Читаем без скачивания Ночная стража - Терри Пратчетт

Что-то задело его плечо и звякнуло о каменные ступени.

Потом с крыши противоположного здания раздался звук скользящей черепицы, и в круг света упал человек. Толпа вздохнула, а кто-то даже коротко вскрикнул.

— Похоже, нашелся желающий, — бросил кто-то. И снова раздалось нервное хихиканье. Толпа расступилась, позволяя Ваймсу подойти к новоприбывшему.

Человек был мертв. Если он был еще жив, падая с крыши, то сейчас, ударившись о землю, точно скончался, потому что, как правило, нормальная шея так не выглядит. Рядом с ним лежал арбалет.

Ваймс взвалил тело на плечо и вернулся к ступенькам штаба. Найти стрелу, разломавшуюся на части, было не трудно.

— Кто-нибудь его знает? — спросил он.

Толпа, даже те ее члены, кто не мог хорошенько разглядеть упавшего лучника, выказала полное неведение.

Ваймс проверил карманы человека. Каждый из них был пуст, что оказалось единственной необходимой ему уликой.

— Похоже, ночь будет долгой, — произнес он, жестом приказав Фреду Колону занести внутрь и это тело. — Мне пора вернуться к своим делам, дамы и господа. Если кто-нибудь захочет остаться, и, честно говоря, я был бы этому рад, я пошлю кого-нибудь из ребят развести костер. Благодарим за ваше терпение. — И, подняв кольчугу и нагрудник, он вошел внутрь.

— Что они делают? — спросил он Сэма, не оборачиваясь.

— Кое-кто уходит, но большинство стоят там, сержант, — ответил Сэм, выглянув за дверь. — Сержант, один из них стрелял в вас!

— Правда? А кто сказал, что он был одним из них? Это дорогой арбалет. И у него ничего не было в карманах. Совсем ничего. Кроме использованного носового платка.

— Это очень странно, сержант, — кивнул Сэм.

— Особенно потому, что я ожидал найти записку вроде «я самый настоящий революционер, уж поверьте мне», — произнес Ваймс, осматривая тело.

— Да, это бы сказало нам, что он точно революционер, — отозвался Сэм.

Ваймс вздохнул, и мгновение смотрел на стену.

— Кто-нибудь знает что-нибудь о его арбалете?

— Это новенький Болсовер А7, - ответил Фред Колон. — Не плохой арбалет, сержант. Но Убийцы им не пользуются.

— Это верно, — кивнул Ваймс и повернул голову мертвеца так, чтобы они смогли увидеть маленький металлический дротик за его ухом. — Зато они пользуются вот этим. Фред, ты всех знаешь. Сейчас где-нибудь можно достать имбирное пиво?

— Имбирное пиво, сержант?

— Да, Фред.

— Зачем… — начал Колон.

— Не спрашивай, Фред. Просто принеси с полдюжины бутылок, хорошо?

Ваймс повернулся к столу, над которым окруженный толпой работал доктор Лоуни.

— Как дела? — спросил Ваймс, протолкнувшись вперед.

— Медленнее, чем шли бы, если бы люди не загораживали этот чертов свет, — отозвался Лоуни, осторожно опуская щипцами окровавленный осколок в кружку. — Видал и похуже. Он сможет двигать пальцами, если вы это хотите узнать. Просто некоторое время не будет делать туфли. Отлично.

Раздался хор одобрительных голосов. Ваймс посмотрел на горожан и стражников. Кое-кто тихо переговаривались между собой; во всеобщем шуме он смог расслышать что-то вроде «плохи дела» и «говорят, что…».

Он все верно подметил. Большинство ребят жили здесь, или на соседних улицах. Одно дело — столкнуться с безликим ублюдком в форме, и совсем другое — бросать камни в старину Фреда Колона, или старину Вадди, или в старину Билли Виглета, которых ты знаешь с двухлетнего возраста и с которым ты играл в канаве с Дохлой Крысой на Резинке.

Лоуни отложил щипцы и потер переносицу.

— Ну, вот и все, — устало произнес он. — Пару швов наложить — и будет как новенький.

— И я бы хотел, чтобы вы взглянули на кое-кого еще, — произнес Ваймс.

— Знаете, почему-то это меня не удивляет.

— У одного в ступне полно дырок, другой провалился сквозь крышу уборной и вывихнул ногу, а третий мертв.

— Не думаю, что смогу сделать что-нибудь для мертвеца, — отозвался доктор. — Почему вы, кстати, решили, что он мертв? И я понимаю, ответ мне вряд ли понравится.

— Он сломал шею, упав с крыши, и я подозреваю, он упал с крыши, потому что получил стальной арбалетный болт прямо в мозг.

— А. Похоже, он действительно мертв, если вам важно мнение медика. Это вы сделали?

— Нет!

