по фигуре Влады в синем сарафане в пол, белой вышитой рубашке и лаптях. Ее длинные волосы были заплетены в две толстые косы.
— Доброе утро, Влада, — сказал он приветливо, кивнув головой и улыбнувшись. В его глазах заблестели веселые искорки. — Неужели решила крестьянку в этот раз взять?
— Да. Лукреция Львовна сказала, что она легче.
— Не знаю, не вникал как-то. Саму программу то не мы писали, коллеги из Гонконга по виртуалу, я только настраиваю. Возможно крестьянка и проще.
— Я опасаюсь снова оконфузиться, потому и взяла ее.
— Оконфузиться? — поднял он брови. — Нечего ты какие слова старинные знаешь.
— Так я ж готовилась к аттестации, — промямлила она. — Мне просто не повезло.
— Да-да, я понимаю.
— Спасибо вам, Тимофей Игоревич еще раз, что помогли мне так быстро попасть на переаттестацию.
— Пустяки, Влада. Мы же друзья? — улыбнулся он. — Забыла?
— Друзья.
— Прекрасно, потому называй меня не «ты», мы же договорились.
— Но если кто-то услышит, — заметила Влада тихо, — то решат, что вы помогаете, так как благоволите ко мне.
— Тебе не все ли равно, что о тебе будут говорить, Влада? Главное, что ты сама думаешь о себе.
— Ты прав, — кивнула она. Видя, что он в прекрасном настроении она спросила: — Напомни, мне помощник же не положен теперь?
— Нет. Только флешкороб с тремя кристальными шарами и оцениваться задания будут на меньшее число баллов.
— Я понимаю, — закивала она. — Это самое неприятное, я же аттестат киноактрисы очень хочу.
— Сегодня ты точно справишься, Влада. Ты ведь толковая девушка, — заявил он.
Не ожидая от Кораблева таких слов, она даже на миг опешила. Он всегда относился к ней чересчур строго и предвзято, и в жизни никогда не хвалил, даже когда она отвечала его предмет на высшие баллы. Похоже и вправду он стал считать ее своим другом. Это окрылило Владу, и она решила попросить у него то, что еще неделю назад никогда бы не осмелилась простить.
— Спасибо, что веришь в меня. Постараюсь, — она чуть запнулась и выдохнула: — Но этот век такой трудный для роли, я так хотела другой…
Она протянула жетон с билетом, где красовался шестнадцатый век. Он понял ее с полуслова и как-то хитро прищурился и спросил:
— Хочешь, чтобы я изменил билет на твой любимый восемнадцатый век?
— Если это возможно, я была бы так благодарна тебе, Тимофей, — сказала она проникновенным и ласковым голосом, смотря ему прямо в глаза.
И тут же увидела, как его взор за зелеными линзами вздрогнул. Он явно смутился. Молчал он довольно долго, она чувствовала, что он колеблется, но через минуту все же кивнул:
— Хорошо, Влада. Я помогу. Но перепрограммирование займет пару минут.
— Я подожду. Благодарю, Тимофей.
— Иди к капсуле и жди там…
Как и обещал, Кораблев всё сделал быстро и Влада спустя пятнадцать минут уже совершила телепортацию в виртуал и робот на экране в капсуле билоида прочеканил:
— Влада Киселева, ваш билет номер пять. Восемнадцатый век. Российская империя.
— Да… — улыбнулась широко она, опять в душе поблагодарив Тимофея. «Ведь может когда захочет таким душкой быть» — промелькнула у нее мысль.
— Год 1737, — продолжал робот на экране. — Роль: крестьянка, восемнадцать лет. Ваше имя — Марья Лапина. Характер: бойкая, добрая, учтивая, веселая. Сирота, крепостная в имении Ольховка Владимирской губернии.
Запомнив роль Влада приложила пальцы к датчику и дверь капсулы распахнулась.
Она проворно вышла наружу, наступив на зеленую траву, и пройдя пару шагов, огляделась. Неподалеку на фоне голубого неба красовался барский особняк, а она стояла рядом с некими невысокими постройками, похожими на амбары. Обернувшись назад, она отметила, что серебристая плазменная дверь билоида растворились в пространстве, а округу наполняли вполне реалистичные звуки.
Судя по окружающей зелени, теплу и легкому ветерку стояло лето. «Не так уж и плохо, — подумалось Владе. — не осень, как Дие попалась.»
Жужжащая муха пролетела у ее лица, и она невольно отмахнулась. Влада заметила чуть в стороне крестьянина, строгающего рубанком бревно, далее двух баб в сарафанах с корытами и бельем, которые шли с реки.
Влада довольно улыбнулась и прошептала:
— Хоть в этот раз ничего не виснет. Надеюсь и место верное.
— Машка! — оглушил ее визгливый женский голос, и приблизившаяся пышногрудая девица толкнула ее в бок. — Ты чего здесь околачиваешься? Тебя Устинья уже битый час ищет. Сердитая она. Беги быстрее на барскую кухню. Иначе не сдобровать тебе будет.
— Да, уже иду, — промямлила Влада, понимая, что надо спешить в тот светло-зеленый особняк, наверняка именно там находилась барская кухня.
— Беги ужо!
Влада поспешила вперед, и тут все замерло. Перед ней выплыл экран.
— Первое задание билета пять, — прочеканила девушка-робот. — Выполнить поручение кухарки Устиньи, которая служит у господ. Время до вечера. Максимальный балл триста. Есть вопросы, абитуриент Влада?
— Вопросов нет, — кивнула девушка, думая, что вряд ли господская кухарка поручит ей трудное задание.
Робот с экраном исчезли, а Влада поспешила далее, бурча под нос:
— Что там может быть? Посуду помыть или картошку почистить. Раз кухарка у барина есть, значит она за всю готовку отвечает. Я наверняка у нее для помощи. Главное только кур не пришлось бы ощипывать. Это бррр…
.
Едва рассвело, когда Влада вбежала в просторную барскую кухню. Здесь у печи хлопотала полная баба, в простой рубашке и цветастой юбке. Она деловито ставила хлеб в печь. На большой каменной плите, пристроенной к печи, фырчал самовар, а рядом дымилась большая кастрюля. Босая девочка лет двенадцати умело чистила морковь, сидя на лавке в небольшую миску.
— Ты где шатаешься, негодница? Велено тебе было к пяти на кухню приходить, али нет? — тут же отчитала ее баба, обернувшись на ее шаги.
— Велено, Устинья, — тихо ответила Влада, опуская глаза вниз.
— Какая я тебе Устинья, а девка? Устинья Егоровна я.
— Простите.
— Ладно, некогда мне лясы с тобой точить. Дел невпроворот. Ты давай, тоже поворачивайся, бездельница.
— Что же делать? — спросила Влада, помня, что надо исполнить задание кухарки.
— Немедля в лес ступай, за грибами. Барыня встала уж спозаранку, и велела к обеду ей грибницу подать. Уразумела чоль?
