Глава 4
Резко зазвонил телефон. Вернул Андрея из лабиринта мыслей в четыре стены кабинета. Нехотя нажал кнопу.
– Андрей Александрович, – послышался из динамика голос Лизы, – пришёл Валевич, просит принять.
– Пусть войдёт.
Дверь открылась, на пороге показался старший механик Степан Валевич. Лет пятидесяти, тёмное лицо и руки. Смелый взгляд из-под густых бровей. Бронзовая от загара шея, грязный мандариновый комбинезон. Он вошёл в кабинет, прикрыл дверь. Поздоровались. Валевич сел без приглашения.
Он работал на станции с тех времён, когда отец Андрея купил небольшой ангарчик на пару тройку машин. Благодаря умелым рукам Валевича строилась и процветала фирма Лозовых. Потом были и другие мастера, но Степан считался спецом высокого уровня. Если в мастерской проблема, к хозяину шёл Валевич. Он единственный, кто не боялся гнева Лозового. Роль громоотвода давно была Степану привычна. Порой дело решалось прямо в кабинете, без выхода хозяина в мастерскую. И тогда все облегчённо вздыхали.
– У нас проблема, – серьёзно сказал Валевич.
– Говори, – недобро буркнул Андрей.
– Вовка Горохов Тойоту немного попортил, – Валевич посмотрел прямо в глаза Андрею.
Лицо Лозового резко изменилось. Валевич знал эту перемену, не в первый раз был её свидетелем. Лозовой вскочил, с силой толкнул дверь и быстро вышел из кабинета.
Валевич последовал за ним. В приёмной он обменялся взглядом с Лизой, она вздохнула и сочувственно развела руками. Она знала, что новости плохие, если пришёл сам Валевич.
Лозовой слетел с лестницы, словно коршун. В здание мастерской он внёсся уже как ураган. Громогласные потоки брани он сопровождал угрожающими жестами. Голос его эхом разносился по огромному помещению длиной как супермаркет. Кучка людей собралась возле серебристой Тойоты. Они спорили, но как только услышали голос Лозового, все притихли.
От возбуждения Андрей сильно хромал, глаза налились кровью, как у разъярённого быка.
– Где этот идиот? – орал Андрей. – Где он?!
Группа людей расступилась, подставляя жертву палачу.
Володька, будто дурачок, с глупой улыбкой на лице. Казалось, он ждал, что его сейчас будут бить, и был к этому готов.
Лозовой быстро осмотрел помятый бампер и повернул к Володьке некрасивое в гневе лицо.
– Ты что совсем дебил?
Минуты две Лозовой крыл Володьку выражениями, какие используют большей частью люди грязного физического труда, да и то в редких случаях. Его словесные излияния заставляли краснеть даже бывалых мастеров. Во время таких речей, понятное дело, все молчали. Им были привычны подобные тирады хозяина, и все по опыту знали, вмешиваться нельзя.
– Отремонтируешь машину за свой счёт и быстро, чтобы я не успел этого заметить. Как такие придурки на свет родятся?.. – и ещё минута отборных ругательств.
Лились потоки брани на голову бедного Володьки.
Такие скандалы заканчивались всегда одинаково. Лозовой выговаривался сначала на виновника происшествия, затем на окружающих, иногда что-то ломал, что-то бросал, а потом уходил. Все это знали, и привыкли к одному и тому же сценарию. Но неожиданно произошло то, что немного изменило цепь событий и, к удивлению присутствующих, усмирило хозяйский гнев.
Андрей так увлёкся, что не услышал шагов.
Вдруг женский голос прервал его неделикатную речь:
– Какое право вы имеете так унижать человека?!
В яростной злобе Андрей повернул голову, запнулся и оторопел. Но то, что он увидел, было настолько неожиданно, что слова застряли в горле.
В двух шагах от него стояла – Она.
Откуда она взялась? Откуда?
Стройная, светлая, красивая. Андрей подумал, что ему показалось. Будто выдал желаемое за действительное, и теперь она всюду ему мерещится. Но нет, это в самом деле Она. Но только другая. Волосы мягко обрамляли милое лицо. Светлое пальтишко и по-детски розовые сапожки, всё это казалось нереальным и даже сказочным. Она, как добрая фея, прилетела, чтобы защитить человека от зла. Андрей вдруг совсем забыл, почему он здесь.
– Как вы можете так оскорблять человека?
Она стояла напротив него, словно лилипут напротив великана, маленькая и смелая. Во взгляде огонь, он перекрывал дыхание. Слова её били точно плетью, но Андрей не чувствовал этих ударов. Словно в тумане он стоял и не мог шевельнуться. Не мог поверить, это она – здесь, рядом.
– Вы кто? – прохрипел Андрей в недоумении.
На мгновение она смутилась, но в следующую секунду указала на Володьку:
– Я его жена!
Медленно, словно на это требовалось усилие, Андрей перевёл взгляд на Володьку. В этот момент Володька выглядел очень жалким. Он потупился и топтался на месте, будто ему было неловко, что его жена прерывает его же экзекуцию.
Она – его жена?
– А вы? – обратилась она к остальным. – Стоите и спокойно слушаете. При вас человека втаптывают в грязь. Эх вы, товарищи! Как вы можете терпеть это. Он не имеет никакого права так оскорблять людей. Он один, а вас вон сколько, и вы позволяете одному человеку так с вами обращаться?
Все смутились. Не могли же они сказать, что привыкли, и ничего страшного в этом нет.
Она всё говорила, а Андрей почти не слышал её слов, только смотрел. Будто бы издалека доносился её голос. Люди и машины, все куда-то исчезли, была только Она.
Она замолчала, и он очнулся, огляделся вокруг. Дверь, которая выпускает гнев, – захлопнулась и Андрей почувствовал, что как будто избавился от долгого плохого сна. С удивлением он понял, что больше не может выдавить ни капли злости. Рассеяно повернулся и пошёл к выходу под испуганными взглядами рабочих.
В приёмной он прошёл мимо вскочившей было с места Лизы в свой кабинет. Там огляделся, будто не понял, куда попал.
