внимание на его холодный взгляд. – Итак, джентльмены?
Мастерс представился. Поллард мог бы поклясться, что Г. М. в это время мирно задремал в своем кресле.
– Знаете, сэр, – начал старший инспектор. – Мы высоко ценим ваше предположение о возможном использовании… э-э… механического устройства, убившего мистера Вэнса Китинга. – Он сделал паузу, словно дожидаясь, пока сработает приманка. Но Филипп только настороженно кивнул, и Мастерсу пришлось продолжать: – Насколько нам известно, роковые выстрелы были сделаны из этого оружия. – Он взял револьвер со стола. – Можете ли вы опознать его, сэр? Вот именно. Значит, вы утверждаете, что мистер Гарднер унес это оружие из дома мистера Дервента во вторник вечером?
– Секундочку, – остановил его Китинг. – Не понимаю, почему вину за это следует возлагать на меня. Но насколько мне известно, именно так все и произошло.
– Вы своими глазами видели, как он брал его?
– Нет. Мне об этом сказал мистер Бенджамин Соар. С чего бы Бену Соару лгать?
Тон Китинга слегка изменился, как и манеры в целом. Возможно, ему было любопытно, о чем они говорили в его отсутствие, а может, тому была другая причина. Доверительная сердечность исчезла без следа; на круглом честном лице сохранилось выражение вежливого внимания, не более того. Он вытащил из кармана маленький перочинный ножик, и механически щелкал лезвием, словно не зная, чем занять руки.
– Давайте, сэр, ограничимся вашими собственными наблюдениями, – бодро предложил Мастерс. – Когда вы в последний раз видели револьвер?
– Во вторник вечером, на вечеринке с убийством. В половине двенадцатого. Или около того.
– Откуда такое точное время?
– Вечеринка не задалась. Мы засобирались домой. Дервент предложил всем выпить на посошок. Мы согласились, и из гостиной вернулись в его кабинет. И я могу сказать с абсолютной уверенностью: в это время револьвер лежал на каминной полке. Я лично его там видел.
До сих пор, подумал Поллард, рассказ Филиппа Китинга полностью совпадал с рассказом Дервента. В очередной раз щелкнуло лезвие перочинного ножа.
– Значит, так. И кто последним выходил из гостиной?
– Дервент. Думаю, он закрыл дверь. Черт возьми, я понимаю, что значит ваш взгляд, но мне больше нечего рассказать. Мы вернулись в кабинет и выпили.
– Ясно, сэр. И что было дальше?
– Ну, пока мы пили, мисс Гэйл разнервничалась, или что там с ней случилось, и пошла к своей машине. Рон Гарднер побежал за ней.
– Один момент. Пока вы все находились в кабинете, еще до ухода мисс Гэйл, кто-нибудь из вас выходил из комнаты?
– Нет. Мы и пробыли-то там всего пару минут.
– Через какое время мистер Гарднер последовал за мисс Гэйл?
Китинг задумался.
– Наверняка не скажу. Через полминуты, минуту – максимум. Я советовал Рону не ходить. Сказал ему: «Слушай, старина, когда они вот так взбрыкивают, самая мудрая тактика – оставить их в покое». Не буди лихо, пока тихо, – я так считаю. Но он меня не послушал.
– Он вышел один?
– Нет, Дервент проводил его до выхода.
– Таким образом, мистер Гарднер мог взять оружие только в промежутке между моментом, когда оставил вас в кабинете и когда вышел из дома с мистером Дервентом?
– Наверное. Я их не видел. – Голос Китинга прозвучал неуверенно. Похоже, тяжеловесная, безличная деловитость Мастерса после умственных блужданий Г. М. внушала ему некоторую тревогу. – Вы хотите услышать что-то еще? Ну естественно. Мы с Соаром остались в кабинете. Потом Соар отправился вслед за Дервентом и Роном и остановился, прислонившись к дверному косяку. Я задержался, потому что не мог найти свою шляпу. Подумал, что оставил ее в столовой, и пошел туда. Однако там ее не было. Когда я вернулся в холл, Соар выходил из гостиной. Вот так я все и узнал.
– Узнали, сэр?
– Да, узнал. Соар сказал мне: «Этот парень, Гарднер, просто ставит меня в тупик. Он таки забрал револьвер с собой». Я спросил, что случилось. Он объяснил, что Рон пообещал одолжить ему револьвер для какой-то демонстрации и разрешил взять его сегодня вечером. Закончил Соар довольно раздраженно: «Он унес его с собой. Может, он решил меня оскорбить?» – и показал пальцем в сторону гостиной. Действительно, на каминной полке пистолета не было. Вот и все. Соар вышел на улицу, а я пошел к гардеробу в прихожей, где и нашел свою шляпу. Уж поверьте, Соар был просто в бешенстве из-за этой истории.
Мастерс задумался. Филипп Китинг в последний раз щелкнул лезвием перочинного ножа и спрятал его в жилетный карман.
– Вы говорите, мистер Китинг, – начал Мастерс, откашлявшись, – что мистер Соар сказал: «Он решил меня оскорбить». Что он под этим подразумевал?
– О нет, тут все в порядке. Это же Соар. Понимаете, он валлиец. Очень обидчивый. Гордый, как сатана. Голова набита всякой чепухой. Не то чтобы у Бена не все в порядке с головой, вовсе нет. Антикварный бизнес, которым он заправляет, – настоящая золотая жила. А с таким обхождением он мог бы удержать на плаву любую компанию в Сити[24], одна его наружность уже внушает доверие. Котелок варит, чутье как у собаки – прирожденный делец.
Неожиданно Мастерс решил вести разговор с позиции широкой терпимости.
– Много интересного вы нам рассказали, сэр. Однако сами признайте: ваш рассказ никак не исключает того, что мистер Соар сам тихонько проскользнул в гостиную, пока вы искали в столовой свою шляпу, и умыкнул оттуда револьвер. А?
– Полагаю, у него была такая возможность. Но, заметьте, я так не думаю.
– Вот именно. Насчет этой столовой, сэр. Она находится в той же части дома, что и гостиная?
– Да. Мне действительно не было видно двери в гостиную. Но…
– А нет ли между этими комнатами сообщающейся двери?
– Есть. И что?
– Всего лишь предположение, мистер Китинг, которое, смею надеяться, никак не может оскорбить джентльмена вашего интеллекта, – невозмутимо продолжал Мастерс. – Однако если вы не видели мистера Соара, значит и он вас не видел. Так что вы могли спокойно пройти в гостиную и взять оттуда револьвер еще до того, как там оказался мистер Соар.
Какое-то мгновение Китинг молча таращился на Мастерса, затем что-то забулькало в его круглом животе, начало волной подниматься вверх, топорща жилет, заклокотало в горле и выплеснулось наружу таким безудержным смехом, что слезы покатились из его глаз. Он подмигнул, хихикнул, потом зажмурился и снова расхохотался. Однако сообщил после этого представления не много:
– Что ж, я этого не делал. А вчера днем был на коктейльном приеме. Если хотите, предоставлю имена и адреса свидетелей. По крайней мере, я могу доказать, что находился именно там.
– Если вас не затруднит, я был бы не
