— Зачем?
— Там свет можно выключить и не убиться.
— Ты стесняешься меня?
— Уверена, ты видел девушек с фигурами получше.
Я заглянул в широко распахнутые синие глаза и увидел, насколько она сейчас была хрупкой и беззащитной передо мной. И дело даже не в том, что она с голым задом на стиральной машинке, а в том, что чувствует себя уязвимо совсем иначе.
— Пошли они нахуй, — сказал я на уверенном. — Я тебя хочу.
Юля мило хихикнула и вновь приняла каждый мой поцелуй. Удерживая её за бёдра, я приставил головку к влажным складкам и завис на несколько секунд на глазах цвета моря, свет которых прямо сейчас застилала тьма желания.
— Ну! — требовательно чертыхнулась она, потому что я, откровенно говоря, залип на её глазах, забыв о том, что мы тут уже с голыми задницами.
— Connected, — сказал я, подмигнув и войдя в Юлю. Почувствовал её смех на своих губах и ладони, крепко цепляющиеся за мои плечи, и отпустил все обидки, что возникли у меня из-за каких-то её стрёмных переписок.
Когда всё закончилось, и взгляд Юли из сексуально-похотливо превратился в осознанный и серьёзный, я помог ей надеть трусы и даже прочесал взлохмаченные мной же волосы пальцами.
Быстро сдёрнул использованный презик, закинув его в мусорный пакет вместе с фольгой, и тоже упаковал свой зад в одежду.
— Нам нужно обсудить наши отношения, — сказала Юля, пронзив меня серьёзным взглядом.
О, нет! Только не эта хрень. Пахнет тем, что я сейчас валю далеко и надолго, потому что после этих слов начинается хрень из разряда «к чему мы идём?», «давай жить вместе», «купи мне квартиру».
Разочарование ощутимой тяжестью стало ложиться на плечи. Только что пережитое удовольствие сменилось острым желанием свалить отсюда как можно быстрее.
— Что нам нужно обсудить? — обронил я на выдохе, не имея ни малейшего интереса к поднятой теме.
— А ты не понимаешь? Это же очевидно, — Юля повела тонкой бровкой и сделалась ещё серьёзнее.
Твою мать…
— Что ты со мной, как со взрослым? Давай, попроще. Что ты хотела обсудить? — я уже обхватил дверную ручку, чтобы свалить после первых же брошенных ею слов о том, что с этого дня всё должно быть серьёзнее, а сам я неминуемо должен воспылать любовью.
— Ещё неделя, может, две, и между нами всё закончится, — сухо припечатала Юля, продолжая холодно и сдержано смотреть мне в глаза.
От понимания того, что это не манипуляция, с помощью которой она хочет удержать меня подольше рядом с собой, у меня даже соскользнула рука с дверной ручки.
Юля реально говорит то, что думает. И здесь я, походу, действительно ненадолго.
— В смысле? — вопросил я, нахмурившись. — Ты о чём?
— Лёш, мне не двадцать лет. Я прекрасно понимаю, что рано или поздно тебе всё это наскучит. Да и мне такой формат отношений вдолгую тоже не нужен. Мне, в общем-то, отношений-то никаких и не нужно.
— Тебя вибратором коротнуло?
— Я к тому, что… — Юля пропустила мой подкол мимо ушей. Тяжело вздохнув, почесала лоб в попытке подобрать слова, которые бы я, идиот, понял. — Спасибо тебе за то, что ты сегодня сделал для Вари. Да и вообще за все те дни, что ты уделял ей внимание, но больше не нужно, понимаешь?
— Нет.
— Она с каждым днём всё сильнее и сильнее к тебе привязывается, Лёш. Но ты ведь в один из дней уйдёшь, понимаешь? Сегодня, завтра или через неделю — неважно. Но ты, в любом случае, уйдёшь. Это мы с тобой взрослые люди — договорились, разбежались, забыли, а для Вари это будет травма. И залечивать её буду я. А я не знаю, как объяснить ей, что её герой — Лёша к нам больше в гости не придёт, в игрушки с ней не поиграет и мультики не посмотрит.
— Я могу и не трахая тебя приходить и играть с ней. Вообще без проблем.
— Не можешь, — Юля с грустной улыбкой покачала головой.
И тут я был с ней согласен. Не могу. Это уже будет попахивать чем-то странным. Да и стрёмно будет после того, как мы разбежимся с Юлей, приходить к ней в квартиру, чтобы поиграть с малой.
