Я аккуратно спрыгнул вниз и, прихрамывая, обошел здание. Выглянул в переулок и чуть не врезался в мужика в рваном тряпье, который справлял малую нужду прямо на фасад задания. Кажется, здесь я точно останавливаться не буду.
– Оп-па! Боже п-прости… Нет сил тер…петь, – заплетающимся языком пробормотал он.
– Мужик, где-то тут Ярмарочная площадь должна быть.
– Два… нет… погодь…, – он наморщил лоб в попытке запустить мыслительный процесс, – Три!
– Чего три?
– Три квар… квартала вверх по улице. А че, грех-то отпустите, отче?
– Ты прощен! – бросил я ему на ходу и двинулся в указанную им сторону, стараясь держаться в тени.
К моей радости, здесь было не очень многолюдно. Видимо, центральную часть города я успел обойти по берегу. Начинало темнеть и мне совсем не улыбалось слоняться с набитой золотыми монетами сумкой по подворотням. Еще и правая нога начала противно ныть.
Ярмарку я увидел сразу, и ошибиться в назначении этих построек было трудно. Достаточно было одного взгляда на разноцветные шатры и деревянные театральные помосты, чтобы сделать вывод, что я на месте. Правда ни одно из заведений уже не работало и сейчас здесь было пустынно. С дальнего края площади прогуливался патруль стражи, который двигался ко мне спиной. Вот так и идите, парни, сзади нет ничего интересного.
Я воспользовался возникшим окном и прошмыгнул за ряд павильонов, а дальше без труда добрался до искомого дома. Трехэтажный особняк без забора с приветливо открытыми дверями. У его дверей неторопливо подметал улицу какой-то мужичок опрятной наружности.
– Добрый вечер, вы Макар? Комнатку можно снять?
– Я Макар. А чего же нельзя? Сами меня нашли, святой отец, или кто надоумил?
– Аглая подсказала, говорит что можно службу у вас здесь провести, да пожить за это немного.
– А вот это дело хорошее! Да только медальона святого не видать у вас, как же вы служить-то будете? Неужто обокрали?
– Обокрали греховодники, – быстро сориентировался я и тяжело вздохнул.
Вот тебе и веская причина, чтобы обходить патрули.
– Ну-с, тогда, пожалуй, придется заплатить. Есть у меня Прошка, племянник дальний. Семинарию закончил, а ума не прибавил. Потерял он как-то медальон церковный – так ему его месяц обратно делали. Они же зачарованные все у вас, да на владельца настроенные. Ну, а коль быстро сможете все организовать, так я денежку вам сразу и верну. А вы пока времянку в местной церкви одолжите, не то помнут стражники, как самозванца какого, право имеют.
– Локи, чего так все серьезно-то?
Бог не отвечал.
– А можно одежонкой какой разжиться у вас недорогой? Отдохну пока от служения, раз дело такое приключилось.
– Вот утром и прикупите прямо тут, – он указал рукой на площадь, – Соседство-то хорошее, далеко за едой и вещами ходить не надо, но шумят иногда днем, бестии, хоть на стену лезь.
– И сколько с раба божьего денег возьмете?
– Дело тонкое…, – Макар замялся, – Ну коль Аглая посоветовала, да и худо приключилось, то так и быть два золотых за неделю проживания. С завтраком и ужином будет четыре.
Два разделить на десять – это два серебряных в сутки, по-нашему четыреста рублей. В принципе, вполне сопоставимо с ночевкой в какой-нибудь дешевой привокзальной общаге небольшого городка за Уралом. Похоже и вправду цену не ломит.
Я не стал торговаться, а ответил согласием и хозяин проводил меня на третий этаж по красивой деревянной лестнице, правда уже местами обшарпанной, все же теперь он жил здесь не семьей, а с квартирантами, а они, как известно, не сильно берегут чужое.
– Вот! – он открыл мне дверь, – Не хоромы, конечно, но чистенько. Я же кого-попало не пускаю, и вы уж будьте добры, комнатку мне в том же виде сдайте.
Я быстро прошелся по своим новым апартаментам и приятно удивился.
– Держите, вместе с завтраком и ужином на пять дней! – я с удовольствием отдал ему две монеты. – Если не трудно, разбудите завтра пораньше.
