Достижение рентабельности предприятий соответствовало главной задаче социалистического строительства того периода — покончить с бесхозяйственностью, убыточностью, научиться торговать, овладеть рынком, начать накоплять. «Коммерческий расчет» призван был всемерно стимулировать повышение производительности труда, снижение себестоимости продукции. В первые годы нэпа это являлось не только источником социалистического накопления, но и условием успешной конкуренции с частным капиталом и борьбы за овладение рынком.
В первые годы нэпа не было условий для твердых договорных отношений между отдельными предприятиями как формы и способа выполнения народнохозяйственных планов, планов кооперированных поставок, материально-технического снабжения по плановым ценам. Договорные отношения складывались прежде всего между государственными ведомствами и государственными предприятиями, снятыми с государственного снабжения. Эти отношения регулировались Комитетом государственных заказов при Наркомфине, действия которого распространялись на металлическую, каменноугольную, электротехническую, нефтяную и рудную промышленность257. Что касается договорных отношений между другими хозрасчетными предприятиями вообще, то они не носили систематического характера.
В условиях первых лет нэпа объективно необходимым был высокий удельный вес торговли в хозрасчетной деятельности трестов (предприятий), что обусловило исключительное значение рынка в осуществлении задач хозрасчета. Бесперебойное течение процесса воспроизводства зависело в значительной степени от умелого использования складывающихся рыночных отношений, от учета рыночной конъюнктуры. Указанные экономические условия предопределили ту особенность хозрасчета, что в сфере товарного обращения, в котором неорганизованный рынок занимал высокий удельный вес, осуществлялся своеобразный «контроль рублем» качества работы предприятий, степени учета запросов рынка.
Таким образом, деятельность хозрасчетных предприятий в первый период нэпа включала одновременно две стороны: 1) плановое начало, которое являлось определяющим во всем процессе производства и воспроизводства, поскольку вся деятельность предприятий подчинялась в целом общегосударственным планам, исходила из этих планов, и 2) приспособление к условиям рынка, поскольку хозрасчетные предприятия были связаны с неорганизованным рынком. В этом сочетании двух противоположных элементов состояло основное своеобразие хозрасчета в первый период нэпа. Социалистическая промышленность должна была тогда, опираясь на всю систему экономических рычагов пролетарского государства, обуздать стихийные рыночные отношения, овладеть рынком.
В тяжелой промышленности хозрасчет не применялся в том объеме, как в легкой. Если легкая промышленность зависела главным образом от состояния сельского хозяйства и потребительского рынка, то продукция тяжелой индустрии шла главным образом государственным потребителям. Она зависела от состояния государственного бюджета, от средств, которые государство могло выделить для поддержания этих отраслей промышленности плановыми заказами, и от системы расчетов государства, т.е. от уровня плановых цен по этим заказам.
Чтобы государственные заказы помогали восстановлению и развитию промышленности, необходимо было, чтобы плановые цены обеспечивали не только возмещение затрат живого и овеществленного труда, но и накопления для расширения производства. Трудное экономическое положение страны, дефицитность бюджета обусловили установление таких цен на продукцию отдельных отраслей тяжелой индустрии для государственных плановых потребителей, которые означали использование государством продукции и запасов тяжелой индустрии частью безвозмездно, частью по ценам значительно ниже восстановительных. Так, Советом Труда и Обороны летом 1922 г. были утверждены следующие цены на топливо для плановых потребителей (в денежных знаках 1922 г.):
Восстановительная себестоимость, руб. Твердые цены, руб. Дрова (за 1 куб. саж.) 6000 4000 Уголь (за пуд) донецкий 79,5 40 уральский 70 20 сибирский 71,9 37 подмосковный 53,5 20 Нефть (за пуд) 126 64
Если учесть, что 75% всего топлива отпускалось государственным потребителям по твердым ценам, то станет ясным размер убытков топливной промышленности. Так, за топливо, отпущенное Наркомпути за период апрель — сентябрь 1922 г., вместо 16,538 млн. руб. (денежными знаками 1922 г.) топливная промышленность получила по установленной цене лишь 8778 млн. руб.258 По данным ВСНХ, с января по май 1922 г. тяжелая промышленность передала по плановым назначениям различным наркоматам в порядке безденежных расчетов продуктов, не оплаченных потребителями, на 150—170 млн. зол. руб.259
Предоставляя другим отраслям промышленности и транспорту топливо по низким ценам, в значительной степени бесплатно, топливная промышленность тем самым давала им значительные оборотные средства, которые государство не могло им выделить вследствие тяжелого экономического и финансового положения. Топливо, таким образом, покрывало дефицит в госбюджете и дало возможность другим отраслям промышленности выйти из тяжелого положения. С точки зрения общеэкономических интересов страны это была единственно правильная политика. Только с 1923/24 г. государство получило возможность перейти к оплате продукции тяжелой промышленности «по цене, покрывающей восстановительную стоимость заказываемых предметов»260. Тогда уже была гарантирована реальная оплата государственных заказов, обеспечивающая восстановление основных и оборотных фондов тяжелой промышленности, чем был подведен более прочный фундамент под финансовые и производственные планы тяжелой индустрии.
В первые годы нэпа в тяжелой промышленности применялись лишь элементы хозрасчета. Так, постановлением Совнаркома от 21 марта 1922 г. «О снятии государственной топливной промышленности с государственного снабжения и об оплате топлива»261 было установлено, что все виды топлива отпускались потребителям только за плату, «в целях создания условий для нормального развития топливной промышленности на началах хозяйственного расчета», обеспечения топливом государственных потребителей, экономии в расходовании топлива. Одновременно со снятием топливной промышленности с государственного снабжения ей выделялись оборотные средства.
Продукция топливной промышленности реализовалась прежде всего по плановым нарядам государственных потребителей, по ценам, установленным Главным управлением по топливу и утвержденным СТО. Продукцию, не полученную в установленное время плановыми потребителями, топливные организации могли реализовать на рынке по свободному соглашению с покупателями. Главному управлению вменялось при этом в обязанность при прочих равных условиях оказывать преимущество государственным предприятиям и учреждениям.
Основной формой кредитования в восстановительный период было взаимное кредитование хозяйственных органов в виде коммерческого кредита. Коммерческий (подтоварный) кредит содействовал быстрому восстановлению товарно-денежных и кредитных отношений в народном хозяйстве, ускорял процесс развертывания торговли, восполнял недостаток в оборотных средствах, который испытывало большинство отраслей промышленности и торговли.
Коммерческий кредит не мог обеспечивать прямого контроля финансового состояния хозрасчетного предприятия, поскольку не было прямой связи между кредитованием и ходом выполнения производственного плана и реализации продуктов. Однако банки регулировали условия приема векселей к учету, устанавливали определенные сроки погашения ссуд по векселям, применяли санкции к неаккуратным плательщикам (протестование векселей), чем стимулировали рациональную хозяйственную деятельность предприятий, инициативу и предприимчивость хозяйственных руководителей.
Перед выдачей ссуды Госбанк проверял ход работы предприятия, его кредитоспособность. «Контроль рублем» за деятельностью предприятия осуществлялся также по линии отчисления прибылей в госбюджет, уплаты налогов и акцизных сборов. Таким образом, и в восстановительный период государство располагало значительными средствами для осуществления контроля рублем деятельности предприятий.
