этот же момент я понимаю, что мы останавливаемся.
Смотрю в окно. Автобус остановился возле небольшого двухэтажного дома.
Все начинают выходить, ну и я за ними. Всего в автобусе ехало семь человек, включая меня. И навстречу к нам идут еще несколько мужчин. Да почему же их так много?
И я вот так, добровольно, иду в незнакомый дом? Сумасшедшая.
Меня же не станут насиловать только вытащив из борделя?
Заходим внутрь. На вид, самый обычный дом. На первом этаже находится небольшая комната-гостиная, в которой стоят два длинных дивана и несколько кресел, чуть дальше небольшая кухонька и стол на шесть персон. Этот дом явно не предназначен на такое большое количество людей.
— Он жив? — к нам подбегает девушка, очень красивая миниатюрная брюнетка, и взволнованно спрашивает.
— Да куда он денется, — отвечает Рус, держа Серого под руку с одной стороны.
— Он же волк, как на собаке заживет, — говорит другой мужчина и подмигивает ей.
Несут его к дивану и кладут на него. Блондин откуда-то приносит штатив для капельницы и начинает что-то замешивать.
— А Крис где?
— Там осталась.
Я же стою в дверях и не знаю, что мне делать.
Тут девушка, которая встречала нас, замечает меня.
— О, как ты похожа, — удивляется она.
— На кого? — спрашиваю я.
— Пойдем со мной, — вклинивается в разговор Рус и зовет меня пойти с ним.
Он снял маску, и выглядит примерно так, как я и представляла. А от его взгляда хочется куда-то убежать и спрятаться. Устрашающе немного.
Но все равно иду за ним. Я почему-то не чувствую в нем угрозы для себя, даже несмотря на то, что он убийца.
Заходим в небольшое помещение, импровизированный кабинет, где из мебели только несколько стульев, стол и шкаф.
Здесь нет окон, и поэтому оно напоминает мне ту комнату, в которой я жила в том доме. Не очень-то комфортно. Главное без паники, Милана.
— Садись, — указывает мне на стул. Сам садится на другой, напротив.
Рассматривает меня. А я его. Симпатичный на самом деле. На вид, лет под сорок. Брюнет с короткой стрижкой. Видно, что давно не брился, но ему идет. Карие глаза и очень опасный взгляд. По нему видно, что он многое пережил, многое повидал и то, с каким видом он застрелил человека, я думаю, что это далеко не первое его убийство. Интересно, кто он такой? Да и вообще все эти люди.
— Как ты оказалась в том месте? — спрашивает он, спустя несколько минут.
— Меня похитили, когда я шла утром в магазин.
— Тебе понравился твой хозяин?
— Нет, конечно. Он издевался надо мной, — что за дурацкий вопрос?
— Ну кто тебя знает, — ухмыляется он. — Есть девушки, которым нравится, когда пожестче, — откидывается на спинку стула.
— Я явно не вхожу в их число. Я даже пыталась сбежать, но не особо удачно… — сразу вспомнилось как убили ту девушку и как потом мне досталось.
— Я наслышан. Мы поможем тебе вернуться домой, но нам нужна твоя помощь. Таким образом отблагодаришь нас за то, что вытащили тебя оттуда.
Ох, не нравится мне это слово «отблагодарить».
— Но…как я могу помочь? Я ведь ничего не знаю и не умею.
Сейчас я себя ощущаю поломанным человеком и это мне скорее нужна помощь.
Он достает из ящика фотографию и кладет её на стол передо мной.
На ней изображена… Я.
Точнее очень похожая на меня девушка.
В шоке беру фотографию в руки. На снимке девушка сидит на скамейке, которая очень похожа на ту, которая была во дворе, в бирюзовом длинном платье и улыбается в камеру. Правда сразу заметно, что это вымученная улыбка, она точно не рада там находиться. У нас с ней много общих черт: темно русые волосы, форма лица, бровей. Но мы разные.
— Кто она? — решаю спросить я.
— Когда-то она тоже была наложницей твоего хозяина. Он её любил. Конечно, своей любовью, специфической, но любил. В то время у него было еще несколько девушек, но он всех отдал, оставив себе только одну.
— А где она сейчас?
У меня есть несколько вариантов: любо он сжалился и отпустил её, либо убил.
А может это она тогда родила?
— Она покончила с собой. Не выдержала его напора.
Совсем забыла про еще один вариант.
— Но как она могла это сделать? В доме я не заметила ни одного режущего предмета, да там даже повеситься негде.
— В то время у неё была бритва, видимо он хотел, чтобы она была гладкой. Ею она и перерезала себе вены.
— Боже мой…
Смотрю снова на фотографию. Вот почему я попала к нему, он нашел себе копию. Интересно, меня специально выбирали или так случайно получилось? Я, наверное, этого никогда не узнаю.
— Но как я могу помочь? — спрашиваю, кладя фотографию на стол.
— Он захочет вернуть тебя себе. Тем более, он может считать, что ты беременна от него. Мы устроим обмен: он отдаст то, что забрал у нас, а мы пообещаем ему тебя.
— Я не согласна на это! — говорю, вскакиваю со стула. — Я не вернусь обратно!
— Сядь, — говорит тихо, но властно.
Сажусь.
— Это будет блеф. Мы ему тебя не отдадим, но он должен считать иначе. Как только мы вернем обратно то, что он забрал, мы убьем его. И ты вернешься домой.
— Я боюсь, — честно признаюсь. Я очень боюсь вернуться обратно.
— Не стоит. Всё будет под контролем.
— Я вас не знаю, чтобы верить. Кто вы такие?
— Тебе это не нужно знать, — ухмыляется он. — Вариантов у тебя всё равно не так много. Одна ты не сможешь вернуться домой, мы далеко от России. Тебя даже за границу не пропустят без паспорта.
Точно, паспорт-то остался там…Или они его забрали?
— А как я тогда смогу вернуться?
— Мы сделаем тебе новый. Как вернешься домой восстановишь свой по утрате.
Звучит, конечно, оптимистично, но откуда мне знать, что когда они получат то, что им надо они просто не уберут меня? Он может.
Но вариантов у меня действительно не так много. Даже если я смогу выбраться за пределы дома, я не знаю куда мне идти, тем более ночью. А сейчас я буду точно знать, что меня не убьют, пока я сплю, так как нужна им. Дальше буду думать по мере поступления проблемы.
— Хорошо. Что от меня требуется?
— Пока ничего. Тебе нужно отдохнуть и выспаться. Завтра обсудим как будем действовать дальше.
Киваю.
— Пойдем, — встает со стула. — Тебе покажут дом и дадут какую-нибудь одежду.
Мы идем обратно в гостиную, где
