— Так это и не сразу будет. — поспешно добавила Анна Аркадьевна и свернула посиделки.
Галия проводила её и я тут же провел с ней воспитательную работу. Что надо быть скромнее и не привлекать к себе излишнее внимание. Одно дело, когда люди старую мебель завозят, тут всем все равно. А вот если новую — то весь подъезд будет гудеть, обсуждая. Зачастим с этим делом — можем ненужное внимание привлечь. К нам уже этот один телефон внимания привлек до кучи, надо хоть пару месяцев лишить соседей поводов нам косточки обсасывать. Ну и напомнил про то, что нам на машину собирать надо. Не так и долго ждать осталось, как Фирдаус доучится, и я смогу приобрести его Волгу перед отъездом. Цену мы с ним пока так и не обсудили, так что лучше собрать побольше денег само собой. Буду откладывать то, что раньше за квартиру передавал через Сатчана, да еще и тысячу добавлю к прежним сбережениям, что недавно от него получил.
Согласившись со мной, и пообещав иметь это в виду на будущее, жена усадила меня ужинать, восторженно пересказывая рассказы художников про Испанию и Барселону. Очередной урок, похоже, сегодня был.
— Что Ксюша-то на работе, заметила, что ты уроки берёшь? — спросил я жену.
— Она заметила, что я понимать её терминологию начала. — рассмеялась Галия. — Мне ещё очень Иннокентич помогает, наш художник старый.
— Ну, и отлично… Выходные скоро. Планы есть какие? — спросил я.
— Гостинцы бы надо бабушкам отвезти. А то я отложила им, а как передать?
— О, молодец, что напомнила! За город, значит, поедем. Это хорошо. Обстановку сменим. А с Тузиком Родьку попросим гулять, они уже освоились оба. Надо будет только ключ ему оставить. — решил я.
До конца недели всё ждал, когда Самедов объявит рейд на меховую фабрику, но уже наступила пятница, а нас так и не собрали. Увидев в столовой Борщевского, помахал ему рукой, типа, не уходи дело есть.
— Хотели с женой сегодня в деревню на выходные рвануть. — протягивая руку, сказал я. — Что там с рейдом-то? Будет сегодня что-нибудь? А то все молчат…
— Да я сам ничего не понял. — пожал плечами Кирюха. — Вчера ходил к Фархатычу, хотел уточнить заранее, а то ж всех найти надо, предупредить. А он как зыркнул на меня. Не будет никакого рейда! — рыкнул. Ну не будет, так не будет. Я быстренько смылся от греха подальше.
— Ну и правильно. — усмехнулся я. — Первая заповедь солдата: подальше от начальства, поближе к кухне.
Мы пожали друг другу руки на прощанье. Вот так и надо вопросы решать. — подумал я. — Вместо того, чтобы готовиться к проверке, просто взяли и отменили её. Сильны, сильны! Но все ли на этом? Взять реванш у группировки Самедова сейчас не получилось, но, уверен, это не значит, что они утрутся и на том успокоятся. Сто процентов, будут другие варианты искать. И если они ОБХСС все же подключат, мало никому не покажется. И главное, в этот момент не оказаться вовлечённым в тамошние дела.
Глава 17
г. Москва
Бабушек не предупреждали, что приедем, сюрприз хотели сделать. Сюрприз получился… Для нас с женой. Жариковы тоже решили эти выходные в деревне провести.
Сначала всё было хорошо. Мы обнялись обрадовано, обменялись новостями. Бабушки разбирали нашу сумку под пристальным наблюдением Инны, часть гостинцев сразу на стол выложили. Настроение у сестры заметно испортилось.
— Я что-то вообще ничего не понимаю. — скрестив руки на груди, повернулась ко мне она. — Вы о чём думаете?
О, началось… — подумал я, пытаясь понять, на чём её в этот раз перемкнуло.
— У тебя жене рожать, а вы к врачу не ходите, даже не звоните. — выдала она с претензией в голосе.
И подарки не носите. — додумал я за неё.
— Знали бы, что вы тоже здесь будете, и вам бы конфет захватили. — попытался разрядить обстановку я.
— Так мы поделимся… — тут же предложила Никифоровна.
— Да причём тут конфеты⁈ — возмутилась сестра. — Я вам про серьёзные вещи, а вы!..
