не было, но могло привидеться, что он кому-то подмигнул.
– Есть ещё и третий вариант. Через окно в хату Рахметовых ничего не передавали. – Елисеев на секунду прикусил ручку. Последний раз он так делал в школе, в минуты особенно тяжких раздумий.
Крючков никак не отреагировал на его слова.
– Кто занимается «Жилищником»?
– Туманову обещали найти рабочих и устроить с ними разговор. Но сейчас он в РГГУ, опрашивает однокурсников Вики.
– Ну вот и хорошо. Давай-ка мы его разгрузим и сами туда съездим.
Елисеев кивнул. Это было не обязательно.
На этот раз они поехали на служебном авто генерала.
Вероятно, Крючков рассчитывал, что эффект неожиданности принесёт свои плоды. Ведь ждали в «Жилищнике» совсем другого полицейского.
Они буквально ворвались в помещение, где чинно и спокойно коротали день рыцари жилищно-коммунального хозяйства района Раменки. Охранник кричал им что-то вслед, пока Елисеев не урезонил его: «Заткнись! Мы из полиции».
В кабинет начальника вошли без стука. Сунули ему под нос удостоверения. У того округлились глаза от их званий. Елисеев ненавидел эту публику, в основном аферисты и бездельники. Церемониться с такими нет смысла.
– У вас был наш коллега, – начал Крючков со спокойной издёвкой в голосе. – Вы обещали ему вызвать тех, кто работал во дворе дома, который нас очень интересует. – Генерал, похоже, отводил Елисееву роль статиста. Тот не возражал. Он найдёт момент, когда подключиться
Да… – Начальник «Жилищника» никак не приходил в себя. Похоже, посчитал, что его пришли арестовывать.
– Где они? – Крючков усиливал напор.
– Сейчас я их найду. Вы посидите тут недолго. Я всё понял…
Мужчина выбежал за дверь и завопил:
– Галя! Галя! Срочно сюда!
Дальше голос его потонул в стремительных переговорах с невидимой Галей.
Через несколько минут явились двое мужиков в спецовках. Вид они имели испуганный. От одного сильно пахло луком. Второй явно мучился похмельем. Они не стали садиться. Видимо, не собирались задерживаться.
Крючков ринулся к тому, кто мечтал о кружке пива:
– Рассказывай, кто вас просил загружать это в квартиру на втором этаже?
Малый испуганно отступил:
– Чё такое? Я недогоняю, – и обернулся на того, что постарше. – Мы газовщики. Газовую трубу вдоль стены тянули. Такое указание. Скажи им, Семёныч. Чё он на меня-то…
Семёныч приосанился:
– Да. Мы работали планово. Теперь газ пускают вдоль стен. По трубам. Везде уже почти сделали, а с этим домом всё тянули. Тут ТСЖ какое-то всё не разрешало. Типа общее имущество, не дадим дом уродовать. Наконец уболтали их.
– Кто был из вас за рулём? – Крючков продолжал давить.
– За каким рулём? – Семёныч удивился.
– Отвечай! – Генерал согласился бы только с тем ответом, которого ожидал.
– Да это вам Трандычиха наплела, – сообразил более молодой. – Она всех доводит до белого каления, якобы во дворе машины гудят ремонтные. Её весь околоток знает. Зачем нам машина? Мы в люльках. За рулём… Ничего себе!
Крючков, бросив на Елисеева быстрый недобрый взгляд, чуть было не оттолкнул рабочих, стремясь к двери. Они вдруг перестали существовать для него. Елисеев понёсся за ним. В другом конце коридора Крючков приметил начальника «Жилищника» и окликнул его:
– У кого-то есть ключи от квартиры Рахметовых?
– Откуда они у нас? – Коммунальщик развёл руками.
– Тогда пошли с нами. Живее, живее…
– Куда?
– К Рахметовым.
Генерал походил на человека, находящегося под сильным воздействием допинга.
До дома доехали на машине. Шофёр начальника ГСУ не вымолвил ни слова, хотя явно наблюдал шефа в таком состоянии впервые.
– Вас как звать-то? – обратился Крючков к коммунальщику.
– Василий Иванович.
«Такие имя и отчество весьма подходят ему». Елисеев не сомневался, что генерал пытается задобрить испуганного Василия Ивановича, чтобы тот не заподозрил незаконность их проникновения в квартиру. Ясно, что понятых Крючков звать не намеревается.
Ключ от домофона у начальника «Жилищника» отыскался всё-таки. Хотя он так нервничал, что сперва никак не находил его.
Дверь не слишком прочная у Рахметовых. Замок тоже не ахти какой крепкий. Фактически маленькая защёлка. Личинка разболтана. Такой открыть – не надо быть домушником. Просто немного навыков и ловкости. Елисеев вспомнил, что такой замок был у них когда-то на Киевской. Иногда он забывал ключ и, если возвращался поздно, чтобы не будить отца и мать, открывал его обычной монеткой. Удивительно, но и тут у него это получилось. Когда вошли в квартиру, полицейские посмотрели друг на друга и поняли, что думают об одном и том же. Замок открылся слишком легко. Вернувшись к двери и чуть не врезавшись в массивный живот тяжело дышащего Василия Ивановича, они изучили притолоку. Не оставалось сомнений, что этот замок уже кто-то вскрывал, поэтому он такой хлипкий. Рахметовы не заметили этого, вернувшись? Если ничего плохого не подозреваешь, можно и не обратить внимания. Но Рахметовы не из породы беспечных чудаков – это точно.
Крючков велел Василию Ивановичу подождать их на лестнице, а сам принялся осматривать квартиру, участок за участком, метр за метром.
– Ты протокол досмотра внимательно читал?
– Да. Я всегда внимательно читаю. Ни одной зацепки. Пальцев много. Но все неопознанные. Кроме пальцев самих Рахметовых и… Вики. – Он всё ещё опасался упоминать внучку генерала как жертву, как убитую.
Крючков двинулся к окну в комнате. Оно было плотно закрыто на шпингалет. Воздух из-за этого стоял спёртый, неприятный.
– Слушай, а вы когда версию выдвигали, что тело Вики через окно сюда попало, не спросили себя, как это могло произойти, если окна закрыты изнутри?
Елисеев потупился.
– Значит, кто-то должен был открыть. Так? – продолжил генерал.
– Да.
– Кто был в квартире, по-вашему?
– Рахметовы…
– И?
Елисеев посмотрел на шефа непонимающе.
– И опера из Раменок, чёрт бы их побрал…
– Вы их подозреваете? – удивился полковник.
– А ты нет?
Они выскочили на лестницу. Они всё делали стремительно сейчас, будто от этого зависело что-то самое главное.
Василий Иванович послушно ждал их, прислонившись спиной к стене.
– Звони, попроси газовщиков своих нас дождаться. Есть к ним ещё пара вопросов.
Начальник «Жилищника» набрал номер, передал кому-то просьбу полицейских и потом принял виноватый вид:
– Они уже ушли.
– Что же ты натворил? Почему они смылись? – Теперь уже Елисеев кричал.
– Вы не просили их оставлять, – совсем растерялся Василий Иванович.
– Но и не просили их отпускать, – сказал Крючков с ледяным спокойствием в голосе.
* * *
Генерал-лейтенант Владимир Родионов любил обедать в кафе в Доме композиторов на втором этаже. Немногие про него знали, считалось, что оно для сотрудников, и чоповцы на вахте вполне могли спросить у непрошеного гостя, куда он направляется. Генерала, разумеется, никто не останавливал. За годы он стал для всех здешних своим. Тут готовили вкусно,
