Вот теперь можно собрать свои вещи и прыгать в шлюпку. Девушка внутри спасательной шлюпки была давно мертва. Скорее всего, её посадили сразу, как начался шторм. В своем видении я не разглядывала, кто в лодке, тогда меня волновало совсем другое. А вот теперь я смогла рассмотреть несчастную. Вероятно, деревянная щепка пробила висок и прошла в мозг. Мгновенная смерть. Удивительно, что тело не выбросило в море. Прежде чем сбросить девушку в воду, повернула её лицом к себе и буквально застыла, от увиденного. Пару минут мне понадобилось, чтобы сообразить, что с ума я ещё не сошла. А мертвая незнакомка не я, но выглядит, как моя копия.
Похоже, что это её я видела рядом с принцем, и это её свадьбу показало пророчество. Да и брачный браслет с гербом королевства подтверждал мою версию, что передо мной принцесса Джанни. Вот только понять, когда могла встречать её раньше, чтобы потом увидеть в пророчестве, не могла вспомнить. Впрочем, сейчас у меня другие проблемы.
Я осторожно размотала её юбки и перевалила тело за борт. Принцессе уже без разницы, а мне нужна лодка. Отломала доску от ящика и погребла на север. Воды должно хватить до того, как меня подберет агарский корабль.
На возвращение в столицу у меня ушло почти две недели. Хорошо, что в коберском порту есть королевский банк. Я сняла немного денег, заселилась в ближайшую гостиницу и прожила там несколько дней. Купание в море не пошло впрок. Я основательно простыла. Хорошо, что рядом жил лекарь, и смог навещать меня каждый день. Он же сообщил мне новость, которую я и сама могла увидеть ещё раньше, если бы была повнимательней. Серебристый круг на животе показывал, что я беременна и родится сын. Кто папочка, сомнений не возникало. Вот только мне это добавило хлопот. Едва отошла от болезни, отправилась на рынок. После «встречи с принцессой», я решила, что не стоит показывать своё лицо и лучше приобрести специальную накидку. В рядах анийских купцов нашла традиционную одежду анийских женщин — платок и бурка. Купила не торгуясь. Свои вещи сложила в заплечный мешок и пошла договариваться насчет дилижанса в столицу.
Если на меня и смотрели косо, то вопросов никто не задавал. Я понимала, что странно выгляжу. Анийские женщины никогда не путешествуют без сопровождения мужчины. Но вознице было в общем-то без разницы, лишь бы я за проезд платила. А мнение окружающих меня не волновало, главное, чтобы никто не увидел во мне принцессу Джанни. Видение пророчества заканчивалось на том моменте, когда я заходила в гостиницу и что случиться дальше, предположить не могла. Потому старалась всячески обезопасить себя.
В столице я направилась к единственному близкому для меня человеку, к моему наставнику. Надеялась, что он посоветует, как быть. Вот только рассказывать всё, что со мной случилось, я не желала.
Господин Кеймен, как я и ожидала, обрадовался неимоверно. Оставил в библиотеке помощника и повел домой.
— Девочка, я так скучал. Хотел с Инни весточку передать, когда тебя в Голубой дворец отправили.
— Я тоже скучала.
— Рассказывай же. Почему в таком виде и что произошло?
Я поведала краткую версию. В Эрите меня украли, сейчас беременна и сбежала от мужчины. А ещё сообщила, что скорее всего, принцесса Джанни моя сестра-близнец. Потому показываться на людях я не хочу. Даже если я не её сестра, то очень похожа. И закономерно у принца возникнут вопросы. Я и так уже предполагала, что познакомившись с наследницей рода Нави, принц, наверняка, захотел задать мне вопросы.
— Это правильно, — одобрил наставник, — но ты же наверно не слышала, что принц погиб месяц назад. Страна в трауре. А сейчас столице ходят слухи, что демоны украли принцессу.
— Какой ужас. А зачем демонам принцесса? — изобразила я полное непонимание.
— Помнишь, мы пророчество читали? Книгу у меня тогда изъяла королевская служба безопасности. Но я тогда всё сам понял. Да и Инни, старый змей, потом поделился, что вроде бы у демонов уже лет пятьдесят, как не рождаются дети. И только кровь рода Нави поможет им.
От таких новостей я вообще прикусила язык. Получалось, что если я смогла забеременеть, то принцесса Джанни точно моя сестра, соответственно и я из рода Нави. Молчать, молчать. А то сожгут и разбираться никто не будет.
Дальше стал вопрос где и за какие средства мне жить. Из накоплений у меня было меньше двухсот золотых. На эти деньги в столице долго не проживешь. Господин Кеймен предлагал остаться у него, я же хотела купить маленький домик в ближайшей деревне.
Мы немного поспорили, выясняя все за и против. Получалось, что в деревне жить дешевле. Моих денег может хватить лет на пять. Но одинокая женщина, эритка, да ещё с ребенком рано или поздно привлечет внимание соседей.
В доме же наставника я сама отказывалась жить. Не хотела его стеснять.
— Девочка моя. Я настолько стар, что моей репутации уже ничего не угрожает. Сын женился и сейчас служит на границе с Ливией. Других родственников у меня нет. Запишем тебя, как племянницу моей жены.
Для приличия, я немного посопротивлялась, но в результате согласилась и перебралась в спальню Остара.
С прислугой вообще повезло. Приходящая кухарка работала у наставника много лет. Меня знала с детства. Когда ей сообщили, что «девочка попала в пикантную ситуацию», только поохала, пожаловалась на мужиков-кобелей и пообещала никому обо мне не рассказывать.
Так мы и стали жить.
Деньги за питание и проживание наставник отказался брать у меня. Иногда я всё же одевала бурку анийки и выходила на рынок. Покупала различные мелочи для малыша.
Жить у господина Кеймера в доме мне нравилась. Мы по старой традиции вечерами беседовали в гостиной на разных языках.
Как-то вечером наставник поведал, что по городу пошли слухи, о том, что на границе с Ливией неспокойно. Эти слухи через два дня заменили словом «война». Из-за чего начался конфликт, никто толком не мог объяснить. Но ливийцы уже захватили часть приграничья.
А через месяц наставник получил известие о смерти сына. Меня эта новость буквально потрясла. Просто не верилось, что этого симпатичного и улыбчивого парня больше нет в живых. А господин Кеймер как-то сразу постарел. Я пыталась его ободрить, и похоже, мне это удавалось.
— Юленька, если бы не ты, то даже не знаю, что могло задержать меня в этом мире, — признался он как то вечером.
Я, как могла, старалась отвлечь наставника от грустных мыслей.
В один из вечеров наставник принес купленные у горожанина старые учебники ливийского языка. Парень, что продал их, утверждал, что одна из его родственниц была ливийкой. После её смерти остались книги. Он носил их букинистам в лавку, но никто не хотел покупать, тем более после начала войны. А наставник взял.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