— Что ж, вы довольно занятой человек, сержант. Вы не можете поспеть повсюду. — Он ухмыльнулся, заметив, как покраснел Ваймс, и подошел к трупу.

— Да, я бы сказал, что он определенно скончался, — заключил он.

— И?

— Я хотел бы, чтобы вы написали это. На бумаге. Используя профессиональные термины вроде «травмы» и «ссадины». Я хочу, чтобы вы записали, во сколько вы констатировали его смерть. А потом, если вы не против, парни проводят вас вниз к тем двоим, а когда вы с ними закончите, я бы хотел, чтобы вы подписали еще один листок, где будет сказано, что вы это сделали, и я вас вызывал. Все в двух экземплярах.

— Хорошо. Могу я спросить, зачем?

— Я не хочу, чтобы кто-нибудь сказал, что это сделал я.

— А кому это может понадобиться? Вы же сказали, что он упал с крыши!

— Настали времена подозрений, доктор. А вот и Фред. Ну как?

— Старой миссис Арбитр не понравилось, что ее разбудили посреди ночи, — выдохнул он. — И я отдал ей целый доллар!

Ваймс не осмелился посмотреть в лицо Лоуни.

— Вот как? — произнес он, настолько невинно, насколько был способен. — А пиво ты достал?

— Шесть пинт ее лучшего пойла, — кивнул Колон. — Кстати, там три пенса сдачи. И… э… — Он неуютно переступил с ноги на ногу. — Э… я слышал, что штаб у Сестричек Долли подожгли, сержант. И на Ворсовом Холме тоже не сладко. И, э… в штабе на Ростковой улице выбили все окна, а парни из Меньшеворотного штаба хотели остановить детей, что бросали камни, и, э, один из них выхватил свой меч, сержант…

— И?

— Может, он останется в живых, сержант.

Доктор Лоуни посмотрел на кабинет, где все еще толпились разговаривающие люди. Мордач разносил какао. На улице некоторые стражники стояли вокруг разложенных костров вместе с остальными горожанами.

— Что ж, должен признаться, я потрясен, — произнес он. — Похоже, ваш штаб — единственный в городе, который не взяли в осаду. И я даже не хочу знать, как вам это удалось.

— Просто немного везения, — ответил Ваймс. — И у меня в камерах сидят трое без каких-либо документов, и еще один неизвестный несостоявшийся убийца, которого убили.

— Сложная задачка. Ну а я решаю более простые, как то — к чему такая спешка.

— Я намерен разрешить свои вопросы как можно быстрее.

Убийца медленно передвигался с крыши на крышу, пока, наконец, возбужденные голоса у штаба стражи не затихли вдали.

Его движения можно было бы назвать кошачьими, если бы не тот факт, что он не метил попадавшиеся ему предметы.

Наконец, он добрался до одного из самых скрытых мест города, где среди нескольких дымовых труб образовался защищенный закуток, невидимый ни с земли, ни с окружающих крыш. Но он не направился туда немедленно, а обошел вокруг, бесшумно передвигаясь от одного наблюдательного пункта к другому.

Любого человека, знакомого с порядками анк-морпоркской Гильдии Убийц, заинтриговало бы то, насколько невидимым он был. Когда он двигался, движение было заметно; когда он останавливался, то просто исчезал. Можно было бы решить, что здесь замешана магия, и, в какой-то степени, это было бы верно. Магия на девяносто процентов состоит из знания одного факта, который сокрыт от других.

Наконец, фигура, вероятно, удовлетворившись увиденным, нырнула в укрытие. Из потаенного местечка между трубами он достал сумку, и послышался слабый шелест и тяжелое дыхание, что означало переодевание.

Примерно через минуту он появился снова, и теперь каким-то образом его можно было увидеть. Его все еще было трудно разглядеть отчетливо, всего лишь одна тень среди других, но, тем не менее, теперь он не был таким, как раньше, когда был не заметнее легкого ветерка.

Он тихо спрыгнул на крышу пристройки, а оттуда — на землю, где снова ступил в тень. Перевоплощение продолжалось.

Оно прошло довольно легко. Ужасный маленький арбалет был разобран и рассован по кармашкам бархатной сумки, мягкие кожаные тапки сменились парой башмаков потяжелее, припрятанных в темноте, а черный капюшон был откинут назад.

Он осторожно завернул за угол и подождал несколько минут.

Впереди показалась карета, чьи факелы оставляли за собой хвост пламени. Она слегка притормозила, дверь открылась и закрылась.

Когда карета снова набрала скорость, убийца уже сидел на своем сиденье.

Внутри тускло горела лампа. В ее мерцании виднелась фигура женщины, сидевшей в тенях напротив. Когда карета проехала мимо фонаря, на мгновение блеснул сиреневый шелк.

— Ты не все стер, — произнесла фигура. Она достала сиреневый носовой платок и поднесла к лицу молодого человека. — Плюнь, — скомандовала она.