(b) Мелкие диверсионные акты по всей стране, в частности на коммуникациях и аэродромах, используемых немцами.
(с) Охрана союзных военнопленных. Если немцы прибегнут к весьма сильному давлению с целью добиться их выдачи, то они должны быть освобождены.
(d) Ни одно итальянское военное судно не должно попасть в руки немцев. Должны быть приняты меры, обеспечивающие возможность отплытия всех этих судов в названные генералом Эйзенхауэром порты немедленно после того, как он отдаст об этом распоряжение. Итальянские подводные лодки не должны быть отозваны с патрульных операций, так как это открыло бы противнику наши совместные намерения.
(e) Ни одно торговое судно не должно попасть в руки немцев. Торговые суда, находящиеся в северных портах, должны по возможности быть отправлены в порты, расположенные к югу от линии Венеция — Ливорно. В крайнем случае они должны быть потоплены. Все суда должны быть готовы к отплытию в порты, названные генералом Эйзенхауэром.
(f) Немцам не должно быть разрешено взять в свои руки береговую оборону Италии.
(g) В соответствующий момент должны быть приведены в исполнение инструкции итальянским войскам на Балканах о том, чтобы они следовали к побережью для отправки их Объединенными Нациями в Италию.
3. Представители генерала Эйзенхауэра совместно с генералом Кастельяно должны организовать надежный канал связи между генералом Эйзенхауэром и итальянским штабом».
(Этим заканчивается послание генералу Эйзенхауэру.)
Переходя к другому вопросу, сообщаем, что в соответствии с решениями, принятыми в «Трайденте»[48], Правительство Его Величества вступило в переговоры с Португалией для того, чтобы получить от нее в «спасательном поясе»[49] возможности для проведения военно-морских и военно-воздушных операции. В связи с этим Посол Его Величества в Лиссабоне сослался на англо-португальский союзный договор, который действует непрерывно в течение 600 лет, и пригласил Португалию предоставить указанные возможности. Доктор Салазар, конечно, был охвачен страхом перед германскими бомбардировками, которые немцы могли бы предпринять из мести, а также страхом перед возможными враждебными действиями испанцев. Поэтому мы выделили для него зенитную артиллерию и истребительную авиацию, которые сейчас находятся в пути, а также сообщили доктору Салазару, что в случае, если Испания нападет на Португалию, мы немедленно объявим Испании войну и окажем такую помощь, какая будет в наших силах. Мы, однако, не заключили какой-либо конкретней военной конвенции, предусматривающей предоставление каких-либо войск, так как мы не верим в вероятность ни того, ни другого. Доктор Салазар теперь согласился на использование в начале октября англичанами в сотрудничестве с португальцами «спасательного пояса». Как только мы укрепимся там, а доктор Салазар освободится от своих опасений, мы будем настаивать на распространении этих возможностей на суда и самолеты Соединенных Штатов.
Обладание «спасательным поясом» имеет большое значение для ведения морской войны. Подводные лодки покинули Северную Атлантику, где конвои[2] курсируют с середины мая без потерь, и сконцентрировались на южном маршруте. Использование «спасательного пояса» будет крайне полезно для нападения на них с воздуха. Кроме того, имеется возможность переброски тяжелых бомбардировщиков Соединенных Штатов в Европу и Африку, что весьма желательно. Все вышеизложенное носит особо строго секретный оперативный характер.
19 августа 1943 года.
№ 173
ДЛЯ МАРШАЛА СТАЛИНА ОТ ПРЕЗИДЕНТА РУЗВЕЛЬТА И ПРЕМЬЕР-МИНИСТРА ЧЕРЧИЛЛЯ
Г-н Черчилль и я находимся здесь[50] в сопровождении наших сотрудников и будем совещаться, возможно, в течение десяти дней. Мы снова желаем обратить Ваше внимание на важность встречи всех нас троих. В то же время мы полностью понимаем те веские причины, которые заставляют Вас находиться вблизи боевых фронтов, фронтов, где Ваше личное присутствие столь содействовало победам.
По нашему мнению, ни Астрахань, ни Архангельск не подходят. Однако мы вполне готовы отправиться с соответствующими офицерами в Фербенкс на Аляске. Там совместно с Вами мы сможем подвергнуть изучению всю обстановку в целом.
Сейчас мы переживаем решающий момент войны, период, представляющий единственную в своем роде возможность для встречи. Мы оба, г-н Черчилль и я, искренне надеемся, что Вы еще раз рассмотрите эту возможность.
