он на мгновение растерялся: опять перед ним эта девчонка. Что за напасть!
Кирилл передал Настю трясущейся няне, которая прибежала следом за ним, и выпрямился. Не контролируя свой гнев, он схватил Белоснежку за подбородок. Но лучше бы он этого не делал. Девчонка обладала какой-то властью над ним. Желая избавиться от наваждения, он оттолкнул девушку – она потеряла равновесие и стала падать. Рефлекторно Кирилл подхватил ее за спину, она запрокинула голову. Он смотрел в эти серые глаза с поволокой, в которых светилась нежность, и чувствовал, что тонет.
Когда он пришел к себе в кабинет, успокоив детей и отправив их с водителем домой, девчонка уже была там. Он сидела в уголке дивана и… дремала. Кирилл от возмущения сначала хотел хлопнуть дверью так, чтобы она подскочила от испуга, но вовремя остановился. Им предстоял серьезный разговор, а он не привык вести беседу, не подготовившись.
Кирилл тихо закрыл дверь, сел за стол и какое-то время работал, не обращая внимания на гостью. Вернее, это ему казалось, что он занят делом. В какой-то момент он поймал себя, что сидит с ручкой в пальцах и разглядывает незнакомку.
Она поджала под себя ноги, скрытые длинной юбкой, и положила голову на спинку дивана. На бледное лицо падали тени от длинных ресниц. Широкая блузка Белоснежки выбилась из широкого ремня, и в распахнутом вороте виднелась кружево бюстгальтера. В щели полуоткрытого рта жемчужно блестели два передних зуба.
«Белочка», – неожиданно для себя подумал Кирилл, но тут же встряхнул головой, прогоняя наваждение. Что с ним не так?
В этой обычной девчонке было нечто такое, что он, взрослый мужчина, не понимал. Она казалась девочкой-подростком, хотя Кирилл знал, что она совершеннолетняя, проверил документы после случая с Красной Шапочкой. Еще не хватало, чтобы его, как хозяина, привлекли к ответственности за растление малолеток! Невысокая ростом, худенькая, с короткой стрижкой русых волос – ни за что этому цыпленку нельзя было дать двадцать один год. Подобные ей девушки текли мимо Кирилла непрерывным серым потоком: он не замечал их, как бы они ни стремились привлечь его внимание.
Но эта…
Во-первых, девчонка всегда попадала в нелепые ситуации. Во-вторых, путалась у него под ногами, в-третьих, она странно на него влияла, толкала на нехарактерные для него поступки. В-четвертых… Что, в-четвертых, он решить не успел: девушка открыла глаза.
– Ой! Простите. Я заснула, – пролепетала смущенно она. – Я сейчас уйду. Меня, наверное, уже потеряли.
Девушка выпрямилась, ее блузка натянулась, и Кирилл вдруг почувствовал возбуждение. «Что за черт? Вот опять! – испугался он реакции своего тела на невинное движение девушки. – Ведьма!»
– Никуда ты не пойдешь! – приказ прозвучал, как выстрел.
Девушка вздрогнула: наконец-то Кирилл получил от нее ту реакцию, которую хотел. Он подошел к дивану и, нависая над гостьей, грозно сказал:
– Признавайся, зачем украла ребенка? Выкуп хотела потребовать?
– Вы о чем сейчас говорите? – возмутилась девушка и вскочила с дивана. Кирилл едва успел отпрянуть в сторону, чтобы она его не задела.
– А как я должен объяснить твое поведение? По всему центру кричали по громкой связи о пропаже ребенка, а ты ее вывела только через полчаса, когда поняла, что тебе негде спрятаться.
– Вы боевиков пересмотрели? – покрутила пальцем у виска девушка, нисколько его не боясь. Кирилл растерялся: опять она действовала непредсказуемо. – Кто я такая, чтобы украсть чужого ребенка и потребовать за него выкуп?
– А как я еще могу объяснить твое поведение? Где была Настя?
– В магазине «Манго». Она пряталась среди одежды.
– А вы как там оказались? Покажите.
Кирилл подошел к ноутбуку, открыл панорамное фото первого этажа. Девушка несмело приблизилась и ткнула пальцем в экран.
– Я была на своем месте, собиралась на обед и тут услышала, как плачет ребенок, и пошла его разыскивать, – начала рассказывать девушка и замолчала.
Кирилл посмотрел на нее и растерялся: она с глупым выражением лица разглядывала экран ноутбука, будто только что сейчас что-то для себя открыла.
– Что? Не придумали правдоподобную версию? – съязвил он.
Но девчонка отмахнулась от него, как от мухи. Она, не глядя, коснулась рукой мышки и дернулась, попав на его ладонь. Кирилл вздрогнул и убрал пальцы. Девчонка вела курсором, поворачивая панораму, и удивленно качала головой.
– Ничего не понимаю, – она наконец подняла на него глаза, и в свете настольной лампы они засияли огоньками.
– Что не так? – теперь и он был заинтригован.
– Видите, – Кирилл наклонился ниже, чтобы рассмотреть, куда показывал палец девушки, и сразу почувствовал легкий аромат ванили, от которого закружилась голова. – Мой бутик находится здесь, а «Манго» от него в ста метрах. Как я могла услышать плач ребенка, не понимаю?
– Простите, тебя, как зовут? – неожиданно для себя спросил Кирилл.
– Анжелика, или просто Лика, – смутилась она. – А вас я знаю. Вы Кирилл Андреевич, хозяин торгового центра и клуба. Мы с вами уже дважды встречались.
– Лика, вот я о том же спрашиваю: как вы могли найти ребенка? Случайностью здесь и не пахнет.
– Я Настю почувствовала, – тихо ответила девушка и бросила быстрый взгляд на него.
– Час от часу не легче. Ты же не собака! Унюхать не можешь, а услышать что-то в шуме большого торгового центра тоже нереально.
– И вправду, – согласилась Лика. – Я потому и удивляюсь. А поняла! – вдруг закричала она и хлопнула себя по лбу, – у меня, как и у Насти, мама умерла. Я, наверное, горе девочки просто интуитивно почувствовала. Ну, знаете, как бывает. «Битву экстрасенсов смотрели»?
Кирилл растерянно кивнул. Нет, сидеть перед телевизором ему некогда, но о такой телепередаче слышал даже ребенок.
– Ты хочешь сказать, что ты экстрасенс?
– Нет. Вы не поняли… Ой! – девчонка сделала круглые глаза, а Кирилл испугался, что с головой у нее не все в порядке. – Это у меня дар после аварии открылся! Вот так номер!
Теперь она хлопнула себя по щекам, и Кириллу показалось, что это больно. Он даже шаг вперед сделал, чтобы перехватить ее ладони, но так и застыл с протянутой рукой. Что он делает? Вместо работы болтает с незнакомкой в кабинете и слушает ее бредовые
