заметив, как подобрался магистр ассасинов, готовый выполнить приказ своего учителя. — Как и Прост. Но ты вновь рассказал мне о чём угодно, только не о цели нашего визита.
— Разве ты ещё не догадался? — наиграно удивился гоблин, на что я, не менее наиграно, ответил:
— Как? Я юн и глуп, сам же недавно об этом говорил. Так что давай без подводов и хождений вокруг да около. Только не говори, что причина нашего здесь появления — что ты решил подменить людей гоблинами. Мне обещали, что Беатрис покинет это поместье живой и невредимой.
— Как же с вами, с людьми, сложно, — оскалился Шавер-Кан. — Я хочу предложить тебе союз. Вместе мы уничтожим приспешников Башорга, захвативших вход, затем ты и твоя тройка запечатаете проход, и мы надолго забудем о том, что в нашем мире существует Бездна. Я даже на время смирюсь, что на моей планете есть болезнь под названием «люди».
— И на то, чтобы обдумать такое уникальное предложение, у меня есть всего минут пять, верно? Причём общаться с твоим учителем нельзя.
— Хоть тут-то у тебя мозги работают так, как надо.
— Если я откажусь, что произойдёт?
— Как я и обещал — вы покинете поместье. Но, с прискорбием должен сообщить о том, что мной будет принято решение, что ты недостойный хранитель карты. Думаю, мага я точно где-нибудь найду. В крайнем случае — сам им стану. Опыт есть.
— Дай перефразирую… Твои слова звучат как: «Я тебе не угрожаю, но если ты откажешься — то умрёшь».
Гоблин кровожадно улыбнулся, показывая, что отступать он не намерен.
— Хорошо, допустим, я соглашаюсь. Какие дальнейшие шаги?
— Слов недостаточно. Нужна кровавая клятва. Мы принесём её вместе и до того, как ты снимешь блокиратор. Учитель не должен влиять на твоё решение. Возьми нож и полосни себя по запястью.
Вальг протянул мне огрызок металла. Когда-то это можно было назвать ножом, но сейчас — действительно огрызок. Когти у собак и то больше. Тем не менее я узнал предмет — ритуальный кинжал, коим древние гоблины приносили жертвы Зверю. Магическое зрение показывало, что ножик, на самом деле, непростой — небольшой силовой камень удерживал на своей поверхности какие-то непонятные линии. Я совершенно не мог понять, что они делают — здесь был и блок контроля, и управления, и несколько контуров подпитки энергии, и ещё что-то незнакомое. Сомнений не было — стоит порезаться этой гадостью, все эти линии проникнут в мой организм и справиться с ними будет достаточно тяжело.
— Меня, видимо, не услышали, — я не отводил от Шавер-Кана взгляда. — Я сказал, что «допустим» я соглашаюсь, но никак не «конечно, давай пустим мне кровь». Всё, что ты мне только что поведал, интересно, но не вяжется с моими планами на будущее. В нём нет ни приспешников Башорга, ни тебя с твоей армией. Время гоблинов ушло, время вальгов ещё не наступило. Сейчас люди будут решать, что им делать и как развивать эту несчастную планету. Которую ты едва не уничтожил.
— Ты пожалеешь о своём решении, — потемнел Шавер-Кан. — Тебя не трогали три недели в надежде на сотрудничество, но, если мы поймём, что нам не по пути, люди станут нам окончательно не интересны. И тогда мир захлебнётся от вашей крови.
— Как когда-то он едва не утонул в вашей? Я видел изрисованные пещеры древних. Ритуалы жертвоприношений. Толпы рабов, заливающих своей кровью алтарь Зверя. Раса не важна. Важен посыл — без чужой боли вы не можете существовать. И я собираюсь это остановить. Таким как ты — не место в моём мире.
— Ты был в пещерах Богуша? — в голосе гоблина послышалось удивление.
— Напомню — мне обещана неприкосновенность, — напомнил я. — Во всяком случае до тех пор, пока я нахожусь в этом поместье. Ты подтверждаешь это?
— Моё слово нерушимо, — Шавер-Кан только что в грудь себя кулаком не ударил.
— Тогда я могу ответить. Я не только был в пещерах, но я ещё и являюсь владельцем вот этого.
С этими словами я достал свою шкатулку и открыл крышку. Появилось желание снять защиту с кристалла, чтобы залить здесь всё чистой энергией, но близость Беатрис спасла Шавер-Кана и его подручных. Хотя, как мне кажется, красные ассасины смогли бы противостоять потоку энергии.
— Один из семи…, — благоговейно прошептал Шавер-Кан. — Если ты отдашь его мне, то останешься жив. За тобой не будут охотиться дети Зверя. Слово Шавер-Кана!
— Не продаётся, — я захлопнул крышку и спрятал шкатулку во внутреннем кармане куртки. — Что произойдёт, если собрать все семь фигурок в одно целое? Эту часть я выкрал у приспешника Башорга. У него их, как я помню, штуки три-четыре.
— Этого не может быть! — эмоционально воскликнул Шавер-Кан. — Тёмный тотем никогда не позволит собрать фигурки в одно целое!
— Значит, они действительно призовут в наш мир тварь уровня Дочери Зверя?
— Дочерь Зверя? Ха! Зачем в этом мире безумный дракон? Если собрать все семь частей в законченную фигурку, предварительно насытив каждую из них нужной энергией, можно возродить самого Зверя! Разбить оковы, что связывают его в недрах нашей планеты.
— Тогда почему древние не сделали этого? — удивился я. — Для чего приносить жертвы ради своего бога, но при этом раздробить его тело на семь частей и спрятать их по всему свету?
— Кто сказал, что кровью мои предки желали призвать Зверя? Это так вы думаете про гоблинов? Мы спасали планету! Каждая жертва, что шла на алтарь, несла в себе частичку мифрила! Изменённые, но не лишившиеся разума, они сами подставляли горло, с радостью отдавая свою жизнь ради будущего. Тогда не было людей, не было демонов, этот мир принадлежал нам! Для чего моим предкам нужно было его уничтожать? Нет, они не желали призвать Зверя.
— Тогда для чего ты пытаешься сделать это сейчас?
— Ты так ничего и не понял, глупец! Несмотря на силу, ты остаёшься человеком, не видящим ничего дальше собственного носа. Мы желаем освободить Зверя не для того, чтобы он принёс в этот мир гибель. Мы желаем его освободить для того, чтобы покинувший нас создатель вновь обрёл свою силу. Вместе мы победим Зверя и исторгнем его из нашего мира. Самый простой способ это сделать
