меня весьма выразительный взгляд и снова переводит внимание на дорогу. По лицу мужчины эмоций не прочитать.
Я же никак не могу справиться с волнением и жаром, что с новой силой бушуют в груди, эти чувства мне не подвластны.
Валентин подъезжает ко входу в дорогой ресторан, останавливает машину и галантно помогает мне выйти. Лишь после этого из автомобильного салона вытаскиваем детей, а держащаяся чуть поодаль за нами охрана подходит уже значительно ближе.
Один из мужчин в строгих черных костюмах садится за руль и увозит авто.
Валентин ведет себя отстраненно и властно, он словно ищет подвоха и ждет засады из корреспондентов за каждым углом.
Я не понимаю, как себя с ним вести и стараюсь просто держаться под стать. Мне кажется, это будет самым оптимальным решением.
Стоит только зайти в ресторан, как к нам навстречу спешит администратор в строгой рабочей униформе.
– Добрый вечер, Валентин Юрьевич, – с придыханием произносит девушка на высоченных каблуках. Она из кожи вон лезет стараясь выстелиться перед Жуковым и старается заполучить хоть толику его внимания.
– Столик готов? – Валя одаривает ее холодным высокомерным взглядом.
– Да, конечно, – администраторша снова начинает проявлять чудеса изобретательности для привлечения внимания к собственной персоне.
Она то случайно (ну, конечно же!) проведет рукой по волосам, затем поправит блузку, а по факту демонстрирует все свои “прелести”. Мне становится так противно… Так не по себе…
Блин! Ну неужели девка не понимает, что с нами находятся дети?!
– Где наш стол? – наплевав на нормы приличия встреваю в разговор. Ловлю себя на мысли, что меня в холеной девушке буквально все раздражает!
– Я вас провожу, – отвечает мне с дежурной улыбкой, а сама тем временем не сводит глаз с Вали.
Бешусь.
– Спасибо, но мы в состоянии дойти до него сами, – особенно выделяю последнее слово.
Еще не хватало, чтобы ты тут дефилировала своей филейной частью.
– Мне не сложно, – настаивает.
– Вы слышали, что вам сказали? – сурово спрашивает Валентин.
– Да-да, конечно, – тут же обращается к мужчине елейным голосом. – Ваша кабина вон там, – показывает в сторону, где расположены уединенные кабинки.
– Ужин готов? – все так же властно уточняет Жуков.
Он не дает ни единого шанса расфуфыренной гламурной администраторше. Она и так, и сяк перед ним, а ему все равно.
– Будет подан через пять минут, – тараторит взволнованно.
Валентин смотрит на нее своим тяжелым суровым взглядом и администраторша не знает, куда деться. Ей становится явно не по себе.
– Ваш столик уже накрыт, – натянуто улыбается.
– Пойдем, – говорит Валя обращаясь ко мне.
Он берет у меня с рук Машеньку, сажает к себе и совершенно спокойной, уверенной походкой идет в сторону нужной кабинки.
– Да не говори! – до моего слуха достигает до боли знакомый смех. – Я прямо представляю, как она драит ему… Ха-ха-ха! – девушка заливается, словно позабыла, что находится в ресторане.
– Ничего, – говорит второй голос. Я тут же узнаю его и настроение становится хуже некуда. – Она еще прибежит, вот увидишь!
С трудом заставляю себя держать маску на лице, хот сердце в этот самый момент превратилось лишь в обыкновенную мышцу.
Нет, оно больше не болит. Не ноет, не тянет. Ни-че-го!
Просто я ничего теперь не испытываю.
Прохожу мимо кабинки, где Костя и Дада мило беседуют и ловлю себя на мысли, что мне противна даже мысль про них.
Ох! Продержалось бы это чувство чуть дольше!
Словно приклеенная смотрю исключительно на спину идущего вперед мужницы.
– Марина? – вдруг раздается за спиной.
Оборачиваюсь.
– Константин, мы с тобой условились, – между мной и практически бывшим мужем вырастает Валентин.
И у него на руках мой ребенок. Снова!
– Я не в твоем офисе! – Яковлев рычит на Валю, но тот стоит, как стоял. – Поэтому здесь могу делать все, что заблагорассудится! – отрезает.
– Зря ты это сказал, – кидает ему. Затем чуть поворачивается и отдает мне на руки дочку. – Марин, дорогу до кабинки запомнила? – спрашивает словно ничего серьезного не произошло. – Не потеряешься?
– Не потеряюсь!
Глава 35. Марина
Не глядя на уже практически бывшего мужа забираю у Валентина дочь, беру за руку Демида и на негнущихся ногах иду в сторону забронированного столика.
Я никак не могу справиться с бушующим в груди ураганом, мне страшно, что Костя заберет Машеньку, ведь по сути он имеет на нее такое же право, как и я.
Но, блин! После всего, что я увидела и узнала о нем, никакого общения с ним не желаю! И не позволю иметь большое влияние на нашу дочку!
Ни-за-что!
Приближаюсь к нашему столику и замечаю, что тот расположен максимально уединенно, а при нынешних обстоятельствах это не может не радовать. Забронированное для нас место со всех сторон закрыто от посторонних глаз зеленой стеной и никто не увидит что происходит за стенами.
Чуть присмотревшись понимаю, что это не просто столик и вокруг ограждение, а у нас отдельный небольшой кабинет!
Ого! Так вот как, оказывается, мэры в ресторан ходят…
Вижу в зеркале свое отражение и мое настроение тут же падает. На фоне богатства и величия, что вокруг, я выгляжу особенно жалко.
Мда.
Хочется вернуться в свою квартиру, закрыться на все замки, забраться с дочкой на диван, спрятаться под одеялом и больше никого в свой мир не впускать!
Но вместо этого я здесь. В шикарном дорогом ресторане в самом центре города, с мужчиной, который является его главой.
Собираю силу воли в кулак и иду дальше, возвращаться обратно ну никак нельзя.
Онемевшими руками толком ничего не чувствую, поэтому мне приходится держать детей чуть крепче, чем оно того следует, но детки не возмущаются и я за это им очень благодарна.
– Вот и пришли, – объявляю малышам выдавливая из себя фальшивую улыбку.
Меня всю колотит крупная дрожь и говорить нормально не получается, язык задеревенел, произнести отчетливо каждое слово требует неимоверных усилий.
Костя, блин! Вот почему ты не даешь мне покоя? Сам же к Даде ушёл, так и вали!
Нечего моей жизни касаться!
– Дема, ты куда хочешь сесть? – Интересуюсь у мальчика с трудом заставляя себя держаться и не закрываться в своих эмоциях. Детвора не виновата в совершенных взрослыми ошибках и не должны расплачиваться за неё.
Демид смотрит хитрым взглядом и щурится, он словно проверяет меня.
– Я могу сесть, куда захочу? – уточняет, а у самого глаза аж блестят от нетерпения.
– Да, конечно, – позволяю ему.
Судя из того, что я успела понять, мальчику дозволяется практически все и что-либо пытаться исправить сейчас нет никакого смысла.
Я не
