- Вау. Спасибо. Мне совсем не больно это слышать. - Безразличным голосом говорю я.
- Я и раньше присматривал за женщинам, спасая их от смерти. Но за эти шесть лет, что я присматриваю за тобой, я понял, какая ты удивительная. Мне не встречался ни кто, даже отдаленно напоминающий тебя. Твоя жизнь наполнена смертью и скорбью, но ты все равно остаешься чистой и светлой. И вот это действительно удивительно. - С каждым словом он делает шаг навстречу мне, я словно пустила корни и приросла к земле.
- Шесть лет? Какие к черту шесть лет? О чем ты говоришь вообще?
- Я не должен был говорить тебе.
- Какие шесть лет, Кайл? Объясни мне!
- Ты не должна была погибнуть в клубе, в день твоего рождения. Я соврал, что меня послали вытащить тебя из огня.
- Я не понимаю...
- Эмили, меня послали гораздо раньше. Ты должна была погибнуть в той аварии... Вместе с родителями. Ты выжила не потому, что вылетела из машины, через лобовое стекло, а потому, что я вытащил тебя из нее. Ты была на волосок от смерти, и я ели успел тебя спасти.
- Нет. Нет, нет, нет... - Я даже не знала, что можно рыдать еще сильнее, откуда во мне столько слез? - Ты лжешь! Скажи мне, что ты лжешь!
- Я бы хотел, но не могу. Это правда. В марте, меня не было рядом всего неделю... - Он замолчал, подбирая слова. - Это был единственный раз за шесть лет, когда я уходил от тебя. Когда я вернулся, ты уже ввязалась в эту гонку за медальоны. И я уже не мог это остановить.
- Почему? - Набрав побольше воздуха, спросила я. - Почему ты не сказал мне раньше?
- Я не знаю, наверное, мне не хватило смелости. - Он потер ладонью тыльную сторону своей шеи, его красивое лицо было хмурое от тревоги. - Они узнали, что у тебя есть чувства ко мне.
Я подняла на него взгляд, наши глаза встретились и он продолжил. - Теперь они боятся, что я поведу себя как Милан. Но, Эмили, это невозможно, я не умею любить. Я даже не знаю, какого это, быть влюбленным. Для меня это просто слова, понимаешь?
- Нет. - Я отрицательно покачала головой, подтверждая свои слова. - Я совсем не понимаю о чем ты. Разве тебя учили дышать? Тебе объясняли, как надо слушать? Смотреть?
- Нет. - Непонимающе ответил Кайл. Я подошла к нему вплотную, его глаза так прекрасны, что посмотрев в них, я уже не могу отвести взгляд, я кладу руку на его грудь. Туда, где бьется его сердце.
- А твое сердце? Кто-нибудь учил твое сердце биться, Кайл?
- Нет. - Снова отвечает он сдавленным голосом.
- Так, какого хрена ты говоришь, что не умеешь любить? - Я ударяю кулаками ему в грудь, срываясь на крик. - Ты ведь даже не пытался.
Кайл отворачивается от меня.
- Вот видишь... - Я указываю на него рукой. - Это то, что ты делаешь все эти шесть лет - убегаешь. Просто закрываешься от меня. Скажи мне, Кайл, что ты чувствуешь?
- Я не знаю, что я чувствую, понимаешь? - Первый раз за все время его голос переходит на крик. - Я НЕ-ЗНА-Ю! - По слогам произносит он. - Что ты хочешь, Эмили?
- Я хочу, чтобы ты открылся, Кайл. Чтобы ты хоть раз взял на себя ответственность и решил чего ты на самом деле хочешь.
Но он молчит и я продолжаю: - Я влюблена в тебя, и я не скрываю это. Да у меня на лбу, словно баннер с бегущей строкой и только тупой не может понять это. Мне ужасно трудно было признаться в этом самой себе после того, что я пережила, но я сделала это. Потому, что если меня завтра убьют, я хочу быть уверена, что ты знаешь о моих чувствах. Кайл, я хочу, чтобы ты меня любил, но если этого не будет, я предпочитаю узнать правду сейчас, пусть она сломает меня, но я найду в себе силы идти дальше. Уж лучше так, чем я привяжусь к тебе еще сильнее, ты зародишь еще больше надежды во мне, а однажды просто пропадешь из моей жизни, сказав, что я тебе безразлична.
- Ты слишком многое от меня требуешь... - Он нервно запустил свои пальцы в волосы. - Я не могу быть с тобой, любить тебя, и носить крылья. Их вырвут, Эмили, я буду изгнан навсегда, ты это понимаешь? - Его голос наполнен болью и безысходностью. - Мне запрещено тебя любить. - Его голос перешел на шепот, который ветер доносил до моих ушей. - Но это не значит, что я не хочу....
- Тогда уходи, Кайл... - Я не узнаю свой голос, холодный и жесткий словно сталь. - Лучше разорви меня сразу... Уж лучше так, чем быть распущенной на ниточки. - Мое лицо мокрое от слез, я прикрыла рукой рот. Душа болит так, что я готова кричать от агонии, но вместо этого я безмолвно киваю, подталкивая его к уходу. Лицо Кайла не выражает ни единой эмоции. Он подходит ко мне, но у меня больше нет сил смотреть на него. Его большие теплые руки обхватывают мое лицо и утирают слезы. Пухлые губы, целуют мой лоб, обжигая, словно огонь.
- Прости меня, Эмили. - Шепчет он, перед тем, как все вокруг исчезает и я просыпаюсь на своем диване, часы на телевизоре показывают семь часов утра, воскресенье.
Глава 20
Я купила четыре шикарные, красные розы, с крупным бутоном на длинном стебле. Эстер говорила мне, как они называются, но я так и не запомнила.
Первым делом мы с Алексом навестили могилы моих родителей. Через пару дней будет шесть лет, как они погибли. С их смертью я давно уже смирилась, но боль все равно не утихает.
Возле памятника стоит небольшая цветная фотография Зака. А на могиле Зака лежат совсем свежие цветы, перед нашим приходом тут явно кто-то побывал. Скорее всего, это была Табита.
- Эту фотографию сделала я, - я положила рядом с цветами свою розу. - Этой осенью. Мне было грустно и Зак отвез меня в парк. Мы фотографировали прохожих, а когда пришло время идти домой, он попросил меня сфотографировать его.
- Видно он был очень хорошим парнем. - Грустно сказал Алекс.
- У меня ни когда в жизни не было таких друзей, как он. Я даже не знала, что можно так дружить. Мне его не хватает. - Алекс подошел ко мне сзади и положил руки на мои плечи.
- Я думаю ему хорошо там. И он тоже по тебе скучает....
- Я могу лишь на это надеяться.
Следующей и последней нашей остановкой была Эстер. Ее похоронили в противоположной части кладбища от могилы Зака. И сегодня здесь совсем не было посетителей.
- Боже, тут даже днем жутко. - С нервным смешком прошептал Алекс. Он что на самом деле нервничает? Днем на кладбище? Трусишка.
- Моя мама говорила, что бояться надо живых, а не мертвых. Мертвым нет до нас дела.
Вдалеке показалась ее могилка. Каждый шаг, приносит боль, словно я иду босиком по битому стеклу.
Ее могила усыпана цветами и игрушками, роза в моих руках на фоне этого выглядит жалко. Надо было купить букет.
Миссис Брит поставила на могилке фотографию с последнего дня рождения Эстер. Это было ее любимое фото.
- Она такая красивая.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