Макар кивнул, отдал мне ключ и пошлепал вниз по лестнице.
С удовольствием, потому что впервые за все время нахождения в этом мире я увидел нормальную комнату, в которой даже была ванная! Да, без душа и крана, но зато с теплой водой и сливом! Как наполняется и подогревается бочка, я не разобрался, зато с превеликим блаженством сразу смыл с себя дорожную грязь, воспользовавшись деревянным ковшиком. Заодно привел в порядок ноги, тщательно вымыв их с мылом, которое обнаружилось тут же. В принципе боль терпимая, но завтра первым делом надо купить сапоги.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
В комнате было все, что нужно для жизни нетребовательному человеку – кровать, обеденный столик, вешалка, тумбочка полотенцами и пара стульев. Все эти предметы не были новыми, но вполне сносными. Простыни пахли приятно, и я, довольный как слон, завалился голышом поверх них. Сейчас бы в смартфоне поковыряться, или ютубчик посмотреть…
– Локи!?
Да куда он запропастился-то? Мне что, его начинает не хватать? Странно.
Поскольку какие-либо развлечения отсутствовали, а день выдался относительно насыщенным, уснул я очень быстро. Что-то много я сплю в последнее время.
Проснулся я задолго до появления Макара, а потому не отказал себе в удовольствии принять полноценную ванную. Не стал мелочиться и залез в бочку целиком. Кайф…
В голове было абсолютно пусто и свежо, вот только отсутствие там Локи начало навевать подозрения. В городе есть как минимум один игрок, тот самый Скорострел. Может и еще кто болтается, но в ближайшей зоне только один алтарь. Вероятнее всего бог, как и прежде, пытается своим молчанием указать на то, что враг где-то рядом. Последний раз мы общались на причале, и там все было нормально.
Раздался стук.
– Войдите!
Я толкнул рукой дверь ванной и увидел посреди комнаты Макара с подносом в руках. При виде меня его брови поползли вверх.
– Доброе утро, что-то не так?
– Так это… Вода…, растерянно пробормотал он.
– Вода теплая, спасибо. Давно я так хорошо не мылся, все в дороге по весям мотаюсь, да пыль собираю.
– Вода же на неделю рассчитана! Как же вы теперь ее, святой отец, грязную пользовать будете?
– А сколько за воду?
– Ну, ежели эту слить, да снова бочку наполнить, как раз золотой и выйдет, вместе с подогревом.
Меня так и подмывало спросить, как она нагревается, но я не стал. Слишком много вопросов о, скорее всего, привычных для местных явлениях вызовут ненужное подозрение к моей персоне.
– Ой, разорюсь, – запричитал я, – Но не смог себе отказать в удовольствии мирском. Поставьте на столик завтрак, а я скоро спущусь вниз, золотой принесу.
Макар без разговоров выполнил требуемое, но удивление с его лица так и не сползло. Три золотых у монаха. Много это или мало? Блин, надо было от оплаты еды отказаться, а то свечусь вовсю. Не зря же мне Аглая жилье подешевле указала – понимала, что пилигримы не богатый народ.
Вымылся, наскоро вытерся и развернул карту. Так, алтарь на месте. Ну что, пора на разведку?
Накинул на себя сутану, посмотрелся в зеркало, а затем выбрался на улицу. Стражников поблизости не видать. Отлично! Отважно вошел на территорию ярмарки и внимательно осмотрелся: некоторые лавки уже были открыты, а вот аттракционы и помосты пока пустовали. Я внимательно изучил слоняющихся горожан и окончательно пришел к выводу, что мне попались какие-то неправильные попутчики. Все указывало на то, что они были весьма зажиточными персонами, может даже дворянами. Большинство местных было одето намного проще. Ходили приморцы в чем бог послал, но самым распространенным и популярным одеянием оказался серый плащ с капюшоном, который немногим отличался от моей рясы. В принципе меня устраивает.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Помочь вам, святой отец?
Я обернулся на голос и увидел торговца, лавка которого просто ломилась от обуви. Очень хорошо! Я быстренько пробежал глазами по предлагающимся экземплярам и выбрал себе понравившуюся пару. Носков, к сожалению, в продаже не оказалось, зато были какие-то специальные тряпки их заменяющие. Кажется, их называют онучи.
