Читаем без скачивания Фидель Кастро и вооруженное восстание на Кубе - Николай Сергеевич Леонов

К сентябрю 1957 г. в военно-морских силах созрел крупный антиправительственный заговор, который должен был вылиться в одновременное восстание нескольких военно-морских баз. Но по каким-то причинам руководители восстания в Гаване отложили день выступления на более поздний срок, не сумев вовремя предупредить силы базы ВМС в г. Сьенфуэгосе на южном побережье Кубы. Там в назначенный день, 5 сентября, вспыхнуло восстание, начатое членами «Движения 26 июля» и матросами, руководили которым Хулио Камачо и лейтенант Сан-Роман. Повстанцы овладели городом, но, не имея ясного плана дальнейших действий, потеряли наступательный темп, чем немедленно воспользовался Батиста. Правительственная авиация подвергла военно-морскую базу и город варварской бомбардировке и обстрелу ракетами. На город были двинуты бронетанковые и пехотные части.

Восстание было зверски подавлено. Дионисио Сан-Роман был захвачен на борту одного из кораблей, перевезен в Гавану и там замучен пытками до смерти.

Камачо, которому удалось избежать многочисленных опасностей, вместе с другими руководителями восстания был спасен «Движением 26 июля» и тайно вывезен из города.

К концу первого года войны военное положение в Сьерра-Маэстре несколько стабилизировалось. Повстанческие силы, численностью более 200 человек, контролировали обширную территорию. Противник, получив ряд ударов, уже не рисковал подниматься в горы крупными силами, а партизанские отряды пока не располагали возможностями для ведения наступательных операций за пределами освобожденной территории. Война приняла позиционный характер. Правительственные части старались создать как можно более плотное кольцо вокруг районов, охваченных движением, чтобы задушить партизан голодом и лишениями. Повстанцы, со своей стороны, стали энергично создавать собственную автономную систему жизнеобеспечения. В частности, с местными крестьянами, до революции специализировавшимися на выращивании и продаже кофе, были заключены договоры, по которым крестьяне обязывались выращивать кукурузу, рис, бобы, овощи и фрукты для партизан, а те гарантировали покупку всего урожая за наличные деньги. С торговцами из близлежащих сел и поселков было оговорено, что они будут продавать повстанцам часть продовольствия для переправки его тайными тропами в горы.

Была разработана система конфискации у крупных латифундистов скота, который угонялся на освобожденную территорию, где на простенькой бойне мясо солили и коптили, чтобы его можно было транспортировать в отдаленные отряды, находившиеся на боевых позициях. Поскольку покупка соли представляла особые трудности, повстанцы организовали добычу соли выпариванием морской воды.

Стала налаживаться медицинская служба в армии, появились настоящие квалифицированные врачи: Серхио дель Валье, Рене Вальехо, Мартинес Паэс и др. В труднодоступном месте был создан настоящий госпиталь, в котором производились даже сложные хирургические операции. С невероятными трудностями в госпиталь был доставлен электрический движок и холодильник для хранения медикаментов, консервированной крови и т. д.

Развивалась тыловая служба. Поскольку к этому времени определился основной район дислокации командования – верховья реки Ла-Плата, – там и стали создаваться стационарные служебные постройки. Одной из первых возникла оружейная мастерская, где ремонтировалось вышедшее из строя оружие и изготовлялись самодельные гранаты и мины. Из неразорвавшихся авиационных бомб противника партизаны стали делать крупные фугасы. Начало действовать кустарное предприятие по ремонту и пошиву обуви, вещмешков и других предметов снаряжения. Потом была создана целая пошивочная мастерская, где несколько партизанок-мастериц шили военное обмундирование. К удовольствию курящих, было налажено даже производство сигарет. В лесу заработала лесопилка, где бойцы вручную изготовляли доски для строительства необходимых зданий, постепенно заменявших шалаши.

Одним словом, Повстанческая армия по-хозяйски закрепляла свой контроль над обширной территорией всерьез и надолго. Огромную помощь партизанам оказывало местное население, которое несло ответственную разведывательную службу, оповещая партизан о всех передвижениях противника, разоблачая и обезоруживая его агентуру. Крестьяне уже полностью убедились, что только повстанцы могут обеспечить защиту от репрессий, которым они неизбежно подвергались со стороны батистовцев.

Первостепенное значение Фидель Кастро уделял поддержанию строжайшей дисциплины в рядах Повстанческой армии, революционного порядка на всех территориях, освобожденных от противника. В феврале 1958 года был принят устав «Революционной армии 26 июля», в котором говорилось, что такие преступления, как предательство, шпионаж в пользу противника, убийство или изнасилование, карались смертной казнью. Могли быть приговорены к высшей мере наказания также лица, признанные виновными в вооруженном нападении с целью грабежа, воровстве, дезертирстве, доносительстве, грубом неподчинении приказу, оставлении позиций в бою и т. д.