Если мы не сможем прийти к соглашению по поводу этой очень важной встречи между тремя главами наших правительств, Черчилль и я согласны с Вами в том, что в ближайшем будущем мы должны устроить встречу представителей, ведающих иностранными делами. Принятие окончательных решений должно, конечно, быть предоставлено нашим соответственным правительствам таким образом, чтобы подобная встреча носила бы исследовательский характер.
В 38 дней генерал Эйзенхауэр и генерал Александер завершили завоевание Сицилии.
Количество защитников со стороны держав оси достигало в общей сложности 405 000 человек: 315 000 итальянцев и 90 000 немцев. Мы наступали 13 американскими и британскими дивизиями, потеряв примерно 18 000 убитыми и ранеными. Войска держав оси потеряли 30 000 убитыми и ранеными: 23 000 немцев и 7000 итальянцев, которые были подобраны и подсчитаны. Захвачено 130 000 пленных.
Итальянские войска в Сицилии были ликвидированы, за исключением небольшой части их, бежавшей в сельские местности в гражданской одежде. Захвачено огромное количество трофеев: пушек, самолетов и всякого рода вооружения, разбросанного повсюду, включая более чем 1000 самолетов, захваченных на различных аэродромах.
Как Вам уже ранее сообщалось, мы скоро предпримем мощное наступление на итальянский континент.
ЧЕРЧИЛЛЬ
РУЗВЕЛЬТ
19 августа 1943 года.
№ 174
ЛИЧНОЕ И СЕКРЕТНОЕ ПОСЛАНИЕ ОТ ПРЕМЬЕРА И. В. СТАЛИНА ПРЕЗИДЕНТУ г-ну Ф. Д. РУЗВЕЛЬТУ И ПРЕМЬЕР-МИНИСТРУ г-ну У. ЧЕРЧИЛЛЮ
1. Получил Ваше послание о переговорах с итальянцами и о новых условиях перемирия с Италией. Благодарю Вас за информацию.
Г-н Иден сообщал Соболеву, что Москва полностью информирована о переговорах с Италией. Я должен, однако, сказать, что заявление г. Идена не соответствует действительности, так как я получил Ваше послание с большими пропусками и без заключительных абзацев[51]. Следует ввиду этого сказать, что Советское Правительство не информировано о переговорах англо-американцев с итальянцами. Г-н Керр уверяет, что в скором времени он получит полный текст Вашего послания, но прошло уже три дня, а Посол Керр еще не дал полного текста послания. Мне непонятно, как могла случиться такая задержка при передаче информации по столь важному делу.
2. Я считаю, что назрело время для того, чтобы создать военно-политическую комиссию из представителей трех стран — США, Великобритании и СССР — для рассмотрения вопросов о переговорах с различными правительствами, отпадающими от Германии. До сих пор дело обстояло так, что США и Англия сговариваются, а СССР получал информацию о результатах сговора двух держав в качестве третьего пассивного наблюдающего. Должен Вам сказать, что терпеть дальше такое положение невозможно. Я предлагаю эту комиссию создать и определить ее местопребывание на первое время в Сицилии.
3. Жду получения полного текста Вашего послания о переговорах с Италией.
22 августа 1943 года.
№ 175
ЛИЧНОЕ И СЕКРЕТНОЕ ПОСЛАНИЕ ОТ ПРЕМЬЕРА И. В. СТАЛИНА ПРЕМЬЕР-МИНИСТРУ г-ну У. ЧЕРЧИЛЛЮ И ПРЕЗИДЕНТУ г-ну Ф. Д. РУЗВЕЛЬТУ
1. Получил Ваше совместное послание от 19 августа.
Я всецело разделяю Ваше мнение и мнение г. Рузвельта о важности встречи нас троих. Вместе с тем я очень прошу понять мое положение в момент, когда наши армии с исключительным напряжением ведут борьбу с главными силами Гитлера и когда Гитлер не только не снимает с нашего фронта ни одной дивизии, а, наоборот, уже успел перебросить и продолжает перебрасывать новые дивизии на советско-германский фронт. В такой момент, по мнению всех моих коллег, я не могу, без ущерба для наших военных операций, уехать от фронта в столь отдаленный пункт, как Фербенкс, хотя при другом положении на нашем фронте Фербенкс несомненно был бы вполне подходящим местом нашей встречи, как это я считал и раньше.
Что касается встречи представителей наших государств и, может быть, именно представителей, ведающих иностранными делами, то я разделяю Ваше мнение о целесообразности такой встречи в близком будущем. Этой встрече, однако, следовало бы придать не узко исследовательский характер, а практически-подготовительный характер для того, чтобы после этого совещания наши правительства могли принять определенные решения и тем самым можно было бы избежать задержки в принятии решений по неотложным вопросам.
