Читаем без скачивания Смертельное правосудие - Уильям Бернхардт

У Бена были все основания оказаться следующим.

Глава 30

Проехав на своей "хонде" по пыльной улице, Бен припарковал машину за трибунами, где, как он надеялся, ее не настигнет какой-нибудь сокрушительный шальной удар мячом - особенно обидно было бы долбануть самому по собственной машине.

Все уже собрались на игровом поле в парке Джонсона, на углу Шестьдесят первой улицы и Риверсайд. Команда "Аполло" разогревалась. В одинаковой красно-серой форме с символикой "Аполло" на спине игроки корпорации выглядели настоящей софтбольной командой.

Кристина бросила Бену перчатку и официальную бейсболку "Аполло".

- Слава Богу, ты пришел, - сказала она. - А я уже начала бояться, что нам придется выставлять запасного.

- Это было бы гораздо лучше, - ответил Бен. - Я ужасно не хочу участвовать в игре.

- Ну, не причитай, как сварливый старичок. Продемонстрируйте присутствие духа.

Во время разминки Херб трижды посылал мяч Бену и каждый раз страховавшие Кинкейда сзади Чак, Кэндис и Кристина по очереди отбивали мяч. Дуг энергично орудовал битой, проявляя недюжинную силу. Шелли тоже была на стадионе, хотя и сидела на скамейке, тихая, как всегда.

Кричтон расположился на трибуне, и его лицо не покидало умильное выражение. Бен присмотрелся. Рядом с боссом сидела женщина, державшая на руках ребенка, которому, по-видимому, было не больше года, а рядом с ней маленькая девочка, лет пяти. Похоже, Кричтон решил развлечь свою семью. Все улыбались.

"Что ты знаешь о нем? - думал Бен. - Болван, зацикленный на работе, помешанный на сексе. Очевидно, в семье он мягок - любящий муж, добрый и заботливый отец. Впрочем, Муссолини, как известно, тоже был прекрасным семьянином.

И все-таки трудно кого-либо ненавидеть, услышав, как этот кто-то воркует с ребенком или поет ему колыбельную".

Бен заметил, что они с Кристиной оказались в центре разминающейся группы. Воспользовавшись моментом, он решился на провокацию.

- Я слышал, на днях к нам должна нагрянуть полиция, - как бы мимоходом сказал Бен.

Чак навострил уши.

- Полиция? - Он послал мяч Кэндис. - И что им понадобилось у нас?

- Они все еще выясняют, кто убил беднягу Говарда.

- Господи, если уж они не могут выяснить, кто убивает девочек-подростков, то уж убийцу Говарда им вообще никогда не найти, - как всегда, вставила свое слово Кэндис.

- Да? - сказал Бен. - Почему вы так думаете?

- Это вопрос приоритетов - всего-навсего. Я не слышала, чтобы имя Гэмела упоминали в "Новостях", а о жертвах маньяка и о следствии, ведущемся по этому делу, говорят в каждом выпуске. Убийства девочек-подростков событие для благополучного центра Америки из ряда вон выходящее.

- Интересно, какого рода вопросы будет задавать полиция? - Чак вернул разговор к более интересующей его теме.

- Обычные, я думаю, - равнодушно ответил Бен. - "Где вы были в ночь убийства?", "Были ли у вас причины желать смерти Гэмела?".

Дуг ухмыльнулся:

- Полагаю, у каждого из нас было такое желание, правда, не настолько сильное, чтобы действительно убить Говарда.

- Ну, у полиции есть средства, чтобы преподнести ваше желание достаточно сильным, - буркнул Чак.

- Почему вы так думаете? - снова спросил Бен.

Чак пожал плечами и посмотрел вдаль.

- Да так.

- Я, например, - сказал Бен, - знаю, где в ночь убийства находился Роб, а также знаю, где был Херб.

- Правда? И где?

Херб повернулся и тревожно взглянул на Бена.

- В офисе, - спокойно ответил Бен. - Но у остальных, как я понимаю, нет свидетелей. Где, например, были вы, Чак?

- Бог мой, кто же это знает? Я даже не могу вспомнить.

- Наверняка вы думали об этом, когда стало известно об убийстве Говарда.

- Я был дома в тот вечер, смотрел телевизор. Один.

- Не очень убедительное алиби, - подала голос Кристина.

- Извините. Если бы я знал, что планируется убийство, то непременно отправился бы в оперу или какое-нибудь другое людное место. - Чак сделал пас Кэндис, ударив по мячу с такой силой, что почти сбил перчатку с ее руки. Кэндис поморщилась и, сняв перчатку, стала массировать руку.

- Полегче, Конрад.

- Сожалею, - сказал Чак. Однако на его лице не отразилось ни капли жалости или раскаяния.

- А вы, Дуг? - спросил Бен. - Что-то не помню, говорили вы, где были в тот вечер?

- Я работал, - ответил Дуг.

- Какой сюрприз! - с издевкой заметил Чак.

- Но я не видел вас в офисе, - заметил Бен.

- А я и не был там. У меня и дома хватает работы.

