Какова же была «концепция» Ольги? Летописи считают центральным событием внешней политики Ольги — поездку княгини в Царьград и ее крещение там. Действительно, интерес Ольги к христианству был велик. Кроме рассказа о крещении княгини, летописи знают только о ее замужестве с Игорем, мести древлянам и смерти. По летописям получается, что Ольга в своей внутренней политике занималась только пропагандой христианского учения. Повесть временных лет считает Ольгу одной из первых русских христианок, которая светилась среди язычников, «аки бисер в кале».
Встречала ли проповедь Ольги понимание в русском обществе? Много ли было христиан в Киеве? Играли ли они какую-нибудь роль в управлении Русью? Среди историков нет единого мнения на этот счет. С одной стороны, большинство исследователей признает, что влияние христиан было велико в Киеве уже в середине X века. Об этом свидетельствуют упоминания в источниках о «крещении» русов до Ольги, наличие в Киеве христианской церкви, участие русов-христиан в заключении договора с греками в 944 году. Причем, согласно договору, христиане и язычники представляли в то время в Киеве равные силы. Однако не меньше историков, напротив, уверены в том, что в первой половине X века влияние христиан было еще слабым. Ольгу не поддерживал даже сын. Ведь Повесть временных лет сообщает, что «жила же Ольга с сыном своим Святославом, и учила его мать креститься, но он пренебрегал этим и не принимал в уши. Но если кто желал креститься, то не запрещал, а насмехался над ним… Ольга часто говорила: «Я познала Бога, сын мой, и радуюсь, если и ты познаешь — будешь радоваться». Он же не внимал этому, отговариваясь: «Как мне одному принять новую веру, а дружина моя станет над этим смеяться?» Она же сказала: «Если ты крестишься, то и все сделают то же». Он же не послушался матери, следуя обычаям языческим, не ведая, что кто матери не послушает — в беду попадет… Он же за это гневался на мать… Но Ольга любила своего сына Святослава и говорила: «Да будет воля Божья. Если захочет помиловать Бог род мой и народ русский, то вложит им в сердце то же желание обратиться к Богу, что даровал и мне». И так говоря, молилась за сына и за людей каждую ночь и каждый день, воспитывая сына до его возмужания и совершеннолетия». Обращают эти исследователи внимание и на то, что после смерти княгини ее похороны по христианскому обряду были совершены втайне. Ольга даже побаивалась, что ее некому будет похоронить так, как ей хочется.
Из этих двух точек зрения нам кажется более обоснованной первая. Еще А. А. Шахматов обратил внимание на то, что рассказ Повести временных лет о тайном погребении Ольги явно тенденциозен и составлен из разных источников: «Через три дня Ольга умерла, и плакали по ней плачем великим сын ее и внуки ее, и все люди. И понесли, и похоронили ее на открытом месте. Ольга же завещала не творить по ней тризны, ибо имела при себе священника, который и похоронил блаженную Ольгу». Как видим, сначала летописец говорит, что Ольгу хоронили всем Киевом, а чуть ниже сказано, что ее похоронил священник. Скорее всего, мы здесь имеем дело с особым рассказом о крещении и погребении Ольги. Летописцу было важно доказать, что святая Ольга жила и умерла как христианка, окруженная язычниками и потому страдающая и одинокая{191}. Рассказ же летописи о том, что Ольга уговаривала сына креститься, можно понимать и в том смысле, что княгиня не видела никаких препятствий для распространения христианства на Руси и предлагала креститься Святославу и его дружине.