Сестра психанула и выскочила из кухни обиженная. На ровном месте с пол-оборота завелась. Сейчас с ней бесполезно разговаривать. Успокоится немного, объяснюсь с ней, что другого врача жене нашёл. Надеюсь, у Сатчана жена посерьёзней окажется, чем моя сестра, и потактичней. Всё-таки, мы с женой ей совершенно чужие люди, и такое беспардонство она позволять себе не будет. Надеюсь, так-то я ее совсем не знаю.
Вечер прошёл в немного нервной атмосфере. Инна разобиделась, да так разобиделась, что даже к столу не вышла. Пётр ходил к ней в комнату звать, но она сказалась уставшей и не вышла. Ну, на нет и суда нет.
Пётр посидел с нами, поужинал и очень скоро к жене ушёл. Мы же остались болтать. Трофим пришёл на огонёк. Очень душевно вечер провели.
На утро Инна вела себя как ни в чём не бывало, своё беспокойство о здоровье Галии никак не проявляла. Похоже, Пётр ей мозги вставил, типа, они взрослые люди, сами знают, что им делать, один раз сказала и хватит.
Мы с женой, тем более, не возвращались к теме вчерашнего с ней разговора. Сама всё поймёт, когда Галия и на этой неделе у неё не появится.
По негласному соглашению сторон провели выходные в прекрасной, спокойной семейной обстановке.
Погода выдалась чудесная, слегка подморозило и было много солнца. Много гуляли и сами с женой, и с Жариковыми вместе. Напрашивалась прогулка на лыжах, но вот беда — снега практически не было.
Инна рассказала, что встала на очередь в ясли, как только заберёт малую, сразу её пристроит. Ей, как жене военнослужащего, навстречу пошли и летом уже место обещали.
Пётр рассказывал, что у них кооператив гаражный от института создают. Но принимают туда только владельцев транспортных средств.
— Так а что ты тормозишь? Купи мотоцикл и вступай! — подсказал я.
Насколько я помню тот район, под гаражи их НИИ может получить территорию у Джамгаровского пруда, а там ГСК пережил все расширения МКАДа и периоды Лужковской ковровой застройки города. Отличный актив. Освоится там, глядишь, со временем и мне гараж там поможет купить. Надо его надоумить в председатели кооператива пробиваться, ну, в правление, для начала…
— Да? А зачем? — не понял меня Пётр.
— Мотоцикл зачем? Или гараж? — с усмешкой спросил я.
— И то, и другое.
— На мотоцикле с коляской будешь картошку из деревни возить. А не надо будет, продашь. Как, собственно, и гараж. Это — активы. Чем больше у тебя активов, тем легче выжить в сложных ситуациях. Мало ли что в жизни случится? Короче! Бьют — беги, дают — бери. Понял?
— Понял. — согласно улыбнулся зять.
Авось, сделаю из него, ныне крайне мало сведущего в финансах, хоть немного ориентированного на рынок человека. Чтобы не сломался, когда Горбачев страну разрушит, под гнетом огромного количества изменений. Да и я тоже понятия не имею, буду ли жив к тем временам. Жизнь, она штука совсем непредсказуемая, кому, как не мне это понимать… А Петр будет заботиться о моей сестре и ее детях, так что должен уметь копить активы уже сейчас, они помогут выжить им в девяностых. То, что мы с Инной друг друга не понимаем, и из-за ее беспардонности я вынужден от нее дистанцироваться, не означает, что мне безразлична ее судьба.
Возвращались мы в Москву все вместе вечерним автобусом. Бабушки всучили нам по сумке с картошкой, тушёнкой, ещё чем-то. Пока держал сумку на коленях в автобусе, учуял из верхнего газетного свёртка запах копчёностей и всю дорогу наслаждался.
Пётр, пока ехали, несколько раз возвращался к теме покупки мотоцикла. Через проход в салоне автобуса обсуждали с ним, где купить, сколько он может стоить. Инна тоже свои пять копеек вставила: настаивала, что если покупать мотоцикл, то только новый. А где его взять, новый-то? Небось, тоже дефицит, как и многое другое… Петр мои предположения подтвердил — дефицит… особенно импортные. Самые лучшие сейчас — Явы чешские.
Короче, решили с ним проехаться по магазинам для начала. Разведать, что и как. В очереди стоять у нас времени нет, мотоцикл нужен срочно. Новый, с коляской, желательно та самая Ява.
