которая хочет тебя вернуть?
Я фыркнул, а потом обхватил Кнопку за талию и прижался лбом к ее.
– Не переживай, моя бывшая не такая уж злобная, и это она меня бросила. Я не из тех парней, из-за которых девушки устраивают междоусобные войны.
Айви улыбнулась уголком губ:
– Какая неслыханная скромность! Но давай поговорим о другом. Например, о том, когда ты исполнишь мое желание.
– Да хоть сейчас. Чего желаете, юная леди?
В глазах Айви появился задорный огонек.
– Свое желание я озвучила еще в день нашего знакомства. Пробегись голым по кампусу.
Я недоверчиво выгнул бровь:
– Кнопка, ты в курсе, что уже конец сентября? Я ведь и заболеть могу. К тому же, признаться честно, я ожидал от тебя чего-то более оригинального. «Пробежаться голым по кампусу» – это такая банальщина! Ты пересмотрела молодежных комедий?
Айви немного отстранилась и насупилась.
– Банальщина, говоришь? – подозрительно тихо уточнила она. – Ну хорошо, тогда будь добр сделать татуировку Даров Смерти на груди.
Несколько секунд я смотрел на нее в полнейшем шоке, а Айви сверлила меня серьезным взглядом. Потом ее губы задрожали, и она разразилась заливистым хохотом.
– Видел бы ты свое лицо! – выдавила она, завывая от смеха. – Боже, почему я не включила камеру? Я даже подумала, тебя стошнит от волнения.
Глядя на нее, я и сам не мог сдержать смех. Я и правда испугался, что эта сумасбродная девчонка заставит меня сделать татуировку.
– Я не настолько полюбил «Поттера», чтобы увековечить их символ на своем теле, – хмыкнул я.
– Ладно-ладно, у меня есть другое желание. – Кнопка вмиг посуровела: – Проколи сосок.
Я подавился слюной.
– Что сделать?
– Проколи сосок, – серьезно повторила Айви. – Не так банально, как бег голышом, и не так жестоко, как тату на всю жизнь. Это мое окончательное желание.
Я покачал головой.
– Ты сумасшедшая, – прошептал я и обнял ее так крепко, что ее лицо оказалось в дюйме от моего. – Будет тебе проколотый сосок, извращенка, но пеняй на себя. Я очень мстительный и придумаю для тебя самую изощренную кару. И пошлую.
Айви покраснела, и ее глаза стали размером с маленькие блюдца. Теперь настал мой черед смеяться.
– Дурак, – обиженно шепнула Айви.
– Не дурак, просто потерял голову от одной удивительной девушки.
Она тяжело сглотнула, а я вместе с ней. На улице было так тихо, что я отчетливо слышал ее прерывистое дыхание и бешеный стук сердца. Я прикрыл глаза и подался вперед, чтобы наконец-то поцеловать ее. Не чмокнуть по-детски, как перед походом в кино, а в полной мере насладиться вкусом ее губ. Айви зарылась пальцами в мои волосы и сократила оставшееся расстояние между нами. Я уже чувствовал тепло ее дыхания на лице, но этот упоительный момент испортил противный звук рингтона.
Айви резко отстранилась.
– Это, наверное, мама, – смущенно пробормотала она. – Если не отвечу, она меня убьет.
Она начала рыться в сумке в поисках телефона, но никак не могла найти его. Звонок прервался.
– Айви, – тихо позвал я. – Посмотри на меня.
– Прости.
– Все хорошо. – Я коснулся пальцами ее пылающей щеки. – Ничего страшного не случится, если ты перезвонишь маме позже.
Она посмотрела на меня виноватым взглядом.
– Момент все равно уже испорчен, – прошептала она, и я покачал головой:
– Нет, Кнопка. Это наш момент, и ничто не способно его испортить.
Я положил ладонь ей на затылок, притянул к себе и наконец-то поцеловал. Секундное замешательство – и Айви обмякла в моих объятиях, ответив на столь долгожданный поцелуй. Ее губы на вкус были как соленая карамель и пьянили сильнее крепчайшего бренди. Мягкие, пухлые, дразнящие, они стали моим проклятьем, потому что теперь, вкусив их, я не смогу думать ни о чем другом.
Айви.
Кнопка.
Белоснежка.
Моя девушка.
Моя.
Я мягко разомкнул ее губы, углубляя поцелуй, и Айви издала тихий стон. Она отвечала на мои требовательные движения языка и была такой податливой в моих руках, что мне с трудом удавалось сохранять рассудок. Я еще крепче прижал ее к себе, желая отдать все свое тепло, чувствуя, как хрупкие пальцы гладят мое лицо и шею.
– Айви… – хрипло простонал ей в рот. – Ты невероятна.
Вместо ответа она переняла инициативу, и теперь ее сладкий язык ласкал мой рот с настойчивостью, но нежно. Мы никак не могли насытиться друг другом, казалось, так и будем целоваться до самого утра, но погода ухудшилась и поднявшийся ветер вынудил нас зайти в общежитие. В лифте мы ехали молча, держась за руки. Нам не требовались слова, они только бы нарушили наше счастье – хрупкое, тихое, но такое всеобъемлющее.
– Спокойной ночи, Кнопка, – сказал я на прощание, стоя у двери ее комнаты.
– Спокойной ночи, Каланча.
Айви приподнялась на цыпочки и, ухватившись за лацканы моего пальто, поцеловала в губы еще раз. Коротко, но пылко – так, что мне захотелось умолять ее впустить меня в свою комнату. В свою кровать. А соседку прогнать прочь. Но я лишь улыбнулся и прижался губами к тыльной стороне ее ладони.
Этой ночью я долго ворочался, не в состоянии уснуть. Еще ни одна девушка не вызывала у меня столь ярких эмоций, как Кнопка.
Айви
Только я переступила порог комнаты, и все мое тело словно налилось свинцом, а колени задрожали.
Я целовалась с Рэйденом. И это…
Потрясающе!
На губах до сих пор сохранился вкус мятной жвачки и газировки. Вкус Рэйдена.
Мне хотелось распахнуть дверь, побежать за ним и попросить зацеловать меня до обморочного состояния. Хотелось…
Соберись, Айви! Я похлопала себя по щекам, чтобы хоть как-то привести себя в чувство, но это не помогло. Перед глазами по-прежнему стоял Рэйден. В ушах звенел мягкий, хрипловатый смех. На языке чувствовался его вкус. Даже моя одежда пропахла его парфюмом.
– Айви, ты в порядке? – спросила Тина, сидевшая на кровати с ноутбуком на коленях.
Я покачала головой:
– Нет, не в порядке. Меня накачали сильнейшим наркотиком.
– Что?! – с неподдельным ужасом воскликнула Тина и резко захлопнула ноутбук. – Какой наркотик, Айви? Ты о чем?
Я плюхнулась на кровать прямо в пальто. Меня хватило только на то, чтобы снять обувь.
– Очень сильный и вызывает зависимость. «Поцелуй плейбоя-бариста» называется.
Тина несколько секунд молчала, а потом заливисто расхохоталась.
– Ты меня напугала, дурочка!
Я и сама была напугана до чертиков тем, что в присутствии Рэйдена напрочь теряла голову и никак не могла это контролировать. Что же будет дальше? Мы сходили только на одно свидание. У нас случился первый поцелуй. Долгий, сладкий и такой умопомрачительный, что даже трезвонящий телефон не смог испортить этот восхитительный момент.