В целом распространение христианства на Руси происходило достаточно быстро, можно сказать революционно, что возможно только в случае проведения целенаправленной политики христианизации. Если в договоре 911 года русов с греками еще нет и намека на появление на Руси христиан, то из договора 944 года следует, что уже к 40-м годам X века христиане обладали большим влиянием в Киеве, имели свою церковь Св. Ильи и входили в правящую верхушку. А в начале XI века уже упоминавшийся Титмар Мерзербургский писал о наличии в Киеве около 400 церквей. Вряд ли столько мог построить Владимир Святой за 20 лет, прошедших с момента его крещения. Церкви на Руси в это время строились весьма медленно. Загадочное увеличение числа церквей в Киеве можно объяснить, если вспомнить о сообщениях ряда летописных источников и житийной литературы о том, что еще Ольга начала насаждать христианство, сокрушать кумиры и возводить церкви на Руси{192}. Получается, что по размаху своей просветительской деятельности Ольга не уступала Владимиру Святому. Не случайно летописный рассказ о крещении Ольги перекликается с рассказом о крещении Владимира. О широком распространении христианства среди русов, заставившем их «вложить мечи в ножны» еще до прихода к власти Владимира, сообщается в «Сборнике анекдотов и собрании блестящих рассказов» Мухаммеда аль-Ауфи{193}. Об этом же свидетельствуют и данные археологии (смена погребального обряда и т. д.).
Из всего вышесказанного следует, что Ольга не была «тайной» христианкой, а, напротив, проводила активную политику христианизации Руси. Да и чего ей было «таиться», если ее стремление к сближению Руси с христианскими странами поддерживали князья, входившие в союз. Не случайно, повторяю, во время визита Ольги в Царьград в 957 году ее сопровождали послы от 22 князей, оставшихся на Руси, что свидетельствует об одобрении ими действий главы союза.
Теперь становится понятно, почему послы язычника Святослава подверглись в Константинополе такому унижению. Сам Святослав, как следует из Повести временных лет, отличался достаточной веротерпимостью (не преследовал, а лишь смеялся над христианами). Преследования христиан начались лишь после смерти Ольги. Но даже и в этот период в его окружении встречались христиане, что, по мнению А. А. Шахматова, следует из договора 971 года Святослава с византийцами, в котором люди Святослава клянутся Богом, Перуном и Волосом, а под Богом разумеется, вероятно, христианский Бог{194}. Как уже было сказано, Святослав не рассматривался русами и греками как потенциальный преемник Ольги, которым, вероятно, являлся загадочный «анепсий», второй человек в посольстве Ольги во» время посещения Константинополя. В этом тоже нет ничего удивительного. Князья-христиане не хотели видеть своим главой язычника. У многих народов известны случаи, когда язычник-сын лишался права наследства христианином-отцом. Например, болгарский каган Борис-Михаил, крестивший Дунайскую Болгарию, отрекся в старости от престола в пользу своего старшего сына Владимира и удалился в монастырь. Когда же Владимир обнаружил намерение восстановить старое язычество, Борис-Михаил вернулся в столицу, арестовал Владимира, ослепил его и заключил в тюрьму, посадив на престол младшего сына Симеона. Пример в целом характерный для Средневековья. Разумеется, не вое русские князья были христианами, но, как видно, большинство из них разделяло во внешней политике ориентацию Ольги на христианские страны.
Какие же причины привели к увлечению Ольги и других русских князей христианством? Раздумывая над этим, ученые быстро «переросли» наивные размышления о неожиданно снизошедшем на Ольгу вследствие проповеди какого-нибудь отважного подвижника веры озарении, заставившем ее мгновенно убедиться в ложности язычества и истинности христианства и превратившем кровожадную киевскую княгиню в смиренную «честную вдову», терпеливо сносившую насмешки сына-язычника и уговаривавшую его креститься. Как правило, за обращением варварских королей и князей в христианскую веру стоял трезвый политический расчет. В частности, болгарский каган Борис-Михаил, о котором мы только что упоминали, обратился к византийцам с просьбой о крещении из-за постигшего Болгарию страшного голода, рассчитывая получить от греков хлеб. Впоследствии он еще достаточно долгое время метался между Римом и Константинополем, выбирая более щедрого «просветителя». Схожие колебания правителей пережила и Великая Моравия. Интерес сразу всех русских князей к соседям-христианам также может объясняться только какими-то политическими расчетами союза русских князей, расчетами, которые никого из них не могли оставить равнодушным. Стараясь разгадать цели визита Ольги в Царьград, историки выдвигали в качестве причины такого ажиотажа вокруг христианства то стремление укрепить мир с Византией, то торговые, то культурные, то военные задачи Руси, то желание Ольги получить царский титул или даже женить Святослава на византийской принцессе и др.