— Хорошо. И что ты предлагаешь? — выдохнул я устало и скрестил руки на груди.
Как-то я не был готов к тому, что кто-то так в лоб объявит мне о том, что ебёмся мы временно. Обычно это оставалось сюрпризом. Для девушки, разумеется.
— Предлагаю тебе как можно меньше появляться у Вари на глазах. Со временем твоё очарование ослабнет, и потом мне не придётся объяснять ей, куда пропал наш Лёша и почему он теперь обнимается с другой тётей.
От мысли, что я могу обнимать «другую тётю», меня слегка передёрнуло. Почему-то сразу в голове вспыхнула картинка, на которой Юля и Варя играют на детской площадке в нашем дворе, а я веду в дом какую-то левую девку, и мои девчонки всё это видят, глядя мне прямо в душу огромными синими глазами.
На мгновение я будто стал куском дерьма в своих же глазах.
— Просто признайся, что заготавливаешь почву для того хрена из телефона, — так круто стрелки я ещё никогда не переводил.
— Ты про Андрея? — выронила Юля с насмешкой, а меня внутри что-то царапнуло по рёбрам при одном только упоминании этого имени. — Можешь быть уверен, с ним я тоже ничего кроме секса не планировала. А теперь мне и секс с ним уже не нужен. С этим отлично справился ты. Думаю, на несколько лет вперед мне хватит эффекта.
— Ну, ты сильно-то не терпи. Если что, заглядывай по-соседски, — подмигнул я, лукаво улыбаясь и радуясь тому, что появилась возможность съехать с этой темы о серьёзной несерьёзности наших отношений.
— К тебе? — скептически нахмурилась Юля. — Нет. Больше я ни ногой на узкий диван без постельного. Секс сексом, но нормальная постель — тоже часть удовольствия.
— Короче, я тебя понял: меньше появляться у Вари на глазах.
— Ну, в общих чертах — да.
— Ясно. Ну, я пошёл.
Выходя из квартиры и поднимаясь к себе, поймал себя на мысли, что мне дали пинка под зад. Тонко и изящно. Вроде и поел, и потрахался, а внутри как-то хреново. И всё тепло осталось этажом ниже, а я вновь очутился в темной квартире, пахнущей коробками.
И ни игрушек мне, ни пирогов с персиками…
Глава 21. Лёша
Формат отношений, при котором мне в лоб сказали, что спим мы временно, начал больше напрягать, чем приносить удовольствие.
По сути, между нами с Юлей ничего не изменилось. Я всё так же прихожу к ней вечером после того, как уснёт Варя. Мы трахаемся, Юля меня кормит, и на этом расходимся. Я возвращаюсь к себе сытый и удовлетворенной, но с полным ощущением, что стал проституткой, спящей за еду.
Юля избегает личные темы, переводит всё в шутку и вообще ничего не хочет рассказывать о себе. Это напрягает. Очень сильно. Если изначально было даже круто осознавать, что я нашёл ту самую, которая не парит мозги и не лезет в голову, то всего за пару недель ненапряжного секса появилось ощущение, что хоть мы и имеем полный доступ к телам друг друга, но между нашими головами при этом толстая бетонная стена. Каждый сам себе на уме. С разницей разве что в том, что, в целом, я готов рассказать Юле обо всём, о чем она может спросить. Вот только она ни о чём не спрашивает. Вообще.
Да и по Варе я, честно говоря, скучаю. Редкие разговоры с ней в лифте — наверное, то единственное светлое, что есть в наших странных отношениях с Юлей. Я вижу их с балкона вечерами играющими на детской площадке и ловлю себя на мысли, что хочу побеситься с ними, но вынужден прижать свой зад, ибо обещал Юле пореже попадаться на глаза Варе.
Так и живём: вроде, что-то и есть между нами, но всё закрыто.
А с сегодняшнего дня мне ещё и к Юле нельзя, так как у неё начались «эти», чтоб их, дни. Поэтому сегодняшним вечером я кукую в своей квартире и слушаю, как внизу смеются Варя и Юля, как обычно, весело проводя очередной вечер.
У них не изменилось ничего. Со мной или без меня. Неважно. У меня же, какого-то хрена, перевернулось всё, и я не знаю, как вернуться в привычное русло.
Сидя на диване, вспомнил про переписку Юля с тем типом. И вспомнил её уверенность в том, что я тоже с кем-то переписываюсь.