За менее тяжкие преступления виновные могли быть приговорены к тюремному заключению, однако из-за отсутствия тюрем отбытие наказания откладывалось на время после победы революции.

Все случаи приговора к смертной казни подлежали утверждению со стороны Фиделя Кастро как командующего революционными войсками в Сьерра-Маэстре. Все случаи подлежали тщательному судебному разбирательству с полным соблюдением законности, с обязательным выделением защитника для обвиняемого.

Че Гевара оставил яркое описание одного из тогдашних судебных процессов с участием Фиделя Кастро. Существо дела состояло в том, что командир одного из отрядов, Лало Сардиньяс, пытаясь приструнить одного из нарушителей дисциплины, сгоряча стал угрожать ему пистолетом. Неожиданно произошел случайный выстрел – и виноватый боец был убит наповал. В отряде возникла угроза бунта. Лало был арестован и началось следствие. Опрошенные свидетели разделились: половина утверждала, что было совершено преднамеренное убийство, другие не менее горячо доказывали, что произошел несчастный случай. «Все знали, – пишет Гевара, – Сардиньяса как отважного командира, непримиримого к нарушениям дисциплины, как человека, которому было присуще чувство самопожертвования. Смертного приговора для него требовали как раз те, кто не отличался особой дисциплинированностью.

Заслушивание свидетелей продолжалось до глубокой ночи. К тому времени к нам в лагерь прибыл Фидель. Он был решительно против того, чтобы выносить Лало Сардиньясу смертный приговор, но в то же время считал, что будет неразумно принимать решение, не выяснив мнения всех товарищей. В ходе суда Фиделю и мне выпала задача быть защитником обвиняемого…

Было уже поздно, а споры все продолжались. Мы зажгли факелы и несколько свечей. Затем в течение часа выступал Фидель. Он разъяснил нам, почему не следовало применять в отношении Лало Сардиньяса высшую меру наказания. В этой связи Фидель подробно остановился на всех наших недостатках, рассказал об отсутствии крепкой дисциплины, о совершаемых нами ежедневных ошибках, о наших личных слабостях; в заключение он заявил, что отвратительный сам по себе поступок Лало Сардиньяса был совершен в конечном счете в интересах укрепления дисциплины и что нельзя было упускать это из виду.

Голос Фиделя, его страстная речь, могучая фигура, озаряемая факелами, оказали сильное воздействие на людей, и многие из тех, кто настаивал на казни Сардиньяса, постепенно стали соглашаться со своим руководителем. В ту ночь еще раз подтвердилась огромная способность Фиделя убеждать людей.

Но не всех убедило темпераментное и красноречивое выступление Фиделя. В конце концов сошлись на том, чтобы поставить на голосование каждое из двух предложений: немедленная казнь через расстрел или разжалование в рядовые… Результаты этого необычного голосования были следующими: из 146 присутствующих 76 высказались против вынесения смертного приговора, 70 – за. Лало Сардиньяс был спасен».

Помимо солдат Повстанческой армии, революционным трибуналам приходилось рассматривать дела предателей и бандитов, которые, выдавая себя за повстанцев, занимались грабежами, насилиями, а нередко и убивали местное население. Впоследствии Фидель говорил, что за все время войны, за 25 месяцев, число расстрелянных составило не более 10 человек, но эти меры очистили всю зону действия партизанских отрядов от всякого рода бандитов, компрометировавших своими преступлениями высокое звание повстанцев.

С момента введения революционной законности на освобожденной территории практически не было серьезных преступлений.

В Повстанческой армии с разрешения Фиделя Кастро действовали несколько священников в качестве капелланов. Наибольшей известностью пользовался отец Гильермо Сардиньяс, который был настоятелем церкви в г. Новая Херона на острове Пинос, а после начала войны в Сьерра-Маэстре с согласия церковного начальства выехал в расположение армии. Гильермо Сардиньяс некоторое время ходил с партизанами по горам, а потом он стал вести оседлый образ жизни, занимаясь крещением, венчанием и отпеванием среди крестьян Сьерра-Маэстры. В конкретных условиях Сьерра-Маэстры в то время появление там священника было также определенной формой облегчения положения людей. Ведь очень многие бойцы Повстанческой армии были верующими, не говоря о крестьянах гор. Они нуждались в отправлении некоторых обрядов, к которым привыкли на протяжении