- Вы берете работу на дом?

- Я не занимался делами "Аполло". Не у всех на уме только служебные проблемы. - Дуг помахал битой в воздухе. - Я работал над романом.

- Вы пишете роман?

- Какой сюрприз! - снова повторил Чак.

- А что за роман? - спросила Кристина. - Приключения?

Детектив?

Дуг опустил глаза.

- Нет. Я пишу деконструктивистский диалог в стиле модерн, основанный на экзистенциалистской точке зрения и опирающийся на послевоенный материал. Причем события Второй мировой войны я даю сквозь призму поэзии семнадцатого века.

- Звучит потрясающе, - сухо произнес Бен.

- И это будет роман? - спросила Кристина.

- О да. Но написанный в форме сонета.

- В форме сонета?

- Да. Четырнадцатистрочный ямбический пентаметр, рифмовка а-б-в-г. Грандиозный замысел. Мы все страдаем по настоящему искусству.

Бен подумал, что в конечном счете читатели страдают гораздо больше, чем писатели.

- Когда же вы намерены закончить свое эпохальное творение?

- Уже закончил. Осталось только кое-что подправить. Вношу некоторые уточнения.

- А потом?

- Ну... роман уже рассматривается несколькими издательствами.

- Да? И какими? - спросил Бен.

- Ну... оба отделения "Пингвин-букс" заинтересовались, "Винтидж" отнесся с вниманием. К сожалению, в угоду конъюнктуре хорошей серьезной книге иногда предпочитают всякую коммерческую ерунду. Это непростой выбор. Я получил несколько одобрительных рецензий из университетского издательства.

- И сколько вам придется заплатить за издание романа?

- Не так много, как... - Дуг вдруг прервал свои откровения и ощетинился. - По-моему, вас это не касается.

- Значит, никто не может подтвердить, чем вы занимались в вечер убийства Гэмела?

- Нет, я полагаю, нет.

Бен покачал головой.

- Вы с Чаком попали впросак. Полиция никак не может напасть на след. А при отсутствии версий следователи начинают нервничать.

- Как вы полагаете, что они сделают? - упавшим голосом спросил Дуг.

- Не знаю. Хотя думаю, полицейские не смогут закрыть дело Гэмела, пока не разберутся с... "Детским садом".

В этот момент мяч с силой врезался Чаку в грудь. Чак охнул, но недоуменно поднял вверх брови, продолжая смотреть на Бена.

- Что вы имеете в виду? - наконец выдавил он.

- Я же сказал: чтобы закрыть дело, полиции придется начинать с самого начала, - невинным тоном ответил Бен.

Чак не глядя отбил мяч, не в силах оторвать от Бена испуганный взгляд.

Роб бросился на перехват и мастерски овладел мячом, летевшим к Кэндис, похоже, вызвав при этом у нее сильное неудовольствие. Филдер прекрасно выглядел в спортивной форме с символикой "Аполло", единственный, настоящий атлет в команде.

- Если вы готовы начать, - с энтузиазмом обратился к игрокам Роб, - я даю всем персональные задания и расставляю вас по местам. У кого есть какие-нибудь проблемы - говорите сейчас.

Хотя тренером считался Кричтон, всю грязную работу выполнял Роб менеджер команды. Кричтон лишь говорил речи и получал награды.

Все окружили Роба в ожидании указаний.

- Нет проблем? О'кей. Тогда тренер Кричтон скажет вам несколько слов.

После такого официального представления в круг вступил Кричтон.

- Внимание, команда. Я постараюсь быть кратким. Думаю, всем вам известно, как важна сегодняшняя игра.

Бен явно не относился ко "всем". Он знал лишь, что это была рядовая игра сезона и что встречающиеся сегодня команды набрали равное количество очков. Ну и что? Чем так важна эта игра?

- Возможно, многие со мной не согласятся, - продолжал Кричтон, скажут: "Это всего лишь лига юристов. Беготня забавы ради. Не стоит воспринимать такие матчи всерьез". Так вот, я придерживаюсь другого мнения. Вы серьезно относитесь к своей работе? Или к своей жизни? Мой отец говорил:

"Надо делать лишь то, что стоит делать серьезно". И он был прав. Конечно, мы могли бы просто побегать, побросать мячик, попить пивка спокойствие, дружелюбие и беспечность. И что это дало бы? Нет, мы здесь не для того, чтобы валять дурака. Наше дело - играть. Нет смысла выходить на игру, если не стремишься к победе. Оставим пораженческие мысли на долю неудачников. Мы не относимся к неудачникам, не так ли?

В едином порыве слились голоса всех членов команды:

- Так!

Громче всех кричал Чак.

Кричтон обнял двух стоявших поблизости игроков за плечи.

- Мы не какая-нибудь там жалкая команда. Мы - юристы.

Юристы, черт побери! Мы - лучшие из лучших, сливки общества. Профессионалы, наконец. А это значительно больше, чем просто умение писать речи и собирать доказательства. Профессионализм во всех сферах жизни - вот в чем наша сила. Любое дело, за которое мы беремся, должно стать для нас главным.