. к. не собиралась плакать. Ах, Марилла, это было душераздирающее зрелище. Мистер Филлипс так красиво начал свою прощальную речь: «Настало время для нас попрощаться». Это было очень трогательно. И он говорил тоже со слезами на глазах, Марилла. О, я чувствовала раскаяние за то, что я говорила плохо о нём в школе и рисовала карикатуры на него на моей грифельной дощечке и высмеивала его и Присси. В ту минуту я хотела бы быть образцовой ученицей, как Минни-Эндрюс. Она уж точно не может ни в чём себя упрекнуть. Девочки плакали всю дорогу домой. Кэрри Слоун твердила каждые несколько минут: «Настало время для нас расстаться», и мы снова начинали плакать всякий раз, когда, казалось, мы уже были готовы успокоиться. Мне ужасно грустно, Марилла. Но никто не может чувствовать себя в глубоком отчаянии, если впереди два месяца каникул, правда, Марилла? И, кроме того, мы встретили нового священника и его жену, они ехали со станции. И хотя мне было так плохо, что мистер Филлипс уходит, я не могла не воспользоваться случаем и не поинтересоваться новым священником. Его жена очень красивая. Не совсем по-королевски прекрасная, конечно, – я полагаю, это было бы неподобающе для священника – иметь по-королевски прекрасную жену, потому что он мог бы подать этим плохой пример. Миссис Линд говорит, что жена священника в Ньюбридже подаёт очень плохой пример, потому что она одевается так модно. Жена нашего нового священника была одета в голубое муслиновое платье с прекрасными пышными рукавами и шляпу с отделкой из роз. Джейн Эндрюс сказала, что пышные рукава слишком светский наряд для жены священника, но я не стала судить её так строго, Марилла, потому что я знаю, что это такое – хотеть платье с пышными рукавами. Кроме того, она стала женой священника совсем недавно, так что надо принять это во внимание, не так ли? Они собираются пожить у миссис Линд, пока их дом не будет отремонтирован.

Если Марилла, при визите к миссис Линд в тот вечер, имела ещё какой-то мотив, кроме как вернуть выкройку для лоскутного одеяла, которую она одалживала прошлой зимой, то это была милая слабость, присущая большинству людей в Эйвонли. Многие вещи Миссис Линд одалживала, никогда не ожидая увидеть их снова, и выкройка тоже относилась к их числу. Новый священник, да ещё и с женой, был законным объектом для любопытства в тихом маленьком селении, где не так много происходило новых событий.

Старый мистер Бентли, священник, которого Энн обвинила в отсутствии воображения, был пастором Эйвонли в течение восемнадцати лет. Он был вдовцом, когда пришел в приход, и он остался вдовцом, несмотря на то, что местные сплетницы регулярно женили его то на одной, то на другой даме каждый год. В прошлом феврале он подал в отставку и уехал, провожаемый сожалением своих прихожан, большинство из которых привязались к старому доброму священнику, несмотря на его недостатки, как оратора. С тех пор прихожане церкви Эйвонли могли наслаждаться выступлениями многих различных кандидатов на место пастора и «временными заместителями», которые приезжали каждое воскресенье, чтобы читать проповеди. Они подходили или не подходили – по мнению отцов и матерей в общине; но будьте уверены, маленькая, рыжая девочка, которая сидела покорно в уголке скамьи Касбертов, также имела свое мнение о них и обсудила это в полном объеме с Мэтью, Марилла же всегда уклонялась от обсуждения из принципа, что нельзя критиковать священников в какой-либо форме.

– Я думаю, что мистер Смит не подходит, Мэтью, – окончательно решила Энн. – Миссис Линд говорит, что у него плохая дикция, но я думаю, что его худший недостаток – такой же, как был у мистера Бентли– отсутствие воображения. А у мистера Терри его слишком много, и он его не ограничивает, как я в случае с Лесом Привидений. Кроме того, миссис Линд говорит, что его богословская позиция не убедительна. Мистер Гришэм был очень хороший и очень религиозный человек, но он рассказывал слишком много смешных историй и заставлял людей в церкви смеяться. Он не вызывал уважения к себе, а ведь священник должен вызывать уважение, не так ли, Мэтью? Мне казалось, что мистер Маршалл был очень привлекательным, но миссис Линд говорит, что он не был женат, и даже не собирался, она сделала специальный запрос насчёт него и говорит, что никогда не допустит, чтобы молодой неженатый священник приехал в Эйвонли, потому что он может вступить в брак с местной прихожанкой, а это ведёт к неприятностям. Миссис Линд очень дальновидная женщина, не так ли, Мэтью? Я очень рада, что выбрали мистера Аллана. Мне он понравился, потому что его проповедь была интересной, и он молился от души, а не так, как будто это был его долг. Миссис Линд говорит, что он не идеальный, но она говорит, что вряд ли мы могли ожидать идеального священника на семьсот пятьдесят долларов в год, и так или иначе его богословская позиция убедительна, потому что она расспросила его тщательно по всем пунктам учения. И она знает родственников его жены, и они очень респектабельные люди, а женщины – все хорошие хозяйки. Миссис Линд говорит, что здравая богословская позиция у мужа и хорошие хозяйственные способности у жены – идеальное сочетание для семьи священнослужителя.