Отверстие под ними расширилось, наполнилось звездами.
«Охотник за улитками» врезался во что-то податливое.
Защитная сеть, поймав захвативших Луиса в плен, слегка подалась; их дернуло. Луис ощутил себя так, будто его мозги встряхнуло.
«Охотник» провел в ловушке уже немало времени, когда Луис первым пришел в себя… по-прежнему лишенный возможности двигаться. Он смог расслышать, как снизу что-то кричит Оливер.
– Во что мы влетели? - воскликнул Клаус.
– Вытащи нас отсюда! Вытащи нас отсюда! - завопила Роксани.
Восстанавливающая система, как говорил Мелодист. Насколько прочными могли быть ее нити скрита? Достаточно, чтобы остановить падающий корабль? Но ведь они могут прорезаться сквозь корпус. И отверстие будет «заштопываться» вместе с ними.
- Мы остались без толкателей, - сказал Клаус.
– А где они? - требовательно спросил Луис.
Клаус с трудом повернулся, чтобы злобно посмотреть на него.
– Они на самом днище, да? - спросил Луис. (Так повелось издревле: строители кораблей неизменно стремились установить безынерционные двигатели там же, где обычно ставили ракетные.) - Что бы ни находилось в этом отверстии, штопая его, оно разрезало толкатели на части. Теперь оно втягивает нас внутрь. Сколько времени пройдет, прежде чем оно доберется до источника энергии? Где он у вас? И что вы используете в качестве источника? - Он говорил не переставая.
Почему не сработало стазисное поле? Если я прав, мы навечно останемся здесь.
Клаус задумчиво молчал.
– В середине корабля, - сказала Роксани Готье. - Там батарея. Если что-то прорежет ее…
Похоже, корабль дюйм за дюймом погружался в «прокол». Хуже того, он начал переворачиваться.
Клаус, выпучив глаза, смотрел, не осознавая происходящего. Когда он понял, то закричал от ужаса. Его руки тут же заплясали по клавиатуре управления.
– Подожди! - закричала Роксани.
Люк в полу кабины закрылся. Крики Оливера оборвались.
Взревел ракетный двигатель. Аварийный отсек, где находилась кабина, отделился, быстро поднялся вверх, закачался, затем стабилизировался. Клаус перешел на ручное управление; кабина перевернулась, расположилась почти горизонтально и вернулась в исходное положение.
– Ты убил его! - сказала Роксани. - Оливера!
– Он оказался в неподходящем месте. - Клаус пристально посмотрел на Луиса Ву, сидевшего в кресле Оливера, затем перевел взгляд на Роксани. - Разве не ты кричала: «Вытащи нас отсюда»?
Палатка, как на волнах, закачалась в струях выхлопных газов, когда аварийный отсек с грохотом приземлился. При падении Роксани и Клауса подбросило на несколько дюймов, прежде чем включившиеся защитные сети поймали их.
Сквозь стену палатки Луис видел только, что Причетник и Хануман раскрыли спасательный кокон, чтобы Вемблет мог забраться в него.
Со стороны «прокола» ярко полыхнуло. Обращенная туда сторона кабины почернела.
– Роксани, - закричал Луис, - освободи меня!
– Подожди, пока все закончится, Льюис.
Ударная волна качнула кабину.
– Они там, должно быть, умирают! Освободи меня! Клаус!
– Пожалуйста, - сказал Клаус. Его рука сделала несколько движений, и Луис получил свободу. Он скатился с кресла прямо в узкий воздушный шлюз.
Палатку разорвало на куски, словно лопнувший воздушный шар. Взрыв разбросал все ее содержимое. Пока Луис протискивался через воздушный шлюз, спасательный кокон очень медленно прокатился мимо, при этом Вемблет кувыркался, словно белье в стиральной машине периода Нефтяного Века.
Причетник упрямо пытался подняться на ноги, падал и вновь пытался подняться. Ханумана вообще не было видно. Вемблет, похоже, уже пришел в себя: сейчас он крутил головой в своем тесном шаре, по-прежнему продолжая кувыркаться вместе с ним.
– Причетник? Ты цел? Давление нормальное?
– Мой костюм держит давление. Ты не видел Ханумана?
– Нет.
Вемблет был уже поблизости. Луис включил позиционные двигатели, опустился впереди него и побежал рядом с шаром, пытаясь остановить его вращение. Обитатель Мира-кольца пытался помочь ему. Наконец они остановили шар, хотя Вемблет и с трудом удерживал равновесие, потому что Хануман крепко вцепился в него, прижимаясь лицом к его груди. Он все еще был в гермокостюме.
– Причетник, я нашел их обоих.
Они поплелись обратно к разорванной палатке. Причетник, Клаус и Роксани присоединились к ним. Готье несла какой-то тяжелый прямоугольный предмет, крепко прижимая его к груди.
Кухонный и медицинский агрегат не пропал. И казался неповрежденным.
Они закрепили его на лётоцикле Луиса, а спасательный кокон с Вемблетом прикрепили к машине Причетника. Пилоты АРМ отдавали приказания, как будто были здесь самыми главными.
– Прихватить с собой ваш аварийный отсек? Вряд ли двигатели лётоцикла смогут поднять его.
– Не надо, - сказала Роксани. - Он уже ни на что не годен.
Взрыв батареи корабля боевой разведки вполне способен повредить восстанавливающую систему Мелодиста.
Следовало бы сообщить об этом Мелодисту… но тот и так уже знал об этом, так как все время слышал их голоса и мог видеть видеотрансляцию. Не мог только ответить, и это вполне устраивало Луиса.
Глава 12. Люди-жирафы
Свечение сверхбольшой «заплаты» ослабевало. Труба урагана провисла, распустив широкие белесые «рукава» тропосферной бури. Но теперь это не имело большого значения. Они уже покинули почти закрывшийся «прокол».
Сейчас вся компания летела по вращению Мира-кольца, в противоположную сторону от того места, где был сброшен топливный бак.
– Оставим его как приманку. Незачем торчать рядом с ним, - приказала Роксани Готье. - Так, говоришь, вашништ или вишништи? А что ты знаешь об этих вишништи?
– Вишништи, - сказал Луис, - это всего лишь выражение, которое мы используем, когда чего-то не понимаем. Колдуны. Волшебство. - Он использовал слова из межпланетного языка, которому Льюиса могли научить родители.
Готье, занявшая переднее сиденье на лётоцикле Луиса, время от времени пыталась пользоваться средствами управления и замыкалась в себе, убеждаясь, что они не действуют. Луис управлял полетом с сиденья, ближайшего к корме. Ни Роксани, ни Клаус ничего такого не говорили, но вели себя так, что было очевидно: «Льюис» призван на службу в АРМ.
Второй лётоцикл оставался в пределах четкой видимости. Причетник управлял им с переднего сиденья; Клаус пристроился позади. Абориген, подвешенный к лётоциклу снизу, в своем надутом воздухом спасательном коконе, казался устроенным вполне удобно - и вдруг начал задыхаться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